Направление главного удара - Михаил Нестеров

Гуджрал был одет в легкий пуловер с треугольным вырезом. Он приехал со своим личным водителем. Причем сидел за рулем сам. Когда вышел, водитель, также исполняющий роль телохранителя, занял свое место.

У него был такой же «Мерседес» пятисотой серии, только черного цвета.

Тамил протиснулся в салон, занимая место переднего пассажира. Он закрыл дверцу, свет в салоне погас.

— Новость так новость, — начал Гуджрал, качая головой. — Не знаю, как и благодарить тебя за такую работу.

— Ты знаешь, — усмехнулся Стэнфорд. Его покоробило такое отношение к делу. Проклятый тамил уже обращался к нему, как к подчиненному. А ведь совсем недавно они были компаньонами. Хорошими или нет, не важно. И вот эта жирная свинья с обезьяньей внешностью прохрюкала о благодарности.

От Гуджрала нестерпимо воняло какими-то пряностями. «Нажрался мяса с чесноком, кориандром, черным перцем. Какие еще существуют приправы? — вспоминал Стэнфорд, дав тамилу кратковременную кличку: „Спайс-бой“. — Куркума, имбирь...»

Он пожалел о том, что рядом с пистолетом нет пузырька с ментоловым гелем, которым патологи спасаются от трупного запаха.

— Я хотел спросить тебя, — Стэнфорд смотрел перед собой, на край ресторанной вывески, огни которой отразились на лобовом стекле машины. — Как ты отчитываешься перед начальством, какие слова находишь для оправданий?

— Надо мной лишь один начальник. — Гуджрал указал оливковыми глазами в потолок машины.

— А-а... — протянул Стэнфорд, надолго сморщив лоб. — Совсем забыл. А мне иногда приходится отчитываться. Обычно я говорю: «Я сделал что мог. Найдите других, которые сделают лучше». А других нет.

— К чему этот разговор?

— Как-то я задумался над вопросом: какие слова главные в твоей жизни? Что бы ты сказал сам себе, Вуди? Я тщетно пытался ответить. Но однажды утром, когда я выпил первую чашку кофе и выкурил первую сигарету, ответ явился передо мной. Я бы хотел услышать главные слова: «Я умер?» Представляешь всю глубину этого вопроса? А глубину ответа? Это же вечная жизнь, как ты не понимаешь! Во плоти ты или нет, но ты спрашиваешь себя: «Я умер?» Боже, боже мой...

— Ты пьян?

— Помнишь наш разговор в мае? Я сказал тебе, кто ты, и собираюсь повторить. Ты маленький, ничтожный лидер карликовой партии. Ты на кого хвост поднял, коротышка? Ты кого кинуть хотел, сука?

Стэнфорд одним расчетливым движением выхватил пистолет и приставил его к ребрам тамила.

— Молчать! — предупредил его Вуди, кося черным глазом на телохранителя в «Мерседесе». — Откроешь свою вонючую пасть, я спущу курок! Я довольно слушал тебя. Послушай ты меня. В разведке есть такой постулат: к чему тратить десяток лет и миллиарды долларов на разработку какой-нибудь боевой машины, когда проще заплатить миллион инженеру и получить от него чертежи и документацию. Нечто подобное ты проделал со мной. Ты решил заплатить Хантеру и забрать мою долю.

— Вуди...

— Молчать! Это последнее предупреждение. Я давно понял твою сущность. Знаешь ты кто? Ты хряк со свиной духовной ориентацией. Жаль, я не смогу запихнуть твой труп в свиную шкуру. Чтобы тебе не было места ни под землей, ни там, куда ты сейчас отправишься. Не забудь спросить себя: «Я умер?»

Стэнфорд нажал на спусковой крючок, и пуля вошла тамилу под сердце. Он чуть приподнял «беретту» и повторил выстрел.

Оперативности Вуди мог бы позавидовать сам Хантер. Он в один миг выскочил из машины и, держа водителя на прицеле, быстро сокращал дистанцию с «Мерседесом». Один выстрел, другой, третий. Прозвучала целая серия выстрелов, когда Стэнфорд подошел к машине вплотную. Бокового стекла как не бывало. Водитель сидел с пробитой головой, щедро присыпанный осколками стекла.

Вуди круто развернулся и пошел назад. Заняв место за рулем, он резко тронул машину с места, сбивая мусорные баки, задевая бампером выскочившую из-за угла проститутку, выезжая с боковой площадки ресторана на проезжую часть.