Триумфатор - Лев Пучков

– Понятно… А как, вообще, ты нас представил?

– Зачем представлять? Сказал, что вы будете работать в мастерской брата. В течение двух недель вас надо будет внести в штатный список, оформить пропуск на машину – вот и все. Ну а Игоря он знает.

– А что будет через две недели?

– Да просто плановая проверка. Точнее, не через две, а шестнадцатого. Два раза в месяц Первый отдел проверяет по списку всех, кто тут работает. Все-таки режимный объект, хоть и на консервации. Думаю, вы до того времени управитесь.

– Да постараемся. Дедок, поди, военный пенсионер?

– Подполковник запаса, комитетчик.

– Ух ты…

– Ага. Тут у нас в охране почти все – бывшие чекисты. Берут по знакомству, все – свои люди, так что волноваться не о чем. Если что – насчет вас я буду знать первым…

Пока ехали по полигону, уточнил у Разуваева планы на будущее.

– Значит, воевать собираемся?

– Да нет, это я так сказал, чтобы доктора в тонус привести. С кем воевать-то?

– Ясно. Я думал – серьезно… А что делать собираемся?

– Понятия не имею.

– Нет, но мы же сейчас куда-то едем? Надеемся там кого-то найти, верно?

– Точно.

– Ну вот найдем мы там кого-то… А дальше что?

– Гхм… Слушай, ты ведь сам не дурнее меня! Чего такие идиотские вопросы задаешь? Если найдем – привезем на объект, дальше будет видно.

– Ага… А тебе не кажется, что все это – бессмысленно?

– Что именно бессмысленно?

– Вообще все эти наши телодвижения. Едем куда-то, суетимся, кого-то ищем, волнуемся, переживаем… Зачем все это?

– Так… Че-то ты меня утомил…

– Нет, ну признай честно, положа руку на сердце: жизнь кончилась. Разве нет?

– А, вон ты о чем… Слушай, а ты, когда вора завалил, не считал, что жизнь кончилась? Ты ж тогда себе подписал смертный приговор. Тебе, по идее, с того самого момента должно быть все по барабану…

– Меня Азаров в управление забрал. Если бы не это, наверное, давно бы уже убили. И вообще, это разные вещи. Одно дело, когда тебя хотят воры шлепнуть. Это, конечно, фатально, но – это же воры. И совсем другое – когда тебя ищет вся страна…

– Не надо страну равнять с этими мразями, – Разуваев сурово нахмурился. – Страна, между прочим, это в том числе и ты, и я, и Людвиг с доктором. Ну и тысячи других, таких, как мы, или даже миллионы. Так что жить можно. И нужно. Надо только голову включить – наверняка из нашей ситуации есть выход, а то и не один…

Мы высадили Людвига неподалеку от города, а сами свернули на просеку и покатили на север, вдоль высоковольтной линии.

По дороге Разуваев в двух словах объяснил, куда мы едем. При формировании управления – еще на стадии комплектации кадров – Азаров приказал Разуваеву оборудовать ЗКП (запасной командный пункт). Расположение не указал – сам большой, выберешь, а требования были такие: место должно быть укромное, в противоположном от Москвы направлении и не на режимной территории. Ну и, понятное дело, чем меньше народу будет об этом знать, тем лучше.

Разуваев прокатился с картой по окрестностям и убедился, что вся пятнадцатикилометровая зона вокруг Черного Яра – сплошь режимный объект. Не тратя времени зря, он сразу махнул на двадцатый километр в противоположном от Москвы направлении и довольно скоро нашел среди болот местечко, по всем параметрам удовлетворявшее генеральским запросам.

Не буду зря будоражить ваше любопытство – нет там никаких подземных бункеров с разветвленной системой потайных ходов, и содержать на этом ЗКП высокопоставленных узников никто не собирался. Обычный замаскированный блиндаж в один накат, с небольшим запасом продовольствия, медикаментов и предметов первой необходимости. В случае чего – недельку можно отсидеться.

То есть прозорливый генерал, едва вступив в должность, уже предполагал, что наша убойная благодеятельность может завершиться в любой момент и самым плачевным образом. Вот только воспользоваться плодами этой прозорливости ему не довелось.

– А чего мы сразу туда не поехали?

– Больно много народу об этом месте знает. Полтора десятка человек из моего отдела там трудились. А потом: ночью там запросто можно заплутать и утонуть в болоте.

– Понятно… А чего тогда сейчас едем? За истекшие полсуток твои полтора десятка забыли об этом укромном местечке?

– Да я в курсе, что ты вредный, можешь особо не напрягаться, – Разуваев беззлобно хмыкнул. – Мы все по-тихому сделаем, на рожон лезть не будем. Семь раз посмотрим, один раз пойдем. Или вообще не пойдем, если что-то не понравится…

Контрольная точка была обозначена на редкость тривиально: белой краской на опалубке высоковольтной опоры – «Спартак – чемпион!!!».

– Так… Это какой-то шифр?

– Это какой-то удод, – буркнул Разуваев. – По фамилии Леха Сидоров. У нас все болеют за «Динамо», а он – за «Спартак».

– То есть никакого скрытого смысла нет?

– Какой, в ж…, смысл? Сказал ему пометку сделать – вот и сделал…

Мы загнали машину в кусты и двинулись в глубь чащи. Лес был довольно густой, но без бурелома и непроходимых зарослей. Я с некоторым разочарованием отметил, что обещанной укромностью местечко вовсе даже не страдает и сюда случайно может забрести любой грибник. Однако минут через десять мы вышли к болоту, и все претензии автоматически отпали.

Болото здесь было классное. Матерое такое, дремучее, с классической туманной дымкой, жирной трясиной, небольшими «окнами» и лохматыми кочками – оно тут неплохо жило и без нас, лениво булькало пузырьками газа, дышало и чавкало, как будто что-то пережевывало. А когда мы подошли, мне показалось, что оно притихло и с любопытством уставилось на нас глазами-«окнами». Идите-ка сюда, голубчики, я вас маленько засосу…

– Ух ты… Надеюсь, мы туда не полезем? – я ткнул пальцем в глубь болота. – По краешку обойдем, верно?

– Неверно. – Разуваев пошарил в кустах и вытянул двухметровый осиновый дрын. – Обойти тут нельзя – оно километров пятнадцать тянется. Глянь в кустах, там еще пара шестов заныкана.

– Понятно… А без дрынов – никак?

– Да просто неудобно будет. Нашел?

– Нет тут никаких дрынов.

– Не понял… – Разуваев обшарил все окрестные кусты и тоже ничего не нашел. – Ага… Ну, значит, там точно кто-то есть.

– Вопрос только: кто? Если наши – хорошо. А если…

– Да чего гадать: сейчас шест смастерим, пойдем и узнаем…

На изготовление дрына ушло полчаса. Не сказать, чтобы уж совсем руки из тыла выросли, но пока нашли подходящее деревце, пока его сгубили боевым ножом (было огромное желание сбегать обратно к машине – там топорик в инструментарии) да обрезали сучки – время и пролетело.