Пациент мафии - Михаил Серегин

– Ни в коем случае! – испугался Темин. – Веди себя как Казарина, и все. Я скажу, что ты перенесла большое горе и после этого впала в беспамятство. Твое дело смотреть в одну точку…

– Ладно, я тебя поняла! – отмахнулась Мария. – Я играю Казарину…

Много играть не пришлось. Доктор Кнушевицкий, высокий, рано полысевший человек с большим носом, широкими чувственными губами и самоуверенным взглядом черных бархатных глаз, понял их с полуслова.

– Сергей Иванович сказал мне, что вы настаиваете на госпитализации? – пытливо спросил он у Темина, делая вид, будто не замечает наклеек и черных очков на физиономии собеседника. – Откровенно говоря, меня больше бы устроило амбулаторное наблюдение, но, раз ваши семейные обстоятельства не позволяют… Практически я уже договорился о месте для вас. Заведующий отделением мой хороший знакомый… Сейчас я выпишу направление, и вы можете ложиться…

Темин торжествующе посмотрел на Марию. Она в полном соответствии с образом продолжала сидеть, бессмысленно уставясь в одну точку и сложив руки на коленях. В контрасте с огненным цветом платья лицо ее казалось особенно бледным. При взгляде на нее сейчас действительно возникали сомнения в ее душевном здоровье.

– Вот вам направление, – сказал психиатр, протягивая Темину бланк, исписанный аккуратным бисерным почерком, и небрежно добавил: – Что касается гонорара, я беру не менее пятисот за прием. Деньги сюда, пожалуйста. В приемной вы распишетесь в книге – естественно, за меньшую сумму…

– Я понимаю, доктор, – сказал Темин, вынимая из кармана бумажник. – Надеюсь, моей жене помогут?

– Никакого сомнения, там прекрасные специалисты, – ответил Кнушевицкий внушительно. – Конечно, лечение потребует некоторых затрат…

– Цель оправдывает средства, не так ли? – деревянно усмехаясь, сказал Темин.

– Здоровье стоит любых денег, – согласно кивнул психиатр.

Мария не желала выходить из роли, даже когда они остались вдвоем и сели в машину. Темину при взгляде на нее стало страшновато.

– Расслабься, – сказал он. – Нас теперь никто не видит.

– Рули! – устало отмахнулась Мария. – Я теперь, пожалуй, навеки останусь безумной. Это будет единственным моим оправданием… Да и тебе будет проще, признайся!

– Ты говоришь так, будто я во всем виноват, – хмуро сказал Темин, заводя машину.

– А кто же виноват? Неужели я?

– Никто не виноват, – буркнул Темин. – Жизнь так сложилась.

До самой больницы не разговаривали. Со стороны их действительно можно было принять за супругов, в жизнь которых вмешалась тяжелая болезнь.

Оформляя Марию в отделение, Темин испытывал невольную тревогу. Он сделался даже необычно многословен и нервен. Рассказывая врачу вымышленную историю о тяжелом стрессе, который перенесла жена, он слишком много жестикулировал и встревоженно озирался по сторонам. Его не покидало ощущение, что в любую секунду в комнату может войти Ладыгин.

Впрочем, больничный психиатр – маленький сутулый человек с шальными, косящими глазами – принял его возбуждение за естественное беспокойство о здоровье близкого человека.

– Аффективно-шоковая реакция, – авторитетно сообщил он, кивая головой. – Такие психозы весьма хорошо поддаются терапии. Не стоит так волноваться. Уверяю вас, мы непременно поставим вашу супругу на ноги. Возможно, это даже вопрос трех-четырех дней. Не надо далеко ходить за примером. Сегодня ночью к нам поступила точно такая же больная. Ступор, отказ от пищи, аутизм… Не поверите – уже сегодня мы наблюдали заметное улучшение! Полагаю, дня через два женщина будет в состоянии рассказать, что с ней случилось… А там, знаете ли, имела место весьма серьезная психическая травма…

Темин невольно бросил взгляд на Марию – лицо ее не дрогнуло. Она словно не слышала этих слов. Все-таки выдержка у нее, подумал Темин.

– Ваша жена будет в полном покое и ограждена от любого вмешательства, – продолжал врач.

– Ее будут запирать на ключ? – с тревогой спросил Темин. – Ведь так, кажется, принято в психушках?

Врач укоризненно поморщился и покачал головой.

– Ну что вы, конечно же, нет! Ведь она не представляет никакой опасности для окружающих. Более того, наблюдать за ней будут постоянно, но совсем ненавязчиво.

– Она сможет выходить из палаты, доктор? – с надеждой спросил Темин.

– Ну, об этом еще рановато говорить, – усмехнулся психиатр. – Но, в принципе, мы не ограничиваем наших пациентов в передвижении. У вас есть еще вопросы? Мы должны направить сейчас вашу жену на санобработку – это, в сущности, обычный душ – и далее на анализы… Вы предпочли бы, чтобы она пользовалась домашней одеждой? Тогда можете передать вещи санитарке…

– А можно, доктор, я послежу за этой процедурой? Понимаете, я ужасно переживаю!

– Гм… Напрасно вы не доверяете, – строго сказал психиатр. – Но, впрочем, я не возражаю.

– Спасибо! – с чувством сказал Темин, поднимаясь. – И последняя просьба! Если есть такая возможность… Может быть, поменьше уколов, а? Может быть, гипнозом каким-нибудь?..

– Мы сделаем все, что необходимо в данном случае! – отрезал психиатр. – Клавдия Дмитриевна, займитесь, пожалуйста, больной! Потом поместите ее в шестую палату, рядом с Казариной – я сам буду ее вести!

Пожилая благообразная санитарка в белоснежном хрустящем халате кивнула и, подойдя к Марии, заботливо обхватила ее за плечи.

– Пойдем, милая! – сказала она. – Вот супруг нам сейчас поможет…

Темин взял Марию под локоть и осторожно поставил на ноги. Вдвоем с санитаркой они медленно повели Марию к дверям.

– Чуть не забыл! – воскликнул психиатр вдогонку Темину. – Когда освободитесь, подойдите еще разок ко мне. Нужно будет оформить бумаги в бухгалтерии. Ведь лечение у нас платное, вы, наверное, в курсе?

– Разумеется, доктор, – пробормотал Темин.

Он был вне себя от возбуждения. Вот это удача! Доктор сам сказал, где искать Казарину. Темин недоверчиво посматривал на Марию – у нее был настолько тупой вид, что возникли сомнения, слышала ли она что-нибудь.

Пока Мария находилась в душе, Темин порылся в ее сумке – его не столько интересовало, что ей придется надеть, как что ей придется взять с собой. Одноразовые шприцы и наркотик были завернуты в небольшой непрозрачный пакет. Его следовало передать так, чтобы санитарка ничего не заподозрила.

Наконец она появилась. Придя Темину на помощь, она отобрала для пациентки белье и маленький кружевной халатик.

– Вот это в самый раз будет! – одобрительно сказала она. – А сумочку мы в палате, в шкафчик поставим. Там все в целости и сохранности будет, не сомневайтесь. У нас тут как в швейцарском банке!

Пока она одевала Марию, успокоенный ее словами Темин положил пакетик на самое дно сумки. Мария появилась из душа, наряженная в домашний халат. Она была похожа на двигающуюся куклу. Темин подошел к ней и наклонился к лицу.