Ученье свет - Дмитрий Ромов

— Там девочка фотограф, — засмеялась она. — Там вообще, одни девочки, а про мальчиков… так про них закон не велит распространяться.

Она прижала ладошку к губам. Я покачал головой и вздохнул.

— Настя, понравилось тебе там?

— Ну, так, нормально. Не как Алиса, конечно…

— А ты бы хотела, как она? — кивнул я.

— Не знаю, — пожала она плечами. — Прикольно.

— Понятно, — кивнул я. — Ты же знаешь, что в Новой галерее открывается экспериментальная лаборатория. Там будут создаваться проекты на стыке… сейчас скажу… блин…

— На стыке различных креативных технологий, жанров и направлений, — пришла она мне на помощь.

— Да, точно, — подмигнул я. — Молодец. В субботу тебя там будут ждать с твоими работами и идеями. Если захочешь, конечно, к ним присоединиться. Вот карточка, телефон и имя руководителя. Это типа известная художница и ещё какое-то слово я забыл.

— Ладыгина? Серьёзно⁈

У Насти глаза стали по полтиннику.

— Красивенький! Ты как это устроил⁈ Ты не врёшь мне случайно⁈ Нет, правда! Это же космос, Серёжка!

Она вскочила, потянулась ко мне, перегнулась через стол и чмокнула в губы.

— Сладко? — радостно воскликнула она. — А ты отказывался. Дурачок.

— Сладко, Настя, сладко.

— Лучше бы горько, — засмеялась она и девчонка за стойкой услышав это пожелание, тотчас воскликнула, — Горько!

И сама засмеялась, а Настя, к моему удивлению, смутилась и покраснела.

— Я же пошутила! — воскликнула она.

— Хорошего дня вам, ребята, — улыбнулась нам кофейная девушка. — Вы классная пара. Пусть у вас всё будет хорошо.

— Пошли, — шепнула Настя, — неловко вышло.

— Приходите ещё…

— А ты пойдёшь со мной? — спросила она, когда мы вышли из кафешки и зашагали к школе. — Я так рада, что ты меня окликнул. Правда. Я уж думала, что всё, ты со мной даже здороваться не захочешь.

— Балда ты, Настя, — покачал я головой. — Ты только смотри там со своей модой. Береги себя. Фотографы у них циничные, а модельеры…

— Перестань, это ж детская мода! — захохотала она. — Да я, может, и не пойду туда, если с галереей получится.

— Получится, у тебя получится.

— Так сходишь со мной? В субботу.

— В эти выходные нет, — помотал я головой. — Я уезжаю.

Она моментально помрачнела.

— Значит, на этот раз слухи не соврали. К Ангелине на днюху едешь?

— Я еду в Москву. По делам. К Ангелине я тоже зайду. Но это не главное.

— Ясно, — кивнула она. — Конечно, не главное. По делам. Как обычно, да? А я смотрю, что-то ты давно в Москву не ездил. Раньше-то каждую неделю туда-сюда, туда-сюда.

— Ох, Настя, ты меня с ума сведёшь, честное слово. Послушай, у меня появились дела. Я ими постоянно занят, ты не заметила?

— Заметила, конечно, все девки, как с ума посходили. Куда уж мне-то… Ладно езжай, только… Можешь мне пообещать кое-что?

— Что ещё?

— Что не будешь с ней трахаться.

— Что⁈ — обалдел я.

— Поклянись.

— Настя, у меня такое чувство, что тебе далеко за тридцать, ближе к сорока. Ты случайно не из прошлого прилетела? Или, может быть, из будущего?

* * *

На перемене я зашёл к Альфе, но поговорить не получилось, у неё была чья-то мать. А на следующей перемене дверь оказалось закрытой. Последний день Елены Владимировны Алфёровой в нашей школе был коротким, торжественных проводов не планировалось, да и вообще никаких. В коллективе она была одиночкой, а про любовь Медузы и так всё было понятно.

Поцеловав закрытую дверь, я достал телефон и позвонил Алёне, но она не ответила. Нужно было ещё сбегать в баню после четвёртого урока. Кукуша прислал сообщение, что придёт Матвеич. Свежая информация отсутствовала, но нужно было принимать решение.

— Аня, — окликнул я, проплывающую, как тень Грошеву. — Ты придумала что-нибудь?

— Про подарок? — тихо, будто боялась, что кто-то узнает, что она умеет говорить, спросила она и опасливо оглянулась. — Придумала. Я вспомнила, что Ангелина раньше играла на укулеле.

— На чём? — изумился я. — Это что за зверь такой неприличный?

— Укулеле? — хмыкнула Грошева. — Это такой…

В этот момент зазвонил телефон. И это была Альфа.

— Ань, извини, надо ответить.

Она кивнула и молча поплыла дальше, а я нажал на зелёненькое пятно на экране.

— Алён!

— Серёжа… — произнесла Альфа моё имя, и сердце оборвалось.

Всё будто перевернулось. Весь мир. Небо оказалось внизу, а земля наверху, и с неё посыпались комья, камни, машины и люди… А мышь…

— Где ты⁈ — рявкнул я.

В голове стало горячо, потому что говорила она, глотая слёзы.

— Это ты послал бандитов к Петрушке? Он сказал, что убьёт и тебя, и меня.

— Алёна, где ты сейчас находишься⁈

— Будь, пожалуйста, осторожней, я тебя прошу…

— Да где ты⁈ Говори немедленно!!!

— Я тебе за всё благодарна…. Спасибо… Правда…

— Твою мать! Где ты⁈

Передо мной выросла Медуза:

— Ты чего орёшь, Краснов⁈ Да ещё с выражениями!

Я рванул в сторону лестницы.

— Прекрати прощания! — прорычал я. — Где ты есть?

— Я дома…

Блин…

— Как ты там оказалась⁈ Ты должна ждать меня в гостинице!

— Ну, я хотела взять книжку почитать…

— Он тебя ударил?

— Нет. Он сказал, что если я не поеду с ним, он тебя посадит в тюрьму. Или убьёт. У него такой вид… Что… Я не знаю…. Он не врал, он всё это действительно исполнит. Он сказал, что я его вещь и он может делать со мной…

— Плевать! — заорал я. — Плевать, что он сказал. Где он?

— Внизу. Ждёт, когда я соберу вещи, и он отвезёт меня к себе домой. Он был такой… спокойный, уверенный…

— То есть, он внизу, а ты у себя дома?

— Да…

— Запри дверь и не выходи, я бегу!

— Нет, ты не успеешь, я сейчас выйду…

— Какого хрена, Алёна!

— Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. У него пистолет. Он мне показал. И у него такой вид… Не приходи…

— Алёна, — сменил я тон и, проявив невероятные усилия, заговорил спокойно. — Я