Компромат на президента - Сергей Зверев

Лада не отошла от окна, пока не дождалась, когда оба «Хамера» синхронно, словно на параде, не развернутся и не укатят по тихой улочке.

* * *

На берегу озера, на небольшой лужайке, стоял жилой трейлер. В окошках виднелись веселенькие занавески в сиреневых розах. Над плоской крышей трейлера возвышалась компактная тарелка антенны. Скромный, потертый жизнью джип, словно распряженный конь, стоял на пологом спуске, уходящем к воде. В ближайших камышах просвечивался сероватый катер с надстройкой. На лужайке у пластикового стола на пластиковых стульях расположились двое мужчин. Вблизи источал ароматный дым шашлыков новенький мангал. В одном из мужчин без особого труда можно было признать Михаила Изидоровича Хайновского. Разве что оделся он не так, как обычно. Вместо добротного костюма, светлой рубашки и дорогого галстука на нем были легкомысленные ковбойка в клетку и джинсы, да на лице проступила густая короткая щетина с проседью. Но от этого олигарх только приобрел шарм, стал более мужественным, похожим на пионера Дикого Запада, какими их любили изображать в кинофильмах. Его собеседником был Яша Цирюльник.

Перед бизнесменами лежали карты: колода и два веера, рубашками вверх. Михаил Изидорович, хитро, почти по-ленински, прищурившись, заглядывал в глаза Цирюльнику.

– Ничего хорошего у тебя на руках нет!

– Может быть, но получше, чем у некоторых.

– Со мной в карты только самоубийцы играть садятся, – предупредил Хайновский.

– Удваиваю ставку, – меланхолично ответил Яков.

– Я оставляю на прежнем уровне.

– Я тоже. Значит, открываем карты, – Цирюльник неторопливо выложил одну карту за другой, – стрит от десятки до туза. Если бы мне еще валета и даму пиковой масти, был бы флешь-рояль.

– Чуть-чуть в Советском Союзе не считается, – хищно осклабился и перевернул весь веер целиком Хайновский, – фуль, – и подвинул к себе банк – аккуратную стопочку купюр, прижатую к столу камнем, – еще одну раздачу?

– Не люблю покер, не моя игра, – признался Цирюльник, – мне нравятся те игры, где думать надо.

– А для меня покер – любимая игра. Здесь можно с самой поганой картой банк сорвать, главное – суметь убедить остальных, что у тебя на руках высокая комбинация, – Михаил Изидорович сдвинул карты, подравнял края колоды.

– Улетаю я послезавтра, – вздохнул Яша, – помог тебе, чем мог, и – домой. Может, больше и не увидимся. Тебе в бега подаваться надо. Ловко ты все устроил, мертвецов не ищут. Зря только решил Ладе отомстить, да и Семен с Кириллом могли еще немного пожить.

– Кто меня обидит, тот и три дня не проживет, – засмеялся Михаил Изидорович. – Ладу еще достану. А ты не спеши уезжать.

– Я на тебе свой бизнес сделал, на кредитах по акциям поднялся. Больше рисковать не хочу. Одно то, что я с тобой здесь сижу, может мне потом ой как аукнуться.

– Кто меня здесь искать станет? Не мандражируй, Яша. Большое дело есть.

– И не предлагай, не соглашусь.

– Очень большое. На самый верх вынесет. Тебе сколько денег для счастья недостает?

– У меня их больше, чем я прожить сумею.

– Яша, не теряй азарт, потом про тебя в учебниках писать будут.

– Почему не про тебя?

– Я же мертвец, – захихикал Михаил.

Хайновский продолжал соблазнять партнера.

– Ты же сумеешь организовать валютчиков по Москве и Питеру?

– Миша, я не знаю тебя за дурака и не дай мне бог тебя за такого знать. Валютчик – профессия вымирающая. Лет через десять у ГУМа бронзовый памятник неизвестному валютчику поставят с бронзовым калькулятором в руке, а ты – организовать. Да зачем все это?

– Я тебе обещаю, что подъем будет под пятьдесят процентов со скоростью оборота капитала – день-два. Такого ни в одной экономике мира нет. Армию валютчиков надо организовать, которые свое дело не забыли.

– Под солидные деньги я тебе хоть армию чертей организую, – усмехнулся Цирюльник, – но мне кажется, что у тебя крыша поехала.

– Я сумею обвалить рубль, – в голосе Михаила Изидоровича чувствовалась такая уверенность, что сомневаться Якову становилось все труднее и труднее, – обвалю рубль, как Сорос в свое время обвалил немецкую марку. Ты скупишь за свои и мои деньги, а потом он резко поднимется.

Цирюльник скреб подбородок.

– Я тебя обманывал? – напрямую спросил Хайновский.

– Если и было, то я этого не заметил, – поосторожничал Яков.

– Мы выиграем, потому что думать приучены, – Михаил Изидорович постучал согнутым пальцем по лбу, – за ними сила, а за нами хитрость.

– Я подумаю. Мне надо знать конкретику.

– Всего я даже тебе сказать не могу. Что знают двое, знает и свинья.

– Подумаю…

* * *

– Я готов согласиться с вами, что Хайновский жив, – сказал помощник президента, но по его глазам Клим Бондарев понял, что тот продолжает верить Прохорову.

Бондарев чувствовал, что если бы не давняя дружба с президентом, то его бы давно послали куда подальше, всем было выгодно считать, что Хайновский погиб.

– И он так считает? – напрямую спросил он.

Помощник кивнул, давая понять, что «сам не спрашивал, но, судя по настроению…».

– Понятно, – подытожил Клим, – спорить не стану. Но от помощи не откажусь.

– Что значит «помощь»? – насторожился помощник.

– Мне нужны расшифровки космических снимков подмосковных водоемов, соединенных с Москвой-рекой.

– Что вы задумали, Клим Владимирович? Мне уже доложили, что вы интересовались всеми маломерными моторными судами, доставленными в Россию за последний год.

– Чтобы понять, нужно поверить, что Хайновский жив.

– Даже если ему удалось уцелеть и обвести всех вокруг пальца, он уже на другом конце планеты, – помощник плохо скрывал раздражение.

– Я буду рад ошибиться.

– Хорошо, я распоряжусь, чтобы вам предоставили расшифровки, – помощник поднял трубку.

Он принялся объяснять специалисту космической разведки, что именно требуется, но быстро запутался в профессиональных терминах. Клим перехватил трубку.

– На месте я все вам и объясню, – коротко сообщил он.

– Но почему водоемы? Почему Хайновский должен быть в Подмосковье? – помощник приподнял брови. – Если хотите, я могу предоставить вам аналитиков, они просчитают варианты.

– У меня нет времени на это. Если вы хотите, чтобы президент был выбран на второй срок, то доверьтесь мне, – Клим вышел.

– Второй срок… – пробурчал помощник, – что он в этом понимает? Работает армия политтехнологов, аналитиков, все предопределено. Сюрпризов в таких делах не бывает.