Особо сильный противник - Сергей Зверев

По ушам прапорщика резанул громкий крик, исходивший от Вежновца:

– Предателя Лаврова брать живым. Приказываю…

И тут Зимин увидел, как Вежновец взбрасывает автомат, ловит в прицел Лаврова. А майор тем временем успел преодолеть еще десяток метров. Сжав зубы, прапорщик поднял ручной пулемет и направил его в затылок чекиста. Глаза его сузились, а на лице застыла страшная маска.

Глухой хлопок, и ракета, вылетевшая из ПТУРСа, оставляя за собой дымовой хвост, врезалась в бок БМП. Раздался гулкий взрыв. БМП окутало облако черного дыма.

Чекист в поднявшемся шуме не услышал лязг передергиваемого у него над головой затвора, вслед за этим прозвучала короткая пулеметная очередь. Затылок чекиста словно лопнул изнутри.

Внезапной гибели Вежновца никто, кроме прапорщика, не заметил – как раз в это время дымившая БМП исчезла в огненном вихре взрыва – рванул боекомплект. Огненный шквал накрыл и грузовичок.

«Майор! Все, хана, – отрешенно подумал Зимин, – как же так вышло?»

Тяжело перевалившись через борт грузовика, он спрыгнул на землю. Бой продолжался, хоть сквозь дым тяжело было что-то рассмотреть. И тут, когда ветер снес дым, открылся развороченный взрывом грузовичок. Среди талибов началась паника, они-то не видели, что Лавров успел выбраться из него, и теперь были уверены, что контейнер разнесло взрывом.

– Шайтан! Шайтан! – с криками они убегали по дороге, бросив машины.

На поле боя творилось невообразимое. Еще звучали выстрелы, но уже было ясно, что продолжения не последует. Еще пару раз огрызнулся пулемет, и настала тишина. Оставшиеся в живых талибы исчезли.

– Что за херня, лейтенант? – Зимин подбежал к Барханову. – Чего они так ломанулись?

Старлей не отвечал, неотрывно глядя на то, что осталось от грузовичка. К ним подходили остальные десантники и хмуро останавливались рядом, совсем не воодушевленные недавней победой.

– Где эта гнида? – прошипел сквозь зубы Барханов. Он не уточнял, о ком идет речь – все и так догадались.

– Убит, – прапорщик кивнул в сторону, – с БМП, наверное, достали. Башку разнесло.

– Если бы не талибы, я бы… – сказал Барханов и осекся, глядя в глаза прапорщику.

– Эй. Помоги кто-нибудь, – раздался до боли знакомый голос из кустов.

– Лавров! – первым заорал старлей и бросился к обрыву.

На бегу ему в голову пришла нереальная мысль, что майора выбросило взрывом из машины, хотя он понимал, что это невозможно.

– Ранен? – Барханов и двое десантников осторожно раздвигали заросли кустарника на краю обрыва.

– Порядок, – Лавров полулежал, прислонившись к камню на краю пропасти, держась одной рукой за ветки, другой прижимая к себе кейс. Рядом с ним лежал сержант Панов в полубессознательном состоянии.

– Немного контузило.

Лавров не без помощи поднялся на ноги.

– Все целы?

– Наши – все, – лаконично сообщил прапорщик.

– А где капитан Вежновец? В лагере отсиживается?

– Вон… лежит.

Больше пояснений не требовалось. Лавров, к своему стыду, испытал облегчение. Со смертью чекиста большая часть проблем исчезла. Обведя глазами поле боя, Лавров с удивлением присвистнул.

– Боятся шайтана, – он похлопал по крышке кейса.

– Ты о штаммах? – Барханов посмотрел на чемоданчик. – Я думал, он в лагере у Омара остался…

– Представляю, что тебе Вежновец наплел. Хотя о мертвых так не говорят… Без них я бы не ушел, – Лавров встретился взглядом с прапорщиком и понял, что произошло на самом деле, – надо уходить, пока они не одумались. Что с машиной?

– К скале притерлась, товарищ майор, – загудел Зимин. – «Урал» старый. Много ли ему надо? Думаю, оживет.

Майор постепенно входил в привычную колею.

– Если этот не заведется, осмотреть транспорт противника. Должен быть на ходу. Даже машины свои побросали.

– Умеешь ты выкручиваться, Лавров, – с завистью сказал Барханов, когда они остались вдвоем, – из лагеря ушел, теперь чуть ли не в центре взрыва был. Я тебя в мыслях уже похоронил.

– В лагере мне контейнер помог. Омар сам себя перехитрил. Панов в нужный момент подсобил.

– Домой только долететь надо.

Слова старлея заставили Лаврова вспомнить положение, в котором они оказались. Хотя оно было не худшим с момента их высадки.

– Как вы здесь оказались?

– Чекист арестовывать тебя собрался. Вовремя его, конечно…

– Хоть на этом ему спасибо. Уходить надо отсюда, – Лавров словно и не расслышал слов старлея, – и побыстрее.

– Товарищ майор! – к ним подбежал один из бойцов. – У одной машины два колеса пробиты, а другая целая.

– Подгоняйте.

– Товарищ майор. Капитана Вежновца забирать будем?

– Что за вопросы? Берем всех, никого из своих не оставлять.

– Вежновца лучше оставить, – вмешался Барханов и тихо пояснил: – Зачем? Только лишние вопросы от его коллег будут, а так – погиб и погиб.

– Наоборот, захотят узнать, почему мы его оставили, – недовольно отозвался Лавров и махнул рукой, – делай, как считаешь нужным.

– Товарищ майор, тут старик афганец, говорит, что он теперь не может вернуться домой. Его Омар убьет.

– Если он хочет, пусть едет с нами.

Взревев двигателем, грузовик запылил в обратный путь, оставив за собой трупы террористов и груды почерневшего железа. Картина для Северного Афганистана не новая.

До аэродрома добрались благополучно. Второй пилот и бортмеханик доложили Лаврову, что лайнер хоть сейчас готов подняться в воздух. Топлива до Душанбе хватит…

Развернувшись, авиалайнер выехал на взлетную полосу и, набирая скорость, помчался в глубь аэродрома. «Ту-154» легко оторвался от земли и, высоко задрав нос, начал набирать высоту, унося в своем чреве бывших заложников и десантников.

Его провожал взглядом отпущенный на свободу афганский мальчишка-снайпер. Через минуту в небе была видна лишь серебристая точка, но и она скоро исчезла за горной грядой.

* * *

Омар ожидал вестей от посланных в погоню за Лавровым. Он смотрел на горы, но знакомый с детства пейзаж раздражал его. Бригадный генерал вернулся в шатер. Вынул из шкафчика початую бутылку виски и в задумчивости замер. Рука, подносившая горлышко бутылки к стакану, остановилась на полдороге.

Связь с Айманом исчезла четверть часа назад. Сначала все шло как будто бы неплохо – боевик докладывал командиру, что грузовик находится уже чуть ли не на расстоянии вытянутой руки. А затем завязался бой и… связь оборвалась. Главарь боевиков был профессиональным военным.

«Налетели на русских. Хитер все-таки майор. Знал, что выкрутится».