Хроники имперского рыцаря. Тёмные времена - Нота

Джейн

– Нет, просто… Ладно, хватит уже.

Кори Уорд

– Скоро приведу.

(спустя семь минут)

Кори Уорд

– Прошу простить за задержку. Вот. Он подходит вашим требованиям?

Джейн посмотрела на него. Его внешность удивила её. Несмотря на худобу, общую слабость и отчуждённость, в глазах этого человека читалась уверенность, нет, скорее, небольшое презрение к миру и всему окружающему. А его миловидная внешность моментально почему-то разбудила в сердце Джейн счастье, она улыбнулась. Парень знал, что недавно последний из имперских рыцарей был объявлен в розыск. Он был не глупый, а поэтому сразу стало понято – последняя надежда человечества ещё жива. Так, кстати, думали очень многие.

После одобрения Джейн, Кори попросил ту приложить пальцы к ошейнику, для записи её в базу данных как его хозяйку. Спустя полминуты, всё было готово. Как оказалось, родители Джейн довольно известны в широких кругах. После всего этого, они вдвоём отправились домой. Однако, по пути, парень не сказал ни слова.

Когда они пришли домой, Майкл и Ариэль встретили их. Парень вечно молчал, и никто не мог узнать его имя, но Джейн, с помощью приятных и успокаивающих слов, а также с помощью снятия и уничтожения ошейника, смогла добиться его доверия. Как оказалось, имя паренька – Грант, ему пятнадцать лет, до восстания он учился в столичной школе.

Джейн

– Рада с тобой познакомиться, Грант. Моё имя – Джейн. Надеюсь, мы сможем полностью разорвать преграды между нами и подружиться, когда тебе станет лучше. Теперь, это твой новый дом. Здесь, ты можешь жить спокойно, ничего не бойся. Хорошо?

Грант

– Д – Да, очень надеюсь на это. Я тоже, рад с тобой познакомиться, хочу с тобой подружиться.

С этих слов, и началась долгая история дружбы Джейн и Гранта, человека и высшего демона, пускай не первая, не последняя, но честная и крепкая. Спустя три недели, он окончательно подружился с ней, и с семьёй Венди полностью, при этом, многое узнав и присоединившись к ним, за их взгляды на жизнь.

(“временная” столица возрождённого королевства Иерагус)

(бывший имперский, а потом и республиканский дворец)

Король Демонов

– Благодарю вас за то, что собрались все. Итак, начнём доклад.

Ария

– Начну я. За сегодняшний день, мы смогли освободить из рабства около тридцати миллионов людей. По моим подсчётам, для полного освобождения людей, нам осталось подождать и поработать примерно полгода.

Король Демонов

–Отлично, следующий!

Барон Олихарнат Тавилон

– Мы смогли ликвидировать за последний месяц две трети, а может и больше, от всех радикальных группировок, террористов и прочих.

Казначей Разхел Кистогноб

– А я, и командиры вашей стражи почти реализовали план “Восход”, мы на последней стадии.

Король Демонов

– До Дня Освобождения успеем?

Ария

– Мы надеемся, но всё зависит от количества подаваемой энергии, да и протестанты и недовольные очень сильно мешают, мой король.

Король Демонов

– Я с этим разберусь. Ладно, расходитесь, собрание окончилось.

Да, мой король!

(спустя время)

Король Демонов

–Эй, Ария.

Ария

– Да?

Король Демонов

– Я вот тоже начал думать о том, что последний рыцарь империи жив. Нет, я, хочу, надеюсь, что это так.

Ария

– И я.

Король Демонов

– Думаешь, он мог выжить после такого-то крушения?

Ария

– Восстание… Живёт надеждой.

Король Демонов

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Ария

– Я тоже. План “Восход” сработает, уверяю вас.

Король Демонов

– Ох, скоро снова война. Только б было как можно меньше смертей.

Ария

– Надо лишь надеяться. Скоро… Всё произойдёт. (про себя) Вилл, прошу, будь жив, вернись домой, как и обещал. Без тебя, всему миру грозит уничтожение. Ты, нужен мне, людям, демонам и зверолюдям. Пускай, ты это не признаёшь, но ты герой, герой, что спасает мир, когда никто не видит. Для меня, ты тоже герой, ведь… Я люблю тебя.

Глава 17. Несбывшееся предвестие войны

Мир полон неожиданностей, сюрпризов и разнообразия во многих сферах жизни. Но всегда ли это хорошо? Каждый кто задавал этот вопрос хоть раз в жизни сразу ответит как- то так: "Для каждого из нас ответы будут разные, всё зависит от того, какой жизненный путь ты выберешь и насколько судьба будет к тебе благосклонно.”. Нормально ли подобное? Разве это так нужно знать? Смысл прост до банального – каждый сам решает то, каково будет его будущее. Однако, все ли имеют этот выбор? Казалось бы, в чём смысл задавать такие вопросы, но что будет, если отобрать, не только свободу, а ещё и столь важные, простые вещи? “К чему всё это?” – кто-то может спросить. Ну…

(дом семьи Усо)

(звук удара хлыстом)

Человек (раб)

– Ай!

Кидабу Усо

– Получай, человечишка.

Эхси

– Да, бейте его, господин!

Кидабу Усо

– Думал, что сможешь сделать подобное? Каков же наглец, какая наглость! Как ты только посмел заигрывать с моей дочкой!?

Человек (раб)

– Я… Ничего такого, даже и не думал. Вы ошиблись.

Кидабу Усо

– Хах, правда?

Эхси

– Сэр, кажется, он хочет сказать, что ваша дочь уродлива, раз даже его – человека она не может впечатлить.

Человек (раб)

– Что? Нет, я ни в коем случае никогда такого не…

Кидабу Усо

– Ты решился оскорбить мою дочь, смелости много видимо набрался! Жить надоело? Да я тебя на мелки кусочки разрежу.

Эхси

– Прошу вас, позвольте мне преподать ему урок. Жалкий человек не достоин столь огромному вниманию с вашей стороны. Думаю, ударов так двести кнутом или хлыстом будет достаточно, сэр.

Кидабу Усо

– Ну ладно. Мне всё равно уже пора на работу. Пойду ка я. (бежит) Доченька, меня нет, присмотри за домом. Вернусь поздно, ужинайте сами.

Да.

Кидабу вышел из дома. Подошёл к машине, сел в неё и отправился по своим делам.

Нэси Усо

– Эй, Эхси. Думаю, не стоило всё же придумывать историю про приставание. Он хоть и человек, но это уже перебор. Тем более, зачем меня во всё это втягивать? Если так хочешь издеваться над ним, то не вовлекай других в твои игры.

Эхси

– Что же вы так со мною, моя дорогая, юная мисс. Я не над кем не издеваюсь. К тому же, он ведь и сам не против, так как является мазохистом, а значит, он любит боль. Всё будет замечательно, верно, ничтожный пёс!?

Человек (раб)

– Конечно!

Нэси Усо

– Ну да, будто данный факт меняет хоть что-то. Слушай, я не против унижения людей, но вот это уже ненормально. Нельзя было хоть причину нормальную придумать для