Пятый квадрат - Анатолий Гончар

– А как Димарик минно-подрывному делу бойцов учил, слышали? – Сеченев потянулся за печенюшкой.

– Это про капсюль-детонатор?

– Угу, – подтвердил капитан, начиная припоминать следующую историю.

– А вот у меня был случай… – восторженно заговорил старший лейтенант Свиридов, а замкомроты полностью сосредоточился на чаепитии и историю, рассказанную группником, плавно пропустил мимо ушей.

Но истории историями, а разговор вскоре от воспоминаний перетёк в русло дел насущных.

– Уезжавшие, – старший лейтенант Морин упомянул убывших по замене, – говорили, что в …ком районе «движуха» с весны началась ещё та.

– Да в …но вообще край непуганых идиотов, – авторитетно заявил Свиридов, на что много раз в прошлом работавший в …ком районе капитан Сеченев с улыбкой заметил:

– Тебе-то, Олег, что? Там всё равно вторая рота работать будет, а мы здесь, поблизости. Ты бы лучше про обстановку вокруг …ров поспрашивал.

– Да спрашивал я, – беззлобно отмахнулся Свиридов. – Говорят, работать надо, работать. А в …но вышел, сел – и, не отходя от кассы, сразу результ.

– Ага, только у кого? – резонно заметил капитан. – Если бы «чехи» были такие дураки, мы бы уже давно их всех перестреляли. У них наблюдение поставлено – обзавидуешься! Стоит только нашим технику завести, а у них – трындым-трындым – пошла в лес информация. Так что приходится изгаляться, то так, то эдак мудрить, отправляя группы…

– Слушай, а наши не пробовали в лесу на постоянной основе жить? – спросил Морин.

– Да пробовали как-то, – ответил Сеченев.

– И как результат? – Морину всё же хотелось узнать чуть больше.

– Да никак. Вышли, обжились, начали потихоньку окружающие квадраты шерстить. Только, как говорится, вошли в тему, наметилось нечто реальное, как нас отозвали. Кому-то из начальства показалось, что мы только и делаем, что спим да жрём. А потом, через два месяца, уже другой отряд, по нашим прикидкам, в двух квадратах оттуда такую базу взял! «Чехов» немерено, оружия… да что говорить, здоровский результат! А могли и мы сработать…

– Но если у вас какие-то наметки были, что ж вы не попросили, чтобы вам на тот квадрат боевое распоряжение дали? – Свиридов начал рыться в ящике стола, выискивая брошенную на днях туда звёздочку.

– Да просили. Сначала не дали, а потом уже и не хотелось; дело к замене шло, кому надо под занавес подставляться? А когда уезжали, ротный шепнул сменщику о наших выводах, сменщик – командиру отряда; а тот у них ушлый, почти сразу туда группы и зарядил. Вот так-то.

– Не повезло! – посочувствовал Свиридов.

Сеченев кивнул, но дальше на тему той базы распространяться не стал.

– А ты не в курсе, как планирует осуществлять вывод групп наш комбат? – спросил присоединившийся к разговору Рустам.

– Абсолютно по нулям, – ответил Сеченев, допил свой чай, поставил кружку на стол и, подумав, высказал имевшиеся по этому поводу мысли: – По-любому, в основном наземным способом, вертушками – вряд ли, мы и на «ВПШГ» последние командировки почти не летаем. Да и не надь, – добавил он, вспомнив свои собственные опыты, когда воздушные асы (оказавшиеся слегка в подпитии), неся в чреве машины его группу, маневрировали по дну ущелья так, что казалось, не хватает считаных сантиметров, чтобы задеть то винтом вертикальную стену, то колёсами – внезапно поднимающийся над местностью каменистый гребень. Желудок в тот раз Сергей там не оставил, но вылезал из вертушки совершенно зелёный. В общем, покатались они в тот раз славно, и повторения подобных опытов Сеченеву не хотелось. – Так вот, вывод скорее всего всегда будет осуществляться наземным способом, а вот чтобы обмануть бдительность «чеховских» наблюдателей, есть немало способов. Это… – И капитан начал перечислять, что именно можно сделать для обмана противника и выведения групп с максимальной скрытностью. – Вот такие пироги с котятами! – закончив свой рассказ, Сеченев зевнул. Время подвалило к полуночи и пора было ложиться спать. Подъём в шесть часов на зарядку пока ещё никто не отменял.

Боевое распоряжение пришло через два дня. Старший лейтенант Морин как носом чуял, что идти придётся ему, – и не ошибся. Точнее сказать, ошибиться у него не было никакой возможности – БР пришло сразу на все четыре группы первой роты.

«Обломец!» – только и выдохнул он, когда посыльный из штаба сообщил о пришедшем из вышестоящих штабов распоряжении. Правда, с погодой повезло – дождь наконец кончился, разведрилось; если и набегали единичные облачка, то тут же уносились гуляющим в вышине ветром. Весело глядевшее с небосвода солнышко подсушило землю, нагрело воздух, но, будучи ещё по-весеннему не слишком высоко, не парило, не жгло лица и плечи, а ласково, почти по-домашнему, согревало и убаюкивало, настраивая на ленивый весенне-летний отпускной лад. Вот только до отпуска было ещё невыносимо далеко и долго.

– Командир! – Голос посыльного ещё не успел отзвучать в ушах старшего лейтенанта, как в офицерском кубрике «нарисовалась» фигура старшего сержанта Маркитанова. – Что, идём?

– Идём! – согласился Морин.

– Значит, завтра, да? – продолжал допытываться Димарик.

– Ты же сам слышал, – вздохнул старший лейтенант, поражаясь докучливости своего зама.

– Ну, мало ли, – неопределённо пожал плечами Маркитанов и тут же добавил: – Я пойду… на зарядную… чтоб батареи на зарядку поставили… прослежу.

– Иди, проследи, – не удержался от улыбки старший лейтенант. – Вот что ещё: к радистам загляни. Предупреди, чтобы всё проверили.

– Сделаем, командир! – Димарик, как обычно, повёл плечами и, протопав через офицерский кубрик, скрылся за дверью.

– Шустрый у тебя зам! – хитро прищурился валявшийся на соседней койке Рустам.

– Ну да, – безропотно согласился Морин, подумав о том, что зам действительно не самый плохой, малость шебутной, но в целом вполне его устраивающий.

Разве что портил впечатление шлейф легенд, тянущийся за старшим сержантом Маркитановым, да странная, почти мистическая неспособность к пространственной ориентации. Скажи: «Димарик, веди на юг», он непременно повернёт в другую сторону. По уму, Маркитанова, как самого опытного, следовало бы назначить в головняк группы и поставить первым, но единственная попытка так поступить, предпринятая Мориным на боевом слаживании, закончилась неудачей. Димарик завёл группу чёрт-те куда, после чего «Иван Сусанин» был определён во вторую тройку ядра, в коей счастливо пребывал и по сей день. Впрочем, в его нахождении именно там тоже был свой резон – в случае «встревона» старший сержант со своей тройкой имел возможность манёвра.

– Инициативный, – продолжал Рустам.

– Ну да, – снова поддакнул Морин, а сам подумал: «Даже слишком, никогда не знаешь, что он «выкинет» в следующую минуту».

– А вот мой, – то ли притворно, то ли всерьёз вздохнул Рустам, – пока не пнешь, не пошевелится…