Рельсовая война - Александр Тамоников

— Вот что, Дед, — сказал он, — подумав, я решил, что ничего страшного не произойдет, если Алиса будет спать с этим пацаном.

Розин подозрительно посмотрел на Вампира:

— Ты шутишь?

Кучерин затушил окурок в пепельнице:

— Какие могут быть шутки, Дед? Я говорю вполне серьезно.

— А Алисе ты сказал об этом?

— Ты скажешь. Пусть она думает, что я не в курсе. А вот ты не мешай им. Понял?

Розин пожал плечами:

— Как скажешь. Ты начальник.

— Вот это верно. Начальник — я! Но ладно, давай информацию по железке.

— Сейчас.

Розин прошел в свою комнату, достал из шкафа блокнот. Вернувшись, положил его перед Кучериным:

— Здесь все о товарняках, проходивших по железке в сторону города за период твоего отсутствия.

Вампир взял блокнот, начал внимательно знакомиться с содержанием каждой страницы. Пролистав блокнот, проговорил:

— Так! Значит, составы с нефтью проходят примерно в одно и то же время, где-то с 6 утра до 06–30. Составы большие, по 60 с лишним цистерн. В каждой по 60 тонн нефти. 3600 тонн. Это много. И это хорошо. Я забираю твой блокнот.

— Забирай, мне он не нужен. А ты, смотрю, только наливниками интересуешься? Уж не планируешь ли пустить под откос один из составов?

— Ты задаешь лишние вопросы. Что я планирую, тебя не касается. Ответь лучше, с какой скоростью идут наливники.

— По насыпи медленно. Километров тридцать, может, сорок в час, не больше. Но последние вагоны ускоряются.

— Это значит, что ближе к мосту поезда набирают ход?

— Получается так.

— Ага! Добро!

— Мне купить новый блокнот и продолжить каждый день торчать на озере?

— Нет, на озере торчать больше нет необходимости.

Розин вздохнул с облегчением.

— Слава богу, а то эта рыбалка уже достала.

— Что, так и не пристрастился?

— Нет.

— А придется еще поиграть в рыбачка.

— Не понял?

— Ну что тут непонятного? Рыбачить ты продолжишь, только не на озере, а на реке, недалеко от железнодорожного моста.

— Но на реке сейчас никто не рыбачит. Загадили реку так, что даже зимой, в лютые морозы, не замерзает. Только идиот будет ловить на реке.

Кучерин усмехнулся:

— Значит, тебе предстоит играть роль идиота. Мне нужно знать, охраняется ли мост, когда пути проверяются спецбригадами, регулярно или нет. С какой скоростью локомотивы тащат составы по мосту. Какие суда плавают по реке в том районе, до частных лодок включительно. Бродят ли по берегам люди. В общем все, что происходит на мосту, на реке и на берегах. И особенно, можно ли подойти к мосту незамеченным. Скажем, группе из трех человек.

— Так, значит, ты все же решил сбросить в реку состав? Но зачем, Вампир?

Кучерин повысил голос:

— Сколько раз тебе повторять, что мои дела тебя не касаются?

— Но светиться у моста мне! И если что, то меня первым возьмут за задницу.

— Не беспокойся. Если при наблюдении ты обнаружишь что-то угрожающее твоей безопасности, я скорректирую твои действия. Но учти, информацию я перепроверю!

— Зачем тогда высылать меня к мосту, если намерен сам установить за мной контроль?

— Потому что я так решил. А значит, так оно и будет. Но ты калач тертый — сработал же чисто на озере!

— Не совсем, Вампир…

Кучерин сощурил глаза. В них появился стальной блеск.

— Что ты имеешь в виду?

— Прокололся я вчера.

— Подробней! — приказал Вампир:

Розин рассказал бандиту о вчерашней встрече с соседом и передал суть разговора с ним.

Выслушав его, Кучерин откинулся на спинку стула:

— Та-ак! Замечательно. И как ты, старый пес, позволил этому придурку незаметно подойти к себе? У тебя что, уши заложило?

— Я не знаю, как это произошло. И действительно, не слышал, как он подошел.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю. Если что, Грыжа первым бросится в ментовку и сдаст меня!

— Вот именно! И что предлагаешь?

— Придется избавляться от него.

— Верно мыслишь. Но с опозданием. Вопрос относительно него надо было решать сразу. Вчера, у озера. Где гарантия, что он не разболтал о твоем странном поведении на рыбалке своей жене, друзьям-алкашам?

— Не должен был. От меня он ушел на пруд, что недалеко от переезда. У него с собой была бутылка. И с утра он опохмелялся.

— И что?

— А то, что Грыжа наверняка просидел на пруду допоздна. Он хоть и пьянь, но рыбак заядлый, настоящий, не то что я. После рыбалки пошел домой…

Кучерин прервал Розина:

— Ты видел, как он возвращался?

— Нет. Но куда ему после рыбалки идти? Не к дружкам же тащить рыбу? Он ее лучше продаст.

— Так. Стоп! Значит, если он вернулся с рыбалки прямо домой, то сейчас должен продавать улов?

— Если уже не продал.

— Кому он обычно сдает рыбу?

— Да по соседям ходит.

— Ты можешь узнать, где он находится сейчас?

— Если только позвонить ему домой.

— Звони. Немедленно!

— А что сказать-то?

— Если он дома, спроси, поймал ли что. Если поймал и не продал, пусть к тебе улов несет. Ты возьмешь.

Розин испуганно взглянул на Вампира:

— А ты его прямо здесь и порешишь?

— Нет, здесь нельзя. Ты звони, а я что-нибудь придумаю. Звони, Розин!

Иван Петрович в сопровождении бандита прошел в прихожую, где на тумбочке стоял городской телефон, набрал номер соседа. Неожиданно ответила жена Воронова. Неожиданно, потому что обычно с утра и до вечера находилась на работе, в отличие от своего мужа-тунеядца.

— Алло?

— Зина?

— Да! Иван Петрович? Здравствуйте!

— Здравствуй, Зина! Скажи, пожалуйста, я могу переговорить с Василием?

— Спит он. Вчера поздно пришел. Нажрался и уснул.

— Рыбу-то принес?

— Принес.

— Много?

— Килограммов пять. До полуночи чистила. А что толку-то? Проснется — пойдет продавать. Пить-то надо на что-то…

— Веселая у тебя с ним жизнь!

— Да уж веселее некуда. А куда деваться?