Брат, стреляй первым! - Владимир Колычев

— Знают…

Уж Светлов точно знает.

— И на хату свою нам возвращаться нельзя. Опять же менты… Вдруг Артемчик сдал нас?

— Надо новую хату снять, — сказал Никита. — Где-нибудь здесь рядом…

— Ага, попробуй…

— Да я уже все уладил.

— Ну… — недоверчиво протянул Витал. — Не, ты чо, серьезно?

— Не та ситуация сейчас, чтобы шутить…

— Значит, снял хату… Сколько?

— Что сколько?

— Ну, бабок сколько запросили? — Витал показал взглядом на свою сумку.

— Деревянными просят, — усмехнулся Никита.

— Типа рубли…

— Не угадал… Деревянные — это палки. И я не знаю, сколько этих палок поставить надо…

— Что-то я не врубаю…

— Баба одна меня подвезла. Сирота, похоже. В смысле, без мужика мается. Передок у нее чешется. Приходи, говорит. Типа, я одна. Тортик покушаешь…

— Типа, ее трахни…

— Ну да…

— А живет она одна… Это ништяк… Далеко?

— Совсем рядом. Напротив нашей «свечки»…

— Да ты чо!

— Я примерно знаю тип ее дома. По номеру квартиры вычислил. Короче, скорее всего, окна ее хаты на подъезд Кэпа выходят…

— Класс! В натуре, потолок!.. Слушай, а какого хрена мы здесь с тобой сидим?..

— За тобой шампанское.

— Да не базар.

— И лучше с клофелином.

— Чего?

— Не фонтан баба… Я на нее не полезу.

Эта женщина была не во вкусе Никиты. К тому же у него есть Лена, после нее залезть на такую, как его случайная попутчица, — значит, не уважать себя.

— Я полезу…

— Я же говорю, не фонтан она…

— Зато есть фонтан водки…

Женщину звали Альбиной. Она обрадовалась, когда Никита вломился к ней в квартиру вместе с Виталом.

— Это мой напарник, — сказал Витал. — Я вам про него говорил.

— Ах да… Постойте, а кто же работать будет?

— Работа не волк…

— Ага, — подхватил Витал. — Работа не болт, как стояла, так и будет стоять…

Он с первого мгновения почувствовал себя хозяином в этой уютной трехкомнатной квартире. И смотрел не на хозяйку, а цепко оглядывал комнаты. Все ему здесь нравилось, особенно то, что окна выходили во двор «свечки».

— Стояла и будет стоять, — зачарованно повторила Альбина. И как бы спохватившись: — А про какой болт вы говорите?

— Да ты и сама догадалась, — нахально подмигнул ей Витал.

Он сразу заговорил с ней на «ты». Его залихватская грубость приводила Альбину в восторг. Она даже забыла о Никите.

— Вы тортик обещали испечь, — напомнил ей о себе Никита.

— Да ну его в пень, этот тортик, — ответил за нее Витал. — Огурчики соленые есть?

— Обязательно.

— Ну тогда пошли…

Витал не повел, а поволок Альбину на кухню. Взял за руку и потащил за собой. Никита же подошел к окну в гостиной, вышел на балкон, глянул во двор. Машина с телохранителями стояла возле подъезда.

Он вернулся в комнату. Опустился в низкое кресло. И понял, что никакая сила не сможет его отсюда поднять… Но через четверть часа ему пришлось встать. Не давала ему покоя мысль о джипе. Но все было нормально. Телохранители и не думали уезжать…

Никита снова хотел было опуститься в кресло. Да передумал. На этот раз он может и не подняться… Он побрел на кухню…

И застал там интересную картину. Витал стоял посреди кухни с бутылкой в руке. И тянул водочку, негодник, прямо из горла. Да уж, не бывает некрасивых баб, бывает мало водки… Альбина стояла рядом. Прижалась к нему, положила голову ему на грудь. Глаза закрыты. Балдеет, зараза…

— А-а, Ник! — заметил его Витал.

Он отстранился от Альбины. Поставил пустую бутылку на стол.

— Ты этта, здесь побудь… Там на плите яичница с колбасой, чтобы не сгорела… А мы… Эй, подруга, ты мне спинку-то потрешь?..

— Ну а как же?

Альбина тоже была пьяна. Но не только от водки. Еще и от Витала. Они вместе ушли в ванную. Никита остался на кухне.

Яичница уже остыла. А Витал и Альбина все не выходили из ванной. Громкие охи и ахи объясняли причину их задержки. Никита усмехнулся и сел за стол один. Перекусил. И отправился в гостиную.

Машина с телохранителями стояла на месте.

Теперь Никите стало окончательно ясно, что Кэп никуда отсюда до утра не уедет. А телохранители будут стоять здесь всю ночь. Разве что среди ночи прибудет смена. Вернется джип, который уехал первым…

Раз так, то незачем лишний раз на балконе светиться. А потом, даже если Кэп сдернет отсюда, разве смогут они с Виталом сесть ему на хвост?.. Сейчас они не в состоянии контролировать ситуацию.

Никита лег на диван, закрыл глаза и отключился.

Ночью его разбудил Витал. В комнате горел свет, а он сам стоял возле телевизора с очередной бутылкой водки в руке. Он еле держался на ногах. Наверняка, Альбина для него сейчас самая красивая женщина…

— Ник, б-братуха, а т-ты чего лежишь? — глядя куда-то поверх него, спросил Витал;

— А что?

— Мы же в гостях, в натуре…Альбина там скучает…

— А ты на что?

— Ей одного м-мало… Я п-предлагаю груп-повуху…

— Никита! — откуда-то вдруг возникла Альбина. В трусах, без лифчика, волосы всклокочены, сиськи набок, помада на губах размазана, тушь на глазах размыта. Она встала перед ним на колени. Положила голову ему на грудь. И простонала.

— Никита! Прости меня непутевую!..

— За что?

— Я же твоя… А он меня… Он! — показала она на Витала.

— Трахнул?

— Да, он меня трахнул!.. Но теперь я твоя!

— А можно я тобой завтра займусь?

Альбина подумала, покивала головой.

— М-можно!…

— Ну тогда валите отсюда на фиг! Оба!..

— П-поняла!

Она поднялась с колен, приняла строевую стойку, приложила руку к голове.

— Есть!

— Пошли, подруга! — поманил ее за собой Витал. — Я тебе еще разок засажу…

— Есть!

Она повернулась и двинулась вслед за ним строевым шагом. Совсем сдурела баба. Повеселилась, называется…

Утром Альбина была совсем другая. Строгая, недоступная. И, кажется, с удивлением смотрела и на Витала, и на Никиту. Как будто ничего не помнила из сегодняшней веселой ночи. Хотя, конечно, что-то помнила. Поэтому не торопилась выгнать их из своего дома.