Бригадир - Борис Седов

– Толика? – лениво приподнял брови Рэмбо, прекрасно сообразив, о ком именно идет речь и наконец-то узнав стоящего напротив человека. Конечно. Находясь в зоне он неоднократно видел его в теленовостях. Стоящим рядом со стремительно вознесшимся на вершины власти бывшим университетским профессором, главным питерским демократом. Хозяином города на Неве.

– Да, ты меня правильно понял, Влад, – кивнул Игорь Дмитриевич. – Я имею в виду мэра Санкт-Петербурга. В его окружении достаточно наших. И мы, в отличие от картавых пустословов, не треплем языком, как многие другие, а работаем. Внимательно следим и анализируем все, что происходит в городе и регионе. В том числе – в его криминальном мире. Я буду говорить с тобой открыто, Влад. Когда кто-либо из твоих… коллег по профессии становится достаточно крутым, чтобы в той или иной степени оказывать влияние на экономику, политику и ситуацию в городе в целом, мы берем его на заметку. И вносим в своего рода файл. В список.

– Хотите сказать, что моя фамилия тоже есть в вашем списке? – Рэмбо легко выдерживал буравящий взгляд бывшего комитетчика и глаз не отводил. Курил медленно, лишних движений не делал и вообще старался не показывать охватившего его волнения.

– А как же. Есть, конечно, – подтвердил Игорь Дмитриевич. – Пока не в самом верху, но… – Самарин бросил в рот сигарету, закурил, присел напротив Невского. – Где-то близко. В конце второго десятка. Ты у нас проходишь как весьма перспективный и адекватный персонаж. С железной хваткой и большими амбициями. Как человек, с которым, при желании, можно найти общий язык. Если на то появится нужда. Глядишь – еще годик уверенной поступи вверх по лестнице из черепов, и мы бы с тобой непременно встретились в приватной тихой обстановке. За чашкой кофе и рюмкой коньяка. Но… как видишь, все произошло гораздо быстрее. Кто же знал, что судьба сведет вас со Светланой и мы познакомимся лично уже сегодня. Что ж, – выпустил через нос две струи дыма Самарин, – может, это и хорошо. Уж лучше с ней рядом будешь ты, чем какой-нибудь смазливый кобель с курса или пыльный очкастый ботаник в рваных носках, даже если он – будущий нобелевский лауреат. Как считаешь? Ладно, не отвечай. По глазам вижу, и твоим, и ее, как вы друг на дружку смотрите. Голубки. Скажу тебе по секрету, как мужик мужику, она тут извелась вся. С тех пор, как из Ольховки вернулась. Не знаю, что у вас там было, чего не было, но… нравишься ты ей, Невский. Очень. Такие дела.

Игорь Дмитриевич глянул на часы, торопливо затушил сигарету, поднялся.

– Я обещал Свете, что не задержу тебя надолго. Я редко что-либо обещаю, но если уж пообещал – то обязательно выполняю. В общем, добро. Идите. Отдыхайте. Веселитесь. Воркуйте. Встречайтесь. В любое время дня и… чего уж тут ваньку валять… ночи – тоже. Ради бога. Мне очень хочется верить, что говоря тебе сейчас эти слова, я не ошибся, Невский. Но – учти. Если что с девчонкой худое случится… лучше бы вам вообще не встречаться.

– Мне тоже хочется в это верить. – Влад положил на край пепельницы сигару, тушить умышленно не стал. Встал с кресла. Подошел к Самарину. Произнес четко и уверенно: – За Свету не волнуйтесь. Я не мальчик. Мне есть с чем сравнивать. Думаю, это серьезно. Если она сама, конечно, захочет.

– Вот и отлично, – бросил советник всесильного «Толика». – Ступай. Заждалась уже, королева. А по поводу всего остального, – в голубых глазах Игоря Дмитриевича вновь появились хищные огоньки. – Так увидимся еще. Позже. Вот тогда и поговорим, как нам с тобой жить и сосуществовать в одном отдельно взятом мегаполисе. К обоюдной выгоде и полному консенсусу интересов. Ты меня хорошо понял, парень?

– Лучше не бывает, – в тон Самарину ответил Рэмбо. – Я могу идти, товарищ полковник!

– Идите, – махнул рукой бывший чекист, – товарищ старший сержант морской пехоты Северного Флота. Удачного вечера. Если… – Игорь Дмитриевич на секунду запнулся, подбирая подходящие слова. – Короче. Если свидание затянется, пусть Светка позвонит, предупредит. Чтобы мы с матерью не волновались.

– Я ей передам.

– Это все. Идите…

Самарин остался стоять на месте, а Невский, словно бы нечаянно легонько толкнув его плечом, вышел из кабинета в коридор. Где тут же столкнулся с поджидашей его, кормящей рыбок в гигантском аквариуме, Светланой.

– Все в порядке? – отряхнув ладошки от сухого корма, девушка бросилась к Владу и, не удержав эмоций, легонько ущипнула его за локоть. – Вправил тебе Самарин мозги? О чем говорили, если не секрет?

– Так, – пожал плечами Рэмбо. – О ерунде всякой. О погоде. О бизнесе.

– И как, пришли к общему знаменателю? – улыбнулась Света, увлекая Влада в сторону прихожей.

– Легко! – кивнул Невский. По смотрел на девушку обожающим взглядом, огляделся. Убедился, что вокруг никого нет, приблизил губы к уху Светы и сообщил: – Таможня дает добро. – После чего ткнулся губами в пылающую гладкую щеку и вовсе уж по-хозяйски обнял девушку за талию.

– Мы договорились, что отныне и навсегда я отвечаю за тебя головой. И вообще… нам пора шевелиться, солнце мое. Столик в «Невском Паласе» ждет. Не знаю, как ты, но лично я с самого утра ничего не ел и так проголодался, что еще полчаса без пищи – и начну кусать любого, кто находится в радиусе вытянутой руки.

– Владик. – Что?

– Скажи мне, только честно, – вдруг как-то странно спросила Света. – Я не сплю?

– Конечно, спишь, – фыркнул Рэмбо. – И я сплю. И все мы спим. И вообще – все, что ты видишь вокруг себя, это глюки.

– Ты сумасшедший, – серьезно констатировала девушка. – Или паяц.

– Согласен, – кивнул Влад. – И причем давно. С тех пор, как впервые увидел тебя. Мы встретились сто лет назад, на берегу Женевского озера. Я играл в гольф на залитой солнцем зеленой поляне, и тут вдруг появилась ты. Ты была такая… такая…

– Скажешь еще хоть слово – убью, – предупредила Света, больно ударив Невского кулачком под ребра. – Понял? Клоун.

– Понял. Молчу. А дышать можно? Я без воздуха больше трех минут не выдержу.

– Перестань дурачиться, Влад. Я тоже удивлена, что вы с отчимом нашли общий язык. Это просто невероятно. Ты первый из моих парней, кого он не выкинул пинком под зад. Чем ты его купил, а? Признавайся, негодяй. На деньги и тачки ему плевать. Сам не бедный.

– Фиг знает. Может, хорошими манерами? Нет, скорее – блестящим знанием древнеяпонского и эсперанто. И еще – виртуозной игрой на фортепьяно.

– Ну точно – клоун. Олег Попов. Только накладной ватной попы и дурацкой кепки в шашечку не хватает, – вздохнула Света, повертев указательным пальцем у виска. – Ладно. Я тоже рада. Но не прыгать же из-за этого до потолка? Подай мне, пожалуйста, с вешалки курточку, – попросила маленькая бестия, указав на нужную вещь все тем же пальчиком с длинным розовым ноготком. – Вон ту, белую. С поясом. Ее, да. Классная, правда?

– Без базаров, – согласилсяРэмбо. – Ну, то есть… я хотел сказать, что действительно красивая. Ништяк.