Мастер-класс для диверсанта - Сергей Москвин

По дороге из штаба Павел Чернышов встретил Артема Ветрова.

– Ну как, Павел Андреевич, командование группировки одобрило предложенные нами мероприятия?

Чернышов рассеянно кивнул. Он только что ознакомился с телеграммой Локтионова и все еще находился под впечатлением от полученной информации.

– Теперь нужно еще, чтобы план одобрил начальник охраны премьера, – продолжал Ветров. – Вы его уже видели? Он сегодня прилетел в Моздок.

– Пока не довелось, – равнодушно ответил Чернышов.

– А я уже успел повидать, – похвастался Артем. – Надо вам сказать, этот начальник охраны внешне ну просто образец телохранителя, какими их изображают в комиксах. Роста среднего, коренастый, плечи – во! – Артем показал руками, какие плечи у начальника охраны премьер-министра. – Вот такие кулачищи и шея, как у культуриста. Вместе с тем очень подвижный.

– А ты-то как его узнал? Может, это не он? – поинтересовался Чернышов.

– Обижаете, Павел Андреевич, сведения точные. Он мне замечание сделал. Я, естественно, поинтересовался, вы, мол, кем будете. А он отвечает – полковник Рогозин, начальник охраны премьер-министра.

– Ну раз замечание сделал, тогда все понятно, – улыбнулся Чернышов. – Ты, надеюсь, не сказал, что из моей группы?

– Что вы! Прикинулся валенком, отдал честь, пообещал впредь не нарушать устав и соблюдать воинскую дисциплину и субординацию, – скороговоркой ответил Ветров.

Чернышов снова улыбнулся:

– По возвращении в Москву напишешь рапорт на мое имя, как выполняешь данное обещание. А сейчас разыщи Олега. Поступила новая информация от Локтионова, я хочу вас с ней ознакомить.

Ветров убежал на поиски Олега Муромцева, а Чернышов направился в гостиницу. После введения режима повышенной безопасности найти в штабе пустующий кабинет для совещания группы вообще стало невозможно.

«Подведем итоги, – подумал Чернышов, мысленно вернувшись к телеграмме Локтионова. – Передатчик, выходивший в эфир 29 октября, принадлежит турецкой разведке. Теперь это не вызывает сомнения. Но имеет ли отношение диверсионная группа к этому передатчику? Вот если бы передатчик выходил в эфир еще 26 октября, в тот день, когда диверсанты прибыли в Моздок, тогда в этом не было бы сомнения».

Группа радиоперехвата из Ставрополья появилась в Моздоке только 28 октября, поэтому никак не могла проконтролировать эфир двумя днями раньше. «По логике вещей, диверсанты должны были сообщить в разведцентр о своем прибытии в Моздок, – думал Чернышов. – Так был сеанс 26 октября или нет? – Все дальнейшие логические построения зависели от ответа на этот вопрос. – Локтионов предлагает выйти на передатчик оперативным путем. Что ж, если невозможно получить дешифровку, ничего другого не остается, как попытаться вычислить передатчик».

– Знаете, что такое мозговой штурм? – спросил Чернышов у Муромцева и Ветрова, когда те вернулись в гостиничный номер.

– Это когда группа ученых собирается вместе и общими усилиями пытается решить возникшую проблему, – ответил Артем Ветров.

– Верно, – кивнул Чернышов. – Мы, правда, не ученые, но сейчас займемся тем же самым. Задача – обнаружить радиопередатчик, принадлежащий агенту или кадровому сотруднику иностранной разведки, предположительно турецкой. Все готовы? – Чернышов посмотрел на своих сотрудников.

– Попробуем, – переглянувшись с Артемом, ответил Олег Муромцев.

– Итак, я выдвигаю версии, мы их обсуждаем, – предложил Чернышов.

Муромцев и Ветров кивнули.

– Версия первая, – объявил Чернышов. – Диверсанты действуют по заданию турецкого разведцентра. Они проникают в Чечню, на территорию, контролируемую боевиками, там вооружаются и отправляются в Моздок. Незапланированная встреча с разведывательным дозором федеральных сил не останавливает диверсантов. Уничтожив разведывательный дозор, диверсанты прорываются через позиции федеральных войск. 26 октября они в Моздоке. Их дальнейшие действия? – Павел Чернышов вопросительно посмотрел на своих товарищей.

– Доложили в разведцентр, что достигли цели, – тут же ответил Артем Ветров.

Олег Муромцев не был столь поспешен в своих выводах.

– Согласен, они должны были доложить в разведцентр о том, что добрались до цели, – сказал он. – Но сначала они должны были обосноваться в городе, снять квартиру или дом. Вряд ли они рискнули обращаться в гостиницу, имея при себе столько оружия. Вместо этого диверсанты направляются на автовокзал. Интересно, для чего? Ведь автовокзал далеко не самое безопасное для них место. Его постоянно проверяют комендантские и милицейские патрули, которые могут обнаружить диверсантов. Собственно, в действительности так и произошло.

– Ты прав, – согласился с Олегом Павел Чернышов. – Появление диверсантов на автовокзале Моздока выглядит нелогичным. Вот если бы они собирались куда-то ехать, а то посидели немного и ушли.

Чернышова удивило: как он раньше не обратил внимания на такую странность в поведении диверсантов: «Я зациклился на двух последовавших друг за другом покушениях. Еще тогда я решил, что действия диверсантов совершенно нелогичны. А логика была нарушена еще раньше, с самого начала, когда диверсанты прибыли в Моздок».

– Да и не могли они никуда уехать с автовокзала, – добавил к словам Чернышова Олег Муромцев. – Они же были в форме российских военнослужащих и с оружием. А солдаты срочной службы междугородними рейсовыми автобусами не ездят.

– Все правильно, им незачем было приходить на автовокзал, если только... – Чернышов неожиданно сделал паузу. – Если только у диверсантов там не была заранее запланирована встреча со своим связным, – закончил он.

– Вы полагаете, у них есть связной в городе? – спросил Ветров.

– Да, если действиями диверсантов руководит турецкая разведка, это вполне возможно. К тому же у меня нет другого объяснения подобному визиту.