Отверженный 追放者 Часть V - Александр Орлов

Я пробежался взглядом по незнакомым лицам. Те, кто сидел подальше от председателя, имели меньший вес в организации, а ближайшие к трону наоборот, важнейшее место в иерархии. За спинкой главного кресла, вытянувшись по струнке, стоял молодой японец с планшетом в руках, видимо, секретарь.

Справа от председателя развалился в кресле Каин, а слева, прямо напротив человека в маске, сидел Дайго. В углу, за спинкой кресла Ягами-сана, я нашел Дате и Асуру. Он стоял, прислонившись спиной к стене, а ей позволили сесть, хоть она и была не рада такому вниманию. Напротив них, укрывшись за креслом Каина, у окна стояла Рина Удзуки, виновато преклонив голову. Увидев меня, она удивленно вытаращилась, — была уверена, что я сгинул на острове.

— Подойди, мальчик, — проскрипел председатель и подозвал меня жестом.

Я медленно пошел по центру, между сидящих по бокам боссов. Вот о чем упоминал Ягами, — почти все они были старше меня раза в три. Даже самый молодой из этого собрания ветеранов мог похвастаться сединой на висках. Всего их было человек двадцать, — полные, худые, важные и не очень, крепкие старики со злыми глазами и каменными лицами.

Я подошел к председателю и поклонился. Это был лысый и тощий, будто высушенный, японец с длинной шеей. На носу у него были квадратные темные очки, сухие и тонкие губы всегда опущены вниз, будто ему что-то не нравилось. На щеке белел длинный, изогнутый шрам, мочки одного уха не было, его взгляд из-под очков был безразличным, холодным, и уставшим.

— Ты знаешь, кто я такой, мальчик? — сипло спросил он.

— Хай, вы — восьмой председатель правления клана Одэ, Кобаяси Нагаока-сан, — поклонился я ещё ниже.

— А ты, — Икари Рио, из семьи Ягами-кай, — коротко кивнул он и обратился к секретарю. — Абэ, огласи ход процесса.

— Мы собрались здесь, дабы выслушать обвинения Ягами-кай по отношению к Като-кай, и лидера обвиняемых — Аракато Кайне, — протараторил парень, не глядя на меня. — Совет выслушал двоих членов твоей семьи, они обвиняют Като-сана в организации нападения на исправительную школу Габутай, а также о попытке убийства нашей сестры по клану. Также выступила Удзуми-сама, наша сестра и второй лейтенант Като-кай. Она рассказала, как Ягами-кай незаконно похитили её и удерживали в своем офисе на протяжении последних четырех дней. Но ещё она поведала о том, что Като-сан незаконно вербует гражданских лиц, а также имеет отношение к убийству жителей для получения денежной выгоды посредством компании «Окане-хай».

Я буквально чувствовал взгляд Каина на себе, он пялился на меня в упор со своего кресла, а я не мог ответить, оставалось разглядывать ворсинки на ковре и терпеть. Наверное, Флейта за его спиной тоже страшно таращит глаза, да и черт с ними.

— Спасибо, Абэ, — пошевелил сухими губами старик. — Икари-кун, мы выслушали двоих членов твоей семьи, пришла твоя очередь. О чем ты хочешь нам поведать?

— О нарушении кодекса борёкудан, — поднял я глаза. — Я хочу рассказать о том, что видел на острове Вакасима, где Като-кай удерживают людей, и заставляют их убивать друг друга. И о сотнях пропавших людей, чьи тела можно найти в массовом захоронении там же. Изнасилования, убийства, торговля органами, ставки на смерть, — вот что я видел, и о чем хочу дать показания.

— Сегодняшние обвинения удивили всех нас, — поднял бровь председатель. — Сложно поверить, что Като-сан причастен к столь многим преступлениям. Ты можешь доказать свои слова?

— Вакасима большой остров, но в нем слишком много секретов. Вам лишь стоит посетить это место, чтобы убедиться в моих словах.

— Хорошо, начни сначала, — кивнул он. — Как ты оказался на острове, и подробно изложи, что там видел.

Ну, рассказ у меня уже готов, я его отрепетировал ночью на Дайго и остальных. Если на них сработало и тут прокатит. Осталось лишь его пересказать.

Я открыл рот, чтобы вылить потоки дерьма на ублюдка и его тусовку, но неожиданно меня грубо прервал возглас слева.

— Хватит! — вдруг заявил Каин и рывком поднялся с кресла. — Я не буду больше это слушать!

— Като-сан, тебе придется сесть, — прищурился Кобаяси. — Обвинения слишком серьезные, чтобы мы могли их игнорировать.

— У меня есть слово, — выпятил грудь Каин. — И я намерен им воспользоваться.

— Правила есть правила, и тебе придется их соблюдать, — скривил рот председатель. — Ты сможешь выступить с обращением после того, как мы заслушаем свидетелей.

— Если я буду по часу выслушивать каждого мелкого кобуна из Ягами-кай, то умру от скуки. — развел руками Каин. — Кобаяси-сенсей, я хочу сэкономить нам всем кучу времени. Поверь, моё обращение никого не задержит и закончит этот процесс.

— Этому не бывать, — хмыкнул председатель, — если ты, конечно, не хочешь сознаться.

Каин опустил плечи и хлопнул себя по бедрам, будто отряхивая руки от невидимой грязи.

— Именно этого я и хочу, — заявил он, глядя на меня. — Сознаться.

Презумпция Каина, часть 2

Председатель с интересом подался вперед, словно змея, что готовится броситься на жертву. Не мигая он смотрел на невозмутимого Кайне, перебирая пальцами буддийские четки.

— Ты признаешь обвинения? — спросил он.

— Хай, признаю, — кивнула маска. — И как я сказал, смотреть на этот фарс больше не способен. Я требую слова.

— Оно твое, — произнес Кобаяси, откидываясь на спинку. — Говори.

— Аригато, — со злостью в голосе ответил Каин и повернулся к остальным.

Я мельком посмотрел на Дайго, его лицо было напряжено, складка на лбу стала похожа на женский орган, губы сжаты в полоску, на скулах играют желваки. Для него этот перформанс тоже стал неожиданностью.

— Вы… — Каин обвел пальцем всех присутствующих, — будто издеваетесь надо мной. Вы дали мне правила и указания, загнали в грязный угол на окраине и оставили там гнить. И я сделал так, как вы требовали. Никогда не лез на чужую территорию, не создавал конкуренцию, не пересекал линию. Никогда! Даже когда моя семья требовала расширения, я старался быть предельно вежлив и осторожен. Когда я начинал путь в клане, у меня не было ничего, — все лакомые куски уже