Убить людоеда - Борис Бабкин

– Лешка! – ахнул Денов и, выронив стакан, тряхнул головой. – Томка! – позвал он. – Тут внук наш.

В комнате все стихло.

– Что? – пробормотала Тамара Васильевна.

– Лешка у нас! – закричал Денов.

– Бабушка! – позвал малыш. Из комнаты выскочила Тамара Васильевна и бросилась к внуку.

– Мой он, – выдохнула она, – никому не отдам!..

– Ваш, – кивнул Савельев. – Но помни, День-Ночь, что ты сыну обещал. – Он вышел.

– Как думаешь, Семен, – обратился к нему Зимин, – что с Журиным будет?

– Ничего. Да, прозевал вертолет. Но это и позволило избежать множества жертв. Согласись, парни были вымотаны этим поиском. Хуже нет искать черную кошку в темной комнате. А тайга как раз и есть темная комната для черного кота Денова. Конечно, начальство поорет, погрозит, но не более. Парней выбросили в тайгу на сутки, а они там пробыли почти две недели. И кстати, начальству самому надо думать, как оправдаться. Убийство Умкиным шести армейцев на их совести остается. А я вот что думаю – если бы не Войцевская, наверное, все было бы гораздо страшнее. И в вертолете он ее пожалел. Говорят, она сейчас просто светится от счастья. Но публикация в какой-то газетенке уже была, и настроение ей еще попортят.

Топь

– И хрен на нее! – недовольно отмахнулся Савелий. – Деньги заплатила, и знать я ее больше не желаю. Дура…

– Да ты тоже дурак! – кивнула тетя Паша. – Я специально прилетела, чтоб твою злость успокоить и тебе это сказать.

– Спасибочки! – поклонился он. – Ты мне вот что лучше скажи, Мишутка жив еще или нет? Ведь просто так вертолетами…

– А ты позвони-ка! – Тетя Паша вытащила из сумочки сотовый телефон и протянула ему.

– А я из него и звонить-то не умею.

– Сейчас сделаем. – Она нажала вызов.

– Да? – ответила Варя.

– Тут папка ваш водкой заливается, – спокойно проговорила тетя Паша.

– Варька! – выхватив из ее руки сотовый, закричал Савелий. – Как там…

– Папа, – послышался в ответ голос мальчика – Я скоро приеду. Папа!

Савелий очумело смотрел на тетку. Пряча слезы, та отвернулась.

– Кто это? – сумел выдавить из себя Савелий.

– Папа! – закричал малыш. – Это я, Миша! Папа!

Савелий, вытаращив глаза, сжал пальцами трубку.

– Мишутка, – прошептал он.

– Операцию сыну твоему сделали, – сказала тетя Паша. – Ирка обо всем договорилась и отправила Мишутку в Москву. И слышишь, как он уже говорит-то?…

– Вот это да! – пробормотал Савелий и громко сказал: – Маму позови. – Он шумно выдохнул. – Да я за Иринку теперь любому кишки выпущу! Да и денег мне не надо.

– Только не вздумай это Ирине сказать, – предупредила тетя Паша, – а то обидится. Она очень тебе благодарна. Считает, что ты ей помог все узнать. Я ее в гости звала, так обещала приехать.

– А где она сейчас? – спросил Савелий.

– Они в Москву, домой улетели. Дочь ее сюда хотела ехать, но теперича матерь там ждет.

Москва

– Мама! – пронзительно закричала девушка, подбегая к выходившим из пассажирам самолета Тикси – Москва.

– Машенька! – бросилась ей навстречу Ирина.

Мать и дочь обнялись. К ним подошел Андрей Васильевич.

– Как бабушка? – спросила Ирина.

– Дома ждет, – ответила Маша сквозь слезы.

– А деда почему не целуешь? – с улыбкой спросил Войцевский.

– Не приезжай, – сказала в сотовый Варвара. – Мы скоро сами приедем. Ирина звонила, обещала навестить. А что там у вас?

– Когда приедет, – послышался ответ, – скажи ей, что труп Ванькин не нашли, да пока и не искали. Журин ей привет передает. Все нормально у него, конечно, трохи перепало, но перемелется. С Мишкой-метеорологом тоже все хорошо будет. Шрамы, понятное дело, останутся, но здоровье в порядке. Волкодавы ей отдельное спасибо передают за телевизор, баньку и сауну с маленькой электростанцией. Когда их привезли, там все обалдели. Братков этих, за которых Ванька Денов сидел, с работы вышибли, уголовное дело вроде завели, но за недоказанностью прекратили. А бабу, которая ее дочке звонила, нашли или нет? Ведь дочка Иркина была у тебя, она что-нибудь говорила?

– Звонила какая-то баба из Санкт-Петербурга, любовница Иркиного мужика. Он попросил сообщить. Вот и все. Знаешь, соседки Машенькины интересовались, действительно ли ее мама человека ела. Так сегодня Ирина их в гости позовет! – Варя рассмеялась.

– Здравствуйте, Андрей Васильевич, – входя одна за другой, поздоровались с Войцевским три женщины.

– Проходите, гости дорогие, – пряча усмешку, сказал он.

– Мам, – сморщилась Маша, – а запах-то какой!.. Что это?

– Подожди немного, – улыбнулась Ирина, – сейчас все поставим на свои места.

– Иринка, – попыталась обнять Иру вошедшая первой молодая женщина, – а мы так переживали!..

– Я ночью прямо плакала, тебя вспоминая, – вздохнула вторая, рыжеволосая дама.

– А что ты в тайге, Иринушка, ела-то? – сразу перешла к делу третья, полнотелая блондинка.

– Знаете, в гостиную мы не пойдем, – улыбнулась Ирина. – А вы сейчас попробуете то, что мне жизнь спасло.

– Господи! – отпрянула к двери блондинка. – Неужели ты приготовила нам кусок че…

– Попробуйте! – Открыв кастрюлю, Ирина положила на тарелки что-то похожее на кашу.

– Фуу!.. – закрывая носы платками, отпрянули дамы. – Что это за гадость такая?

– Очень полезно, между прочим, – спокойно проговорила Ирина и начала есть. Маша поморщилась, но тоже попробовала мамино угощение. С трудом проглотив, девушка смущенно улыбнулась:

– Я только что пообедала.

– Да что это? – в один голос спросили дамы.

Ирина открыла сумку-холодильник и достала три волчьи лапы.

– Огнем обжигаете шерсть, – сунув в руки растерявшимся соседкам по лапе, сказала она, – варите, потом мелко режете и снова варите, добавив кору стланика. И в почти готовое блюдо добавляете хвою того же стланика. Получается замечательное блюдо. Благодаря ему я и выжила. Наверное, вы разочарованы? – насмешливо спросила она. – Но зато сейчас можно говорить правду. О том, что Ирка Войцевская ест волчьи лапы. А теперь пошли вон и забудьте мое имя и номер квартиры!

– Но, Ирина, – забормотала блондинка, – ты все не так поняла…

– Собаку вам показать? – заглянул в кухню Андрей Васильевич. – Из Якутии привез. Помесь лайки и волка. Сейчас увидите.

Женщины дружно рванулись к выходу.

– Какая собака, папа? – удивилась Ирина.