Миллиардер - Питер Джеймс

– Привет, Рокки. Что на тебя сегодня нашло?

– В каком смысле? – забеспокоился Рок.

– В кои-то веки все сделал правильно.

– Не заслужили вы такой любезности. – На Рока нахлынула волна облегчения. – Надеюсь, все исполнили, как надо?

– Когда я что-то исполнял не как надо?

– Только когда в вашем резиновом костюме дыра.

По совету Рока Миссх вложил все деньги до последнего гроша в золото, когда цена еще была низкой. Рок знал, что после стремительного подъема она опять упадет – во-первых, потому, что Миссх будет продавать, а во-вторых, потому, что Кулундис и Лассер так и не приведут свой план в действие. Поэтому Рок посоветовал барону продать все золото, как только его начнет продавать Миссх. В результате Меллик совершил продажу, когда золото стоило семьсот двенадцать долларов за унцию. Теперь же цена опустилась до пятисот пятидесяти восьми долларов. Конечно, по богатству барон значительно уступал эмиру Умм-аль-Амнаха и все же благодаря своевременно предпринятым действиям сумел заработать прибыль в размере около ста двадцати миллионов долларов. Комиссию Рок разделил с брокером в Цюрихе, который был своим человеком. Благодаря этой сделке Року удалось заработать пятьсот тысяч фунтов, притом не облагаемых налогом. Деньги лежали на номерном счете в швейцарском банке, который любезно открыл для Рока месье Жан-Луи Венсон, адвокат из Вербье.

– Иди ты знаешь куда, Рокки? А я пока отправлюсь тратить свои денежки.

– Значит, самое время вкладывать деньги в резину?

– Вот именно. И поспеши.

Барон повесил трубку.

– Что это ты все о резине да о резине? – поинтересовался Сливиц. – Шину у велосипеда спустило?

– Не твое дело. И вообще, я бы на твоем месте уши прочистил, и как следует.

Рок набрал номер Аманды.

– Привет, милая, – поздоровался он. – Сегодня хочу устроить для тебя особенный вечер. Поужинаем в любом ресторане мира по твоему выбору. Что? В смысле – не голодна? Как это – плотно пообедала? Да, мне тоже очень жаль Бенхакера. Я ведь уже говорил. Просто решил поднять тебе настроение. Ну конечно. Ладно, давай я сам выберу. Какую кухню больше любишь – итальянскую или французскую? Хорошо, договорились!

Рок повесил трубку и набрал номер международной справочной службы.

– Здравствуйте, – сказал он. – Дайте, пожалуйста, номер французского ресторана «Тур д’Аржан».

Полминуты спустя Рок поблагодарил оператора и повесил трубку. Нажал на кнопку монитора «Рейтер». Цена на золото составляла пятьсот пятьдесят три доллара. Эллек до сих пор не дал распоряжения продавать, а это значило, что дела у председателя правления «Глобалэкс» идут неважно – еще бы, бедняга терпит убытки.

– Такова жизнь, Монти. Кому-то везет, кому-то нет, – с самодовольным видом произнес вслух Рок. – Кто-то теряет пятьсот миллионов фунтов, а кто-то приобретает. И этот кто-то – я. Сэру Монти следовало бы помнить старинную народную мудрость: «Поднимаясь наверх, по пути никого не обижай и относись ко всем по-доброму. Иначе кто тебе поможет, когда будешь скатываться обратно вниз?»

– Сам с собой разговариваешь? – поинтересовался Сливиц.

– Что ж поделаешь, если других подходящих собеседников нет.

– Это ты точно подметил, Рок. Кому охота с тобой болтать?

– Знаешь, что я хочу сегодня сделать?

– Где уж мне?

– Сегодня в обеденный перерыв поведу тебя в ресторан и накормлю до отвала. Что скажешь?

– Рок, идешь на рекорд! Две умные мысли за один день!

– Это еще что! Готовься, Сливиц, скоро услышишь третью.

В половине четвертого два очень пьяных брокера, покачиваясь, вышли из лифта на четвертом этаже дома номер 88 на Минсинг-Лейн. Один по-прежнему пребывал в состоянии эйфории, второй, несмотря на алкогольное опьянение, был весьма обеспокоен новостями, которые узнал от коллеги за обедом. И беспокойство его объяснялось просто: у Сливица была жена, трое детей и большой кредит за дом. Учитывая все эти обстоятельства, весьма неприятно услышать, что фирма, которой отдал одиннадцать лет усердной работы, не говоря уже о десяти процентах пенсионных отчислений, вот-вот обанкротится.

Рок ушел из офиса пораньше. А на следующий день явился на работу только к одиннадцати: паром из Парижа задержали. К тому времени новость уже успела облететь весь «Глобалэкс». Поскольку телефонные операторы компании значительную часть дня проводили болтая с коллегами почти по всему миру, к моменту закрытия биржи в пятницу все, кто имел какое-то отношение к этому бизнесу, знали, что у «Глобалэкс» проблемы.

Сначала сэру Монти Эллеку позвонили из Чикаго, чтобы спросить, не врут ли слухи, потом последовали аналогичные звонки от партнеров из Токио, Сиднея, Цюриха, Панамы, Лихтенштейна, с острова Гернси, из Вены, Берна, Рима и четырнадцати других городов. Тогда сэр Монти рассудил, что пришло время обратиться к своему весьма благожелательно настроенному банковскому менеджеру. Единственная проблема заключалась в том, что сэр Монти понятия не имел, что именно говорить. Впрочем, об этом он беспокоился совершенно напрасно. Отныне банковский менеджер вел себя так, будто сэр Монти страдает тяжелой формой проказы.

* * *

Рок направился в свой отдел. На работу явился не выспавшись и с похмелья. Впрочем, похмелье – обычное состояние для человека, который накануне слишком плотно поужинал и, похоже, объелся. Видимо, исключительно поэтому пришлось целых три раза сидеть в обнимку с унитазом на мраморном полу ванной в номере отеля «Крийон» в Париже. Лестер Бэрроу не провозгласил с обычной язвительностью: «А вот и наша ранняя пташка!» Да и Мозер со Сливицем на этот раз колкостей не отпускали. И вообще, атмосфера в офисе была чуть-чуть повеселее, чем в фойе крематория. Року почти сразу же позвонили по внутренней связи.

– Мистер Рок, мистер Барбьеро-Руш звонил вам уже четыре раза.

– Спасибо. Сейчас перезвоню.

– Подождите секундочку… да, он опять пытается дозвониться. Соединять?

– Да. Спасибо.

Обычно голос у итальянца звучал бодро и весело, однако сегодня он, как и сотрудники «Глобалэкс», был чем-то недоволен, и недоволен очень сильно.

– Эй, умник! Ты, кажется, что-то говорил про войну на Среднем Востоке. Ну и где она?

– Про какую еще войну, толстяк?

– Да, вот именно – про какую?

– Нет там никакой войны. Ничего не поделаешь, в нашем бизнесе так – то выигрываешь, то проигрываешь.

– Как это – нет войны? Знаешь, сколько я по твоей милости денег профукал?

– Сколько?

– Много, Рокки. Очень много.

– Напомни, какую комиссию ты заработал благодаря мне, когда покупал золото для Миссха?

– Полмиллиона баксов. А знаешь, какие убытки я потерпел из-за этой несостоявшейся войны на Среднем Востоке?