Красный Герцог - Владислав Хохлов

Это новое утро было спокойным, даже слишком. Выйдя в коридор Генрих видел отдалённые дома Фюссена, в которых недавно исчез Август. Жив он или нет — неизвестно. Эта деревня выглядела слишком спокойной, и в свете дня, люди выглядели маленькими точками, что исчезали за домами. Они копошились, обсуждая свои действия и осуждая своих новых соседей, по крайней мере так думал Генрих.

Юноша умылся и направился в зал, где мог бы подкрепиться. Завтрак готовился, поэтому молодому офицеру пришлось немного подождать. Вскоре к нему присоединилась Анна и Эльвира. Вольфганг с солдатами удалились в зал для гостей. Те, кто вчера участвовал в походе, выглядели как живые мертвецы. Уставшие и печальные, они шаркали ногами по деревянному полу, исполняя свой проклятый марш.

Завтрак закончился, свежеприготовленную похлёбку пришлось подождать: Генрих хотел, чтобы она остыла перед употреблением. Диалоги между девушками проходили с разных концов стола, обходя стороной Генриха. Он выглядел слишком усталым, и его не хотели беспокоить. Следующая за завтраком дезинфекция была также проведена Анной, теперь её рука не дрожала, — она была более уверенной в своих действиях. Девочка ощущала тоску своего брата и хотела ему помочь. Она сообщила Генриху, что потом хочет ему кое-что показать. Дальше уже все начали заниматься своими делами, Эльвира пошла в медицинский кабинет, Анна спокойна читала сказки одна в библиотеке. Недалеко от неё горели поленья в камине, не давая девочке замёрзнуть. Вольфганг пришёл за своим офицером и предложил ему устроить собрание отряда для обсуждения дальнейших действий.

Прошли минуты, некоторых солдат потребовалось найти и подождать. В конечном итоге они все собрались в зале, где ранее Генрих танцевал с Эльвирой. Они вышли на балкон и, при открывшемся виде на деревню, начали обсуждать всё, что произошло.

— Август так и не вернулся, и, мы прекрасно знаем, что он никак не мог сбежать. Он не трус! Это всё те деревенщины, — они его поймали! — говорил Годрик, самый нетерпеливый. Он был с Генрихом в больнице. Как и все остальные, носил ящики, прикрывал в бою. Много силы и энергии, мало мыслей по делу. В начале делает, потом думает. По прибытии в Норденхайн, оккупировал кухню, занялся общей готовкой. Готовит лучше, чем мыслит.

— У нас нет доказательств. Может, он потерялся?

— Нет… потеряться в паре домов? Чушь! на него напал кто-то из местных! — Вольфганг рассуждал вслух, слушая голос разума.

— Согласен, только неизвестно кто напал. Там почти сотня людей живёт. — Генрих вступил в общее раздумье. Периодически он смотрел на деревню, ожидая чего-то, что даст ему знак или подсказку.

— Да почти кто угодно! Даже старуха что в начале на нас огрызалась. Женщины, дети — они все там заодно, — прозвучал голос из-за спин солдат. Снова Руди, — доброе сердце, умные мысли, тощее телосложение. Генрих ещё давно предположил, что у парня неустойчивые нервы и паника при малейшем шорохе. Было удивительно, как он оказался в рядах солдат. Потеря друга вызвала у него сильную паранойю.

«Будь нас больше, он бы помчался одним из первых в Фюссен и вырезал всех», — мысленно предположил Генрих. В отличии от него самого и Вольфганга, остальные парни были настроены более агрессивно и решительно. За них говорил гнев, вперемешку со страхом. Вольф с самого начала офицерской карьеры своего друга смотрел на Генриха, и первым делом начал учиться новым трюкам и уловкам, иногда удивляя самого Генриха своими способностями.

— Я с вами соглашусь, — они должны заплатить; мы должны узнать правду и предотвратить дальнейшие нападения. Франц отправился за подмогой, он вернётся — вернёмся и мы. — Генрих повторил план своим солдатам. Все его выслушали, они были вдохновлены тем, что их офицер готовится действовать. Сейчас за него не выполнял работу Вольфганг. Все согласились, что пытаясь что-то сделать вчера, они могли накликать беду. Вселяя надежду в сердца своих солдат, Генрих надеялся, что ничего не произойдёт с его посыльным. Иначе, все они окажутся в наихудшем положении.

— Но зачем им всё это? Мы ничего не сделали. Мы ведь просто приехали сюда, — паранойя Руди давала о себе знать. Его большие глаза начали расширяться, а голос дрожал как осенний лист. — А если не только они против нас? — он начал коситься назад, в сторону дверей.

Хоть он и не назвал имени, все сразу понимали о ком идёт речь. Они начали переглядываться между собою. Враг мог быть ближе, чем кажется.

— Исключено. Все вы видели мою рану. Если бы она, — Генрих указал в сторону закрытых дверей, — была не на нашей стороне, вы бы меня не видели в живых.

Все выслушали и согласились. Руди только немного успокоился, он облокотился на каменные перила и пытался дышать полной грудью.

— Сегодня отдыхайте, а завтра, с возвращением Франца, выступаем. Без победы не вернёмся! — сказал Генрих, сжав свой кулак и смотря солдатам прямо в глаза. Он демонстративно показывал свою решимость, и все её подхватили.

Глава 6.2

Рождение герцога (Холод и тьма)

На балконе началось и закончилось собрание отряда. Все разошлись по своим делам: некоторые ушли на дневной сон, другие гуляли по окрестностям. Вольфганг и Генрих решили прибегнуть ко второму варианту.

— Думаешь получится? — спрашивал у офицера Вольф.

— Я не приму другого исхода… Чем планируешь скоротать время?

— Пойти в библиотеку и, что-нибудь, почитать.

— Вокруг, наверное, живность хорошая… на охоту не желаешь? — слегка колко предложил Генрих.

Вольфганг ухмыльнулся, услышав такое предложение.

— Только с тобой, как в старые-добрые.

— Нет! — резко отрезал Генрих. Он неестественно резко улыбнулся, испытывая отвращение к такому призыву.

В начале он думал подшутить над другом, но в итоге подшутили над ним самим. Мысль о том, чтобы пойти в лес заставило все внутренности сжаться, словно офицер подхватил отравление, но это было лишь последствием от одной лишь мысли. Также Генриху чудилось то, что ни один из дальнейших походов в лес не сулит ничего хорошего.

— Я и сам как-то не доверяю лесам вокруг, — продолжал Вольфганг, — внутри замка безопаснее, но со стороны он выглядит куда страшнее, чем неизвестные леса.

Вместе они достигли библиотеки. За массивными дверями, в полной тишине сидела Анна, по-прежнему читая книги. Она была укутана в тёмный плед, а в пяти метрах от неё тихо трещали поленья в камине. Кто-то успел о ней позаботиться, так как рядом на столе стояла кружка