Проклятие чужого золота - Борис Бабкин

– Ну, с Богом, – неожиданно перекрестился Василий Ильич.

Ильин насмешливо улыбнулся и, повернувшись, сказал стоявшим у двух машин сотрудникам милиции:

– При первом выстреле – штурм. И никаких переговоров.

– Ну что тебе? – Лоров с ружьем в руках подошел к двери.

– Да тут два мента, – ответила миловидная женщина. – Полковник Ильин и полковник Басов.

– Полковники?.. – пробормотал Лоров. – Ну пусть входят. Еще милиция есть?

– Около ворот семь человек.

– Пропустите. – Лоров вернулся в кресло, ружье поставил рядом.

В кабинет вошли Ильин и Басов.

– Плохо гостей встречаешь, – усмехнулся Ильин.

– А незваный гость хуже татарина. Что вам надо?

– Да вы вроде как в заточении. – Усмехнувшись, Ильин сел в кресло напротив. Басов остановился около окна.

– А вы разве не знаете, – желчно спросил Лоров, – что в городе творится? Бьют и бьют моих коллег по бизнесу и знакомых. А мне еще и пятидесяти нет. Желаю внука своего к делу приобщить. Вы почему свою работу не делаете? Вы должны…

– Мы делаем все, что можем, – не дал договорить ему Ильин. – А вот как что-то делать, если вы не помогаете? Информацией мы не располагаем, а на догадках нам работать нельзя. Вот и пришли к тебе как…

– А что тут непонятного-то? – перебил Лоров. – Мухорин хочет всех под себя подгрести, чтоб ему все платили. Кто отказался, тому пуля или…

– Так представь доказательства, – улыбнулся Ильин, – и мы его возьмем…

– Нет у меня доказательств! – закричал Лоров. – Просто я знаю, что говорю. А вам все равно, что будет со мной. Вы даже довольны будете, если меня убьют. И…

– Ульянов убит, – перебил Ильин. Лоров уставился на него широко раскрытыми глазами. – Змей его убил, – спокойно продолжил полковник. – Тот подставил его. Пристав…

– До всего докопались. – Лоров опустил голову. – Значит, все, кончилась моя жизнь. Я следующий, – обреченно проговорил он.

– Ну, это ты зря, – сказал Ильин. – Ты лучше дай информацию против Мухорина, чтобы у нас были доказательства.

– Доказательства, говоришь? – прошептал Лоров. – Видишь ли, в чем дело, полковник, не даст тебе никто ничего против Мухомора, в таком случае и себя топить придется. Дай мне гарантию, что я на свободе останусь, и тогда я тебе кое-что расскажу и докажу даже.

– Гарантию дать не могу, но содействовать обещаю. Конечно, если на тебе мокруха висит, то и говорить не о чем. А другое все…

В приемной простучала автоматная очередь.

Лоров протянул руку к ружью, Ильин выхватил пистолет. Через дверь полетели пули. Две из них попали Ильину в бедро, одна прошила бросившемуся к двери Василию Ильичу левый бок. Три пули вошли в живот сидевшему в кресле с ружьем в руках Лорову. Выронив ружье, он согнулся, прижал ладони к животу и повалился головой вперед. Ильин начал стрелять, и почти сразу дверь открыл ввалившийся в кабинет парень с АКС в руках. Пули из пистолета Ильина попали ему в живот и печень. Морщась от боли в бедре, Степан Анатольевич, волоча левую ногу, добрался до окна и открыл его.

– Спокойнее! – крикнул он бежавшим к дому милиционерам. – Вызывайте экспертов и ОМОН!

– Ох и нагорит нам от начальства, – простонал Василий Ильич, – за самодеятельность.

– Слышь, начальник, – в кабинет вошел рослый мужчина со шрамом на подбородке, – он наркоты перебрал. А тут позвонили и что-то сказали. Он и начал поливать. Секретаршу и двоих наших завалил. Мы все добровольно сдаем пушки, сопротивления не оказываем. Стволы не наши, мы вроде как для количества. За нами и делов никаких нет…

– Пионеры, – усмехнулся Ильин. – Не трогать никого! – громко приказал он, услышав крик: «Мордами вниз! Руки перед собой!»

– Где раненые? – громко спросила женщина.

– Медицина прибыла, – поморщился Ильин. – Терпеть не могу медиков.

– А у самого жена врач, – хмыкнул Басов.

– Именно поэтому и не люблю, – усмехнулся Ильин. – Ольга же сразу узнает, что я ранен, и все, пойдут слезы и упреки: старый черт, давно пора на пенсию, а ты все…

– Это она верно отмечает, – простонал Басов.

– Все идет как надо, – говорила по телефону Богатова. – Со всеми, считай, покончили. Правда, Ледову с детьми я так и не нашла. Считаю, что их вывезли из города…

– Нет, она где-то в Туле, – перебил ее мужской голос. – Найди и убей ее. Таегова тоже можно убрать. Он взял не свое. А кто убил Ташкента?

– Не знаю. Думаю, люди Мухомора.

– Он сам удивлен и недоволен, так что вряд ли. Ташкент всегда был его верным псом. Значит, появилась третья сила. Интересно, кто такие? Точно, что у него ничего не взяли?

– Абсолютно.

– Короче найди Ледову и убей. И брось трупы так, чтобы их поскорее нашли. Рядом оставишь визитку Мухорина. Разумеется, с пальчиками охранников Ледовой и детей. Все ясно?

– Не совсем по адресу. – Богатова протянула сотовый бритоголовому атлету в темных очках.

– Да? – Тот поднес трубку к уху.

– Тебе все объяснит Элен, – усмехнулся абонент, и телефон отключился.

– Что ты должна мне объяснить? – отдавая телефон Богатовой, спросил атлет.

– И чего вы добились? – недовольно спросил седоватый грузный мужчина в наброшенном на плечи белом халате. – Документация имеется, но она нам ничего не дает. А еще есть четыре трупа и двое раненых сотрудников. Лучше бы вас пристрелил тот обколотый придурок.

– Учтем в следующий раз, товарищ прокурор области, – коротко отозвался с кровати Ильин. На другой лежал Басов.

– На кой черт вы туда полезли? – проворчал прокурор. – Берегите себя, старая гвардия. Вас не подкупишь и не напугаешь. А теперь вопрос. Где Славин с Ледовым?

Москва

– Понял, – хмуро проговорил Алексей и отключил сотовый. Играя желваками, он подошел к окну и посмотрел на домик Федорова.

– Что с ним? – спросила Настя.

– Убит, – чуть слышно ответил он, – закрыл собой женщину. Ну что же, война началась, и есть первые потери с нашей стороны. Теперь мой ход.

– Не твой, – покачал головой Егор Иванович, – мой. Ты только что встретил женщину и не смей ее терять. Ты же ей всю жизнь поломаешь. Поэтому…

– А кто сказал, что я собираюсь погибнуть? – усмехнулся Алексей.

– Или убьют, или посадят, – спокойно проговорил Таегов. – Третьего варианта нет. А если посадят, то не меньше, чем на пятнадцать. Ну, она будет ждать. И что? Жизнь, почитай, прошла мимо вас. Ты за колючей проволокой, она здесь. Так что послушай меня и не лезь. Уж ты-то должен понимать, что со всеми тебе не справиться. А убьешь, закон тебя сразу виновным сделает. Не лезь ты в это, я сам управлюсь. Мне главное – Мухорина шлепнуть. И тогда, считай, победил я. Остальные мне не надобны. Конечно, если успею, то еще одного-двух, а то, может, и больше на тот свет отправлю. Скажи ты ему, Настя.