Чертова дюжина - Иван Сербин

— Не думаю, что суд это растрогает.

— Растрогает, если поднять волну. А мы ее поднимем, это я обещаю.

Дверь открылась, в комнатку торопливо вошел запыхавшийся Виктор.

— Голяк, мать, — заявил он. — Полный и абсолютный голяк. Мы как эти… над Парижем.

Надпись на экране все мерцала, а Марафонец, покусывая нижнюю губу, размышлял. Вероника и Виктор смотрели на него, ожидая, что-то он сейчас скажет.

— Подумай, браток. Может, они обмолвились когда невзначай, где прятаться будут, или еще чего, — наконец нарушил молчание Виктор.

— Нет, — покачал головой Марафонец. — Не было. Ничего не говорили. Мы вообще не знали о следующем этапе операции, пока не осуществим предыдущий. Забирая от Рыбы взрывчатку, мы не знали, что придется убирать Рыбу и его людей. Убирая Рыбу, мы не знали, что будем похищать ядерные мины. А уж что там было дальше… — Он вдруг замолчал.

— Что такое? — встрепенулась Вероника.

— Подождите. — Брови Марафонца сдвинулись к переносице. — Мы забрали сотню килограммов взрывчатки.

— Так, — кивнула девушка. — И что?

— В ящике лежало двадцать пять детонаторов и детонационный шнур. Целая бухта шнура.

— Что такое детонационный шнур?

— Им скрепляют заряды, если они установлены в разных точках, для одновременного срабатывания, — пояснил Марафонец. — Этот шнур не нужен, когда заряды стоят настолько близко, что могут инициировать друг друга.

— Ну и что? Я не понимаю…

— На Курском вокзале пластит был упакован в небольшой корпус, так? Инициирование произошло практически моментально. Поэтому и разрушения такие сильные. Чтобы вся эта штука одновременно шарахнула, понадобился бы только детонатор. Один только детонатор. Понимаете? И потом, куда делся остальной пластит? Зачем вообще Хорю понадобилось такое огромное количество взрывчатки? На вокзале ведь было взорвано всего килограммов десять-двенадцать.

— Может быть, они заложили еще одну бомбу? — предположил Виктор. — И, если им не доставят деньги, бомба рванет?

— Зачем? Какой смысл? — Марафонец покачал головой. — Вряд ли. У них стоят ядерные фугасы, этого вполне достаточно. Тем более что условия уже объявлены, и в них, как я понял, нет ни слова о второй бомбе.

— Совершенно верно, — согласилась Вероника. — Даже не упоминается.

— Выходит, остальная взрывчатка нужна для чего-то другого. Для чего? Хорь не делает ненужных шагов. Если он заказал такое количество детонаторов, точек инициирования должно быть шестнадцать-двадцать. Грубо говоря, шестнадцать. Да одна на Курском вокзале. Семнадцать. Восемь для страховки. Вполне оправданно. Плюс детонационный шнур, который опять-таки наводит на мысль о том, что закладка зарядов будет осуществляться не в одну точку, а в несколько. Но взрывы при этом должны прозвучать одновременно. Вам это ни о чем не говорит?

Вероника хмыкнула и покачала головой.

— Я, честно говоря, не настолько хорошо разбираюсь в принципах работы взрывчатых веществ.

— Стой, стой, стой! Подожди! — Виктор пощелкал пальцами. — Вроде дрели, да?

— Точно, — Марафонец улыбнулся.

— Подождите, я ничего не понимаю, — возмутилась Вероника. — Объясните же наконец нормальным человеческим языком.

— Вроде дрели, понимаешь? — возбужденно забормотал водитель. — Смотри. Когда ты хочешь пробить отверстие в стене, ты же не высверливаешь каждый миллиметр, а делаешь отверстия по периметру и потом просто вышибаешь кусок стены. Понимаешь? Здесь то же самое. Они хотят проделать отверстие. Это, должно быть, очень толстая стена. Я бы даже сказал, очень-очень толстая.

— Какой толщины стену можно пробить таким зарядом? — поинтересовалась Вероника.

— Если грамотно пробурить шурфы, рассчитать угол удара взрывной волны, угол отражения, учесть особенности почвы и состояние самой стены, то… — Марафонец задумался, прикидывая что-то в уме, потом сообщил: — Я думаю, от двух до трех метров. Если это бетон. Кирпич — больше.

— Ого! — Виктор присвистнул. — Где же они такую стену собираются искать?

— Банк? — предположила Вероника. — Может быть, они собираются ограбить какой-нибудь банк?

— А смысл? — покачал головой Марафонец. — Деньги им и так заплатят, можешь не сомневаться. В конце концов, двадцать миллионов долларов — не такая уж большая сумма за уцелевший город. Поверь мне, у властей есть все основания пойти на эту сделку.

Вероника взъерошила волосы.

— А если бы власти уперлись? Ну, предположим? Не пошли бы на переговоры, чтобы не создавать прецедент.

— Под угрозой атомных взрывов? — криво усмехнулся Виктор. — Да ты что, старушка, опомнись. Такое и в страшном сне никому не приснится.

— Он прав, — кивнул Марафонец. — Тем более что доподлинно известно: фугасы — не блеф. Их действительно похитили. Даже если правительство не очень верит в реальность ядерных взрывов, все равно предпочтет не рисковать. Никто не возьмет на себя такую ответственность. Они заплатят деньги, а потом попытаются отследить путь террористов. И либо захватить их, чтобы предать суду, либо нейтрализовать.

— Ну хорошо, — согласилась девушка. — В этом, конечно, есть логика. Но тогда я не понимаю, зачем понадобилась вся эта свистопляска? Деньги террористам и так дают. Зачем еще куда-то лезть, что-то взрывать, рушить стены?..

— У них есть какая-то цель. Важно понять, какая, — Марафонец вздохнул. — Эх, если бы нам удалось запустить их компьютер, посмотреть, чем они занимались! Может быть, как-нибудь?..

Вероника покачала головой.

— Нет, невозможно. Они отформатировали винчестер и таким образом уничтожили всю информацию. Я слышала, что у ФСБ есть специальные приборы, позволяющие восстановить данные, но на это уйдет не меньше нескольких часов. Так что не стоит даже и пытаться. Какие еще есть соображения?

Виктор развел руками:

— Ребята, я иссяк.

— Давайте еще раз серьезно подумаем. — Девушка принялась рассуждать, взмахивая рукой, словно нарезая имеющуюся информацию порциями: — Мы знаем, что террористы приобрели сто килограммов взрывчатки, которую намерены использовать для разрушения какой-то стены. Спрашивается: зачем было рисковать, устраивать эту карусель с ядерными фугасами, если они преспокойно могли взорвать стену и так? Пришли бы ночью куда-то там, просверлили дырки в стене, вставили бы в них взрывчатку, рванули и забрали бы то, что нужно.

— Значит, не могли, — заявил Виктор.

— Правильно.

— Почему?

— Возможно, это место и днем, и ночью слишком людное.

— Совершенно верно, — согласился Марафонец. — Но, устанавливая фугасы, они не могли не учитывать того, что территория города будет контролироваться армией. Они и шагу не сделали бы по улицам, не будучи обнаруженными. Стоит им высунуть нос из укрытия, и все, можно считать, что их нет.