Ярость и страсть - Наталья Корнилова

Шпик прошёл мимо особняка, посмотрел на номер дома, потом круто развернулся и быстрым шагом, почти бегом, бросился обратно. Я поджидала его за широким бетонным основанием деревянного столба. Мужчина был так себе, с виду самый обычный дачный гусь: небольшой животик, маленькая голова с большими залысинами, панама на ней и очки в жёлтой металлической оправе. Ну никак не скажешь по нему, что он шпион. Однако у меня не было сомнений, что он является таковым и что именно из-за него может погибнуть Родион. Какая же все-таки я умница, что отправилась сюда, невзирая на строгие наставления босса!

Сексот поравнялся с моим столбом, и я громко выпалила:

— Дяденька, дайте закурить!

Шпик на полном ходу споткнулся на ровном месте и чуть не упал, чудом удержав равновесие и подхватив на лету свалившуюся шляпу. Потом гневно глянул на мою глупую улыбку и выругался:

— Спятила, что ли, мать твою!

— Нет, — ответила я и долбанула его кулаком, которым могла переломить десять кирпичей, в подбородок.

На этот раз он упал.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что на улице никого нет, я подхватила его грузное тело под мышки и затащила в узкий проход между заборами. А там обыскала, связала его же ремнём и привалила спиной к забору, чтобы со стороны казалось, что человек просто отдыхает после напряжённого трудового дня. Через минуту он пришёл в себя и открыл глаза. Увидев перед собой моё лицо, он дёрнулся, но связанные за спиной руки не позволили ему сразу же задушить меня, что было в тот момент, как я догадалась, его самым большим желанием. Тогда он злобно прошипел:

— Что тебе нужно от меня? Кто ты такая?

— Грабительница с большой дороги. А ты чего здесь шастаешь?

— Живу я здесь! Развяжи руки, дура!

— И где же ты живёшь?

— Дальше по переулку. — Он кивнул головой в сторону особняка, где скрылся Родион.

— Так что же ты, милый, домой-то не пошёл, а вернулся?

— Сигареты забыл купить на станции, вот и вернулся. И вообще какая тебе разница?! Грабь давай и отваливай! Устроила тут допрос, понимаешь… — Он был возмущён до глубины души.

— А почему ты за деревьями прятался, когда сюда шёл?

Он внимательно посмотрел на меня и усмехнулся:

— Да ты какая-то сумасшедшая грабительница. Отлить хотел, невмоготу было, думал, не дотерплю до дома.

— Ну и что же помешало?

— Так ведь ты все время сзади шла. Я так понял, выслеживала меня? Кстати, где вся остальная шайка? Это ведь твои бандиты в поезде гуляли? Отпусти, у меня все равно ничего нет. — Он посмотрел на меня и поник.

— Так я тебе и поверила! Если тебе невтерпёж, тогда какого лешего ты за сигаретами побежал, а не в туалет? Выкладывай мне все, или сейчас отволоку в лес и прикончу.

Я кивнула в сторону видневшегося за огородами лесочка, где и в самом деле можно было устроить хорошую экзекуцию. Впрочем, я должна была оставаться здесь, следить за домом, в котором скрылся босс.

— Да что тебе нужно-то?! — взвизгнул мужик. — Нет у меня ничего!

Я уже поняла, что передо мной профессионал, способный выкрутиться из любой ситуации. Он здорово сочинял на ходу, и, похоже, в запасе у него ещё немало лжи, чтобы пудрить мне мозги до скончания века. Он был великолепным артистом, внешность у него была самая заурядная и незаметная, а полное отсутствие каких-либо документов только лишний раз доказывало, что этот «дачник» работает на спецслужбы, а не на тривиальных бандитов. Мне стало не по себе. Во что это впутался мой босс, если у него такое шикарное сопровождение? Это требовалось выяснить как можно быстрее, и я перешла в лобовую атаку, зная, что все полные мужчины почему-то страшно боятся физической боли.

— Зачем ты следил за тем парнем в очках? — Я ткнула пальцем в болевую точку на его щиколотке, и он дёрнулся, как от удара электрическим током. Оправившись, с испугом вылупился на меня, а я опять занесла палец и угрожающе произнесла:

— Сейчас будет в два раза больнее, потом в четыре, потом в десять и так далее. Пока все не расскажешь. Ну!

— Постой, постой, не нужно больше! — в страхе воскликнул он. — Я все расскажу, только не продолжай! Меня же парализовать может, черт возьми! Где ты этому научилась, такая молодая да ранняя?

— Я ещё и не то могу. Говори быстрее.

Я снова ткнула в нервный узел, уже посильнее, и его лицо перекосила судорога, глаза чуть не вылезли из орбит, а изо рта потекла слюна. Я знала, что ему очень больно и что после этого его действительно может парализовать на всю жизнь, но жизнь босса представляла для меня гораздо больший интерес. Очухавшись, он скороговоркой заговорил:

— Убедила, все скажу, только учти, что и тебя тоже потом прикончат. Я тут не по своей воле, меня заставили, честное слово. Меня используют в какой-то опасной игре, я всего лишь пешка, я ничего не знаю. Мне нужно было выяснить, куда он придёт, и позвонить…

— Кто тебя просил об этом? Мужик умоляюще взглянул на меня и пробормотал:

— Тебе этого лучше не знать — дольше проживёшь. Тому парню все равно конец, как и его дружкам. Я уже звонил со станции и сказал, что он в этом посёлке и пошёл в эту сторону, они уже едут сюда. Отсюда ему уже не вырваться. Через десять минут тут будет полно людей из службы безопасности…

— Так ты из ФСБ?

— А ты думала, это все шутки? — Он горько усмехнулся. — Оставь меня связанным и убегай, пока не поздно. Не знаю, кто ты такая, но вижу, что ты ещё не в курсе всех дел. Этим ребятам до вечера не протянуть, их обложат здесь и накроют. Ты не знаешь, как работает наша оперативка — у этих парней нет ни одного шанса…

— Что они такого сделали?

— Не знаю, но с утра все наши службы на ногах. Нас раскидали по всем вокзалам и аэропортам и приказали высматривать любого человека с фотографии, которую нам приказали запомнить. Я увидел этого парня и поехал за ним, вот и все. И даже не знаю, кто он такой, поверь…

— А что за фотография?

— Групповой снимок какой-то, молодые ребята, похоже, студенты…

— Что здесь происходит? — раздался громкий голос с улицы, и я обернулась.

В начале прохода стоял, судя по одежде, местный житель, похожий на тракториста из одноимённого фильма, и с любопытством смотрел на нас.

— Да вот, мужчина пристал, а потом мазохистом оказался, — пояснила я. — Любит со связанными руками трахаться. А я ему доказываю, что лучше по-простому, правда ведь, дяденька? — и, незаметно для парня, занесла палец над его лодыжкой. Шпик тут же подыграл, виновато подтвердив:

— Да, парень, слушай, такая вот незадача случилась. Люблю я это дело, понимаешь, а она кочевряжится. Ты уж не обессудь, мил человек. Оставь нас…

— Так я не понял, — здоровенный детина подошёл к нам и присел на корточки, с интересом разглядывая связанного дачника, — вы тут трахаться собрались, что ли? Ну и ну, обнаглели совсем заезжие. — Он осуждающе покачал головой. — Средь бела дня, прямо на улице да ещё и под моим забором. Нехорошо…