Мститель - Александр Тамоников

В 20.00 на плац авторемонтного завода приземлился вертолет «Ми-8». Спустив на бетон трап, из «вертушки» вышел командир экипажа, в котором Дементьев узнал майора Ступина, ранее работавшего по переброске спецназа к крепости Кентум.

– Саша, ты ли это?

– Андрюха? Тебя же уволили?

– Э, Саня, я уже и в милиции успел послужить, и вновь в спецназ вернуться, только другого ведомства.

– Рад за тебя!

Офицеры пожали друг другу руки.

Подошел Тимохин, спросил Дементьева:

– Знакомый пилот?

– Так это он перебрасывал группу отряда «Валдай» к Кентуму.

Летчик добавил:

– Да, бойня тогда была знатная.

Тимохин сказал:

– Смотри, как бывает. Сегодня тебе придется вновь Дементьева у Кентума высаживать.

– Так это его надо оставить у крепости? Ваш генерал предупреждал, но чтобы этим офицером оказался Андрюха Дементьев, я и предположить не мог…

– Ладно, поговорите еще. Вертолет к переброске группы готов?

– Обижаете, товарищ полковник. Готов, конечно.

– Район высадки вам известен?

– Пролетали над ним не раз, но не садились.

– А придется сесть.

– Придется – значит, сядем! Плато там небольшое, но вроде ровное. В общем, на месте сориентируемся.

– После высадки десанта какой имеете приказ?

– Вернуться на базу. И ждать вашего вызова. Мой позывной «Заря-2».

– А звать-то тебя как, майор?

– Извините, не представился. Командир экипажа майор Ступин Виктор Алексеевич!

– Полковник Тимохин, Александр Александрович, командир боевой группы, позывной «Орион»!

– Я в курсе! Когда вылетаем?

– Сообщу дополнительно. Пока – ждать.

– Есть ждать.

Оставив Дементьева с летчиком, Тимохин вернулся в здание, в кабинет генерала Потапова, на рабочем столе которого была развернута спутниковая система. Закурив, с разрешения генерала, сигарету, Александр встал у окна. Посмотрел на часы. До выхода на связь Крымова времени оставалось около полутора-двух часов. Потапов спросил полковника:

– Твои готовы?

– Да.

– Взяли все, что надо?

– Да.

– Хорошо!

– Ждать вот только муторно. И чего Кабан не решил раньше отправиться в Тарды?

– Видимо, его распорядок устанавливается сверху.

– От чего нам не легче.

– Ничего, время пролетит быстро. Дементьев как?

Тимохин, выдохнув дым в открытую форточку, взглянул на генерала:

– В смысле?

– В прямом! Как у него настроение?

– А! Боевое настроение.

– Как бы он не промахнулся с Кабаном. Все же противник серьезный!

– Дементьев тоже не лыком шит. Если зацепит Кабадзе у Кентума, то сделает абрека.

– Уверен?

– На сто процентов. Удавит, как котенка.

– Ну-ну…

Крымов вышел на связь в 21.30. Вызвал Тимохина.

Потапов кивнул Александру:

– Работайте, я не вмешиваюсь!

Тимохин ответил:

– Орион на связи!

– Понятно, что Орион. Как дела, Саня?

– Лучше всех! Спасибо за Дементьева. Генерал разрешил оставить его в Кентуме.

– Не за что. Принимай сообщение. В 20.45 Каменев доложил, что из Хаба-Юрта вышел внедорожник «Тойота», пошел через виноградники к плато и пастбищу.

– За Кабаном?

– Скорее всего! Разведка не могла зафиксировать, что делал внедорожник на плато, но заметила, как он в 21.17 вышел обратно на дорогу, километрах в трех южнее аула, и пошел в сторону горного массива, судя по всему, к Тарды.

– Понял.

– Вертолет к тебе прибыл?

– Час уже стоит на плацу.

– Тогда слушай приказ: в 22.00 начинаешь выдвижение к заданному району, с заходом в Кентум. По прибытии в район – доклад мне. Вопросы?

– Никак нет, товарищ полковник.

– Привет Потапову! И к бою, Саня.

– К бою, Крым! А генерал – рядом, слушает нас.

Крымов кашлянул:

– Понял, отбой…

Александр усмехнулся:

– Отбой…

Повернулся к Потапову, отключив станцию.

Заместитель начальника Управления улыбнулся.

– Юмористы вы, ребята.

– Кто это мы?

– Да ты с Крымом! Впрочем, вы и в Афгане были такими же. Время вас не изменило.

– Вас тоже, Владимир Дмитриевич.

– Как сказать… Но ладно, Саша, ступай, готовь группу к вылету!

В 22.00 «Ми-8», модернизированный для полета ночью в условиях высокогорья при минимальной видимости, взмыл над бывшим заводом и, поднимаясь, пошел на юго-восток. В это же время отошедшее от Хаба-Юрта подразделение «Мираж» также поднялось в воздух на втором вертолете. Начался первый этап контртеррористической операции «База».

Выехав с плато в 21.10, «Тойота» через семь минут вышла с грунтовки на асфальтированную дорогу, ведущую к соседнему аулу. Пройдя сорок километров по относительно неплохой трассе, у поворота в одно из ущелий внедорожник остановился. Кабадзе, сидевший на месте переднего пассажира, спросил у водителя:

– В чем дело, Селим?

– Прожектор подключу. Сами знаете, какая дорога нас ждет в ущелье, особенно в районе камнепада и каньона. Немного не рассчитаешь – либо останешься без подвески, либо улетишь в пропасть к шайтану.

– Что же заранее не подключил свой прожектор?

– Всему свое время.

Халиф с заднего сиденья сказал:

– Да не волнуйся, Лечо, спешить нам некуда!

– Я не волнуюсь, Халиф. Но и торчать здесь не собираюсь. Могли бы в ауле подготовить машину для прохождения ущелья. Или вы только в состоянии тупо исполнять приказы Керима?

– Зачем ругаешься? Ничего же не произошло!

– Пережил бы ты с мое, по-другому заговорил бы.

Водитель сел в салон:

– Сейчас, проверим свет.

Он переключил тумблер, скрытый где-то с левой от руля стороны. Дорога осветилась мощным прожектором, который Селим установил на крыше.

– Ну, вот, теперь порядок! Теперь можно спокойно ехать.

Он продолжил движение, сбросив скорость до тридцати километров в час. Через десять километров тропа, по которой шел внедорожник, начала петлять. Слева и справа высились огромные завалы. «Тойота» вошла в опасную зону. Сразу за участком камнепада тропа сужалась, и Селиму пришлось прижиматься вплотную к левому почти отвесному склону, так как справа открылся каньон, угрожающе зияющий черной бездонной пропастью. Кабадзе не раз проезжал здесь. Но днем. Ночью это место выглядело иначе. Оно реально таило в себе опасность. Кабану стало не по себе. Если Селим допустит ошибку, то и он и Халиф еще смогут выпрыгнуть из внедорожника, а Кабадзе прыгать некуда. Кроме ущелья. Боевик вздохнул с облегчением, когда каньон, черной дырой пробивающий ущелье, остался позади. Стер пот с лица и Селим. Халиф сказал: