Викинг. Конунг Севера - Влад Лей

Никто из его местных жителей даже помыслить не мог, что враг сможет так быстро и легко дойти до него, тем более захватить город.

А оно вон, как получилось.

Мои люди, как бы ни забавно это звучало, тоже не спешили начинать традиционные уже в таких случаях грабежи.

Они устали, они были вымотаны, а жажда наживы несколько поугасла, так как сейчас в порту Данбе стояли наши драккары, уже заполненные трофеями, и куда собирать новые ‒ пока было непонятно.

Золото и серебро на данный момент мало интересовало захватчиков, а вот местные мясники, виноделы и пекари от нас таки пострадали — жратву мы собирали очень активно.

Ну а затем по моему приказу начали «фортификацию» города. Рыли рвы, насыпали земляные валы, наскоро ставили частокол, готовили ловушки…

Оборонять город было с одной стороны очень сложно, а с другой намного легче, чем тот же Ори. Во всяком случае, здесь можно не бояться королевских алхимиков с их взрывчатыми веществами.

А вообще, похоже, непись и без помощи игроков добралась до пороха и всего, что с его помощью можно было сделать.

Вон, у короля Нусвена уже чуть ли не рота гренадеров появилась…

Эти сволочи попортили мне немало нервов, забрасывая ряды моих бойцов самодельными подобиями гранат. Глиняные шары, прилетая к нам, взрывались, и осколки, разлетающиеся на несколько метров в разные стороны, творили страшные дела. Раненых после такого взрыва было очень много.

Благо, в игре раны заживали быстро, и уже к вечеру все легкораненые возвращались в строй.

Однако это пока. Я с ужасом представлял, что будет, если алхимики короля додумаются, скажем, до чугунного корпуса. Вот это будет уже совсем невесело…

Впрочем, сейчас я особо не страшился ни алхимиков, ни их гранат, ни новоявленных гренадеров. Линия обороны и всевозможные препятствия начинались метров с трехсот или с двухсот от ближайшего дома, так что не то что добросить до нас свои «гранаты» а даже дойти было большой проблемой.

Плюс я специально велел строить помосты для лучников. На таких сооружениях находились от трех до дюжины бойцов, которые благодаря высоте помоста могли бить даже по дальним целям. Ну и опять же, за счет высоты у них все было как на ладони.

А вот самих стрелков достать было той еще проблемой — помосты были закрытые, с бойницами. Иначе говоря, попасть в моего стрелка вражескому лучнику было довольно затруднительно.

Сама система обороны, все валы и рвы были выкопаны и насыпаны таким образом, чтобы преодолеть их было той еще задачей — по сути мы построили самый настоящий лабиринт, в котором противник должен будет потеряться.

В целом, так все и было.

Первая атака, как показало время, была самой легкой. Наступающие солдаты врага моментально запутались во всех хитросплетениях земляных валов, траншей с торчащими из дна острыми пиками, перегораживающих дорогу частоколов, где обнаруживались «окошки», из которых наступающих угощали стрелами и болтами.

Та первая атака довольно быстро выдохлась. После нее в наших защитных лабиринтах осталось множество мертвых солдат врага, тогда как наши потери составляли всего несколько человек и десяток солдат.

Ах, да, одна из причин постройки лабиринтов — это возможность пускать в бой наших псов, и они прекрасно справлялись со своей задачей. Во всяком случае, пока еще были…

Однако расслабился я рано. Буквально через пару часов последовала вторая атака, в которой большую часть псов перебили.

В этот раз враг вообще был лучше подготовлен — тащил с собой нечто вроде лестниц, посредством которых перелезал через насыпи, переходил рвы.

Однако эта хитрость им не очень помогла — наши лучники выкашивали их прямо-таки пачками, так что и эта атака провалилась.

Но то ли их король обезумел, то ли сами нусвенцы озверели, а последующие две или даже три атаки шли прямо таки без перерыва. Мы только-только отбивались от одной волны, остатки которой в страхе бежали назад, как тут же приходилось отбиваться от новой, и так шел день за днем.

Враг не давал нам перерыва, постоянно держал в напряжении, предпринимая все новые и новые попытки. Я уже даже не пытался предсказать, когда же вражеские солдаты вновь попрут на нас — они могли это сделать и спустя несколько часов, и спустя несколько минут, причем как днем, так и ночью.

Всю мою армию фактически пришлось разделить на три смены — пока треть бойцов спала, две трети охраняли город и оборонялись. Восемь часов на передовой — и смена, еще восемь часов в караулах и в тылу ‒ затем сон. Восемь же часов отдыха, и снова в бой…

Сам я не спал уже два дня, и это очень сильно на мне сказалось.

Когда я стоял, как заторможенный, глядя на летящую прямо в меня стрелу, пока как нельзя кстати оказавшийся рядом Гор оттолкнул меня, то осознал — нужен отдых. Я уже начинаю чересчур сильно тупить, и хрен с ней, со стрелой, в таком состоянии я рано или поздно отдам приказ, который выйдет боком всей нашей кампании.

И вот очередная атака, начавшаяся еще часа в три ночи, продолжалась уже часов шесть, не меньше.

Наших псов практически поголовно перебили. Их трупы остались лежать в лабиринте, втоптанные в грязь. Большая часть ловушек уже была наполнена телами врагов, а подготовить новые нам просто не позволяли…

И эта атака, наконец, закончилась, хотя мне казалось, что враги будут переть на нас, пока мы не сдадимся.

Этот бой оказался тяжким, очень тяжким. Когда я, наконец, смог подняться с земли и оглядеться, увидел кругом множество трупов: и своих товарищей, и врагов.

В этот раз противник добрался до наших рядов, причем в больших количествах, и завязалась битва.

Я пнул Древня (Гора, в смысле), но тот даже не пошевелился, лишь буркнул:

— Отстань…

И я побрел через трупы.

Тела лежали, как попало, кое-где кто-то из северян перевязывал раненого товарища — куда-то идти у них явно не было сил.

В месте, где трупы врагов лежали чуть ли не друг на друге, я обнаружил Копье.

Старик лежал на спине, уставившись в небо. В его грудь угодили шесть стрел.

Он был мертв.

Я подошел ближе и присел рядом с телом.

Вот и все…один из первых моих спутников…

— Надеюсь, ты попал к Одину, — сказал я, закрыв ему глаза.

— Он умер так,