Горец - Александр Тамоников

Дементьев взглянул на Чернышева:

– Так ты ему сыночка вместе с наркотой передал?

Старший лейтенант усмехнулся:

– За кого ты меня принимаешь? Нет, Андрюша, наркотик я передал соответствующей службе как случайно обнаруженный. Его уничтожат. А вот протокол изъятия героина у Рафа, подписанный понятыми и самим Рафшановым-младшим, находится у меня. В папке канцелярской небольшой вместе с кассетой, записавшей момент изъятия наркоты.

– Я не заметил, чтобы на аллее велась съемка!

– А ты и не должен был ничего видеть. Короче, дабы Рафшанов не наехал на понятых и не пытался переиграть ситуацию, я ему показал пленку. Он тут же предложил выкупить ее вместе с камерой.

– Много предлагал?

– Много! Только ни хрена у него не вышло и не выйдет. Придется этой семейке змеиной забиться в нору. Рафшанов благодаря придурку сыну попал на такой крючок, с которого не срываются. Теперь он не будет открывать ногой дверь в кабинет губернатора.

– А подонок Раф, губивший людей наркотиком, неизвестно откуда получаемым, останется безнаказанным?

– Ну уж нет! Но всему свое время! Коли Раф повязан с наркоторговцами, и повязан по-крупному, судя по количеству изъятого у него наркотика, который он свободно носил с собой, те так просто от него не отстанут. За дурь надо платить. Сдать баронов он не решится, даже под прессингом отца. Значит, что? Значит, скоро вновь вернется к прежнему занятию. Будет отрабатывать долг. На этом-то мы его и возьмем. И тогда не только Рафа, его подельников, наркоторговцев, но и обнаглевшего папашу, господина Рафшанова, ждут сложные времена. А проще говоря, для одних тюрьма и надолго, для других бесславный крах всей карьеры и благополучия, без которого они жить не смогут.

Дементьев сказал:

– Уйдут одни ублюдки, на их место придут другие.

Чернышев кивнул:

– Согласен! Поэтому, чтобы успешно противостоять мафии, в милиции и нужны такие люди, как ты.

– Вывернулся! Ладно, я подумаю! Тем более времени для этого у меня предостаточно!

– Думай, командир! А курсы переподготовки, формальности разные я возьму на себя. Кстати, насколько мне известно, сейчас нет участкового как раз здесь.

– Где это здесь?

– На участке улицы Трудовой, Толстого и парка культуры с очень активным отдыхом. Участок хреновый, но зато рядом с домом. И РОВД по соседству. А главное, я всегда рядом! А мы с тобой, командир, многое сможем изменить.

– Смотрю, ты с головой ушел в работу.

Взгляд Чернышева помрачнел:

– Ты прав. Помнишь, почему я не стал продлевать контракт, хотя не хотел уходить из отряда?

– По семейным обстоятельствам! А точнее, в связи с тяжелым заболеванием супруги, требующим постоянного ухода за ней.

– Вот именно, из-за болезни Ирины. Но никто не знал и не знает, чем она заболела.

– Мне скажешь?

– Тебе да! Ирина парализована.

– Как так? Что вызвало парализацию?

– Инсульт! Сейчас же передвигается на инвалидной коляске. И что мы только ни делали, все бесполезно. Ирина стала инвалидом. И знаешь, каково было услышать просьбу Ирины бросить ее, отправить в инвалидный дом? Не ломать себе жизнь молодую, когда я могу создать новую полноценную семью. А я люблю ее! И никогда не оставлю! Она была, есть и будет моей единственной женой. Пока мы живы. Но, боюсь, Ирина в это не особо верит. И страдает. Сейчас с ней психологи работают, или психиатры, хрен их разберет, мать наняла целую бригаду. Может, удастся им успокоить ее. А большего и не надо. Лишь бы Ира чувствовала себя спокойно, уверенно и верила мне! Ну а я почти все время на работе. Пока бригада колдует дома.

Дементьев подошел к другу:

– Значит, и тебя, Серега, судьба ударила ниже пояса?

– Ударила!

– Держись!

– Главное, Андрей, чтобы Ирина поверила мне!

– Поверит! Вот отработают психологи, уделяй больше внимания. И со временем она убедится, что ты по-прежнему любишь только ее! Все будет нормально, Черныш!

– Давай выпьем за это!

– Давай!

Дементьев, открыв бутылку виски, разлил обжигающую жидкость по рюмкам. Друзья выпили по четвертой.

Дементьев отставил бутылку в сторону:

– Хватит, Серег! Всех, кого следовало помянуть, помянули, за то, за что надо было выпить, выпили.

Чернышев согласился:

– И то верно! Мне еще в одно место заехать надо. Обещали новую импортную инвалидную коляску подогнать. А то старая рассыпается. И с Ириной побыть! А ты вечером к врачихе своей пойдешь?

– Нет! Она сутки на смене. Договорились завтра созвониться!

– Это хорошо! Так ты подумай о работе в милиции?!

– Сказал же, подумаю! Но ничего не обещаю!

Посидев еще с полчаса, Чернышев поднялся:

– Все, Андрюх, спасибо за прием! Поеду!

Встал и Дементьев:

– Я провожу.

– Не надо!

– Так дома все одно делать нечего. Тебя провожу, до кинотеатра прогуляюсь.

Старший лейтенант милиции улыбнулся:

– А чего не по парку?

– Желания нет, да и сегодня дежуришь не ты!

– Понятно! Ну, пойдем тогда.

Дементьев проводил Чернышева до стоянки такси.

Андрей прошел к кинотеатру, точнее, к тому, что сегодня представлял собой бывший кинотеатр «Юность». А представлял он собой магазин. Мебельный. Возле магазина небольшие группы молодых людей школьного возраста. Подумал, почему не в школе? Почему здесь? Ответ получил быстро. Обойдя торговые ряды примостившегося к кинотеатру, или магазину, рынка, увидел четверых пацанов лет по шестнадцать, гонявших по кругу косяк анаши. Папироса, набитая наркотиком, переходила из рук в руки, и пацаны втягивали в себя губительный дым вместе с воздухом. Дементьева охватила ярость. Дети употребляют наркотики открыто, на улице, на виду взрослых людей. И никого не опасаются. Не скрываются. Курят внаглую. А кого им, в принципе, бояться? Милиции поблизости нет, а обыватель привык уже жить по принципу – моя хата с краю, ничего не знаю! Неправильно это! Так и Черныш говорил то же самое. Андрей принял решение быстро. Набрал номер боевого товарища. Тот находился еще в такси, не доехал до нужного места:

– Командир? Что случилось?

– Я согласен, Черныш!

– В смысле?

– Согласен служить в милиции!

– И что так повлияло на твое решение? Полчаса назад ты обещал всего лишь подумать.

– То, что я увидел на улице. С этим надо бороться! Короче, все, я согласен.

– Ну и отлично! Правильное решение, командир!