Жестокость и воля - Сергей Зверев

— Эй, Черт! — крикнул он и, не услышав ответа, завопил еще громче: — Черт, выключи музыку!

Потоптавшись на месте в течение нескольких секунд, азербайджанец вынул изза пояса пистолет и зашагал по тропинке в направлении калитки. Константин терпеливо ждал возле забора, когда охранник поравняется с ним, и прыгнул вперед, одним ударом выбив из рук противника пистолет.

Оружие упало в траву. Азербайджанец не успел даже понять, что с ним произошло, когда Жиган хлестким ударом кулака наотмашь раздробил ему нос.

Раздался лишь еле слышный треск, и охранник мешком осел на землю. Константину даже пришлось удержать его под руки, чтобы избежать лишнего шума.

Он тихонечко оттащил труп в сторону, потом наклонился, пошарил в траве, нашел пистолет. Судя по размерам рукоятки, это был «ТТ».

Пригибаясь, Константин двинулся по тропинке к дому. Он оказался рядом с полуоткрытой дверью и, услышав стук башмаков по деревянному полу, прижался к стене.

Еще один охранник вышел на низенькое крылечко. Он закурил сигарету, огляделся и крикнул:

— Аладдин!

В следующее мгновение цепкие руки Жигана сдернули охранника с крыльца и уложили в густую траву. Этот расстался с жизнью еще быстрее, чем предыдущий. Заученным резким движением Панфилов сломал ему шею.

Ну все. Пора рвать в дом.

Не зная, сколько еще противников может попасться на его пути, Константин зажал в руках по пистолету. Затаив дыхание, он ступил на крылечко, прошел через темные сени и остановился возле двери. Никаких голосов не слышно.

Приглядевшись, Жиган понял, что дверь открывается внутрь. С Богом.

Ударом ноги он распахнул дверь и заскочил в большую освещенную комнату. Здесь все выглядело, как в простой деревенской избе — дощатый стол, полати, выкрашенная известью деревенская печка.

У стола лицом к двери сидели Матвей и какой-то высокий азербайджанец. Еще один азербайджанец стоял рядом со своим соотечественником.

У плеча Матвея высился Гренадер. На столе лежали несколько запечатанных, упакованных в непрозрачный полиэтилен брикетов, рядом с ними — стопка банкнот характерного зеленого цвета, обтянутых черными резинками.

Эта картина живо напомнила другую, мгновенно всплывшую в памяти Жигана. Но сейчас ему было не до воспоминаний.

— Руки! — заорал он, направив на врагов оба ствола.

Охранник-азербайджанец резко дернул плечом. Только сейчас Константин увидел висевший у него за спиной короткоствольный «Калашников». Не дожидаясь, пока в него всадят очередь из автомата, Жиган стал безостановочно палить из обоих пистолетов.

Все перед его глазами происходило, как в замедленном кино.

Вот опрокинулся навзничь с простреленной головой автоматчик.

Вот Гренадер делает попытку достать из-за пояса пистолет, получает одну пулю в плечо, другую в живот и еще одну в горло. Нелепо размахивая руками и дергаясь, он падает на пол около стола.

Вот азербайджанец, сосед Матвея, тянет руку под стол. Пуля перебивает ему руку в локте. Следующая, угодив в голову чуть пониже глаза, обезображивает все лицо. Он заваливается на бок, его голова с глухим стуком ударяется о доски пола.

Матвей сидит неподвижно. Лицо его белеет, а страшная вена на лбу раздувается и вздрагивает, как попавшая под кожу змея.

Жиган подходит к нему и, вытянув руку с пистолетом, прикладывает ствол к этой черной печати. Он нажимает на курок, явственно слышит удар бойка о капсуль, но выстрела нет. Это патрон перекосило в патроннике. Обычное дело для китайского оружия.

Но есть еще «Макаров» в правой руке. Константин нажимает на курок, и снова тишина. Этого и следовало ожидать — все патроны из обоймы отстреляны.

Когда Матвей, дважды за одно мгновение избежавший смерти, осознал, что произошло, он страшно закричал и бросился на Жигана с нечеловеческой яростью. Резкими ударами обеих рук снизу и сверху он выбил уже ставшие ненужными пистолеты из рук Константина, жестким прямым мае-гири сбил его с ног.

Константин упал на спину, уцепившись за ногу растянувшегося через всю комнату Гренадера. Матвей бросился к нему, намереваясь добить, но Константин отшвырнул его ударом ноги в живот.

Это дало Жигану выигрыш в несколько драгоценных мгновений. Он смог вскочить на ноги и занять боевую стойку.

Ярость сыграла с Матвеем злую шутку. Потеряв свое обычное хладнокровие, он пошел в атаку первым и нанес несколько прямых ударов руками и ногами.

Константин удары успешно блокировал, пропустив лишь один довольно чувствительный — по голени.

Его противник слишком неосмотрительно пошел на сближение, и Панфилов сумел поймать его на противоходе смачным ударом в лоб в ту самую Магометову печать, повалив Матвея на пол.

Заметив, что его поверженный противник делает попытку встать, Константин прыгнул на него ногами. Его ступня буквально погрузилась в грудную клетку Матвея.

Раздался хруст ломающихся костей и последний вопль врага, полный смертной муки.

Черная вена на лбу Матвея, вздувшись в последний раз, лопнула. Кровь растеклась под кожей громадным темным пятном.

Панфилов с отвращением убрал ногу, будто только что раздавил ядовитую гадину.

Под столом он увидел огромный, сверкающий никелированной сталью пистолет. Очевидно, он принадлежал Вахиду, тому самому азербайджанцу, который сидел рядом с Матвеем, пересчитывая деньги.

Панфилов поднял оружие и осмотрел его. Это была «беретта» с двухрядным магазином и емкостью на пятнадцать патронов. Константин слыхал об этом оружии, но прежде ему никогда не доводилось держать его в руках.

Он взвесил пистолет на ладони, попробовал подержать на вытянутой руке. По своим габаритам и весу он был, конечно, куда внушительнее пистолета Макарова, но в ладони лежал удобно. Предохранитель, так же как и у Макарова, расположился на затворе.

«Пригодится».

Преодолевая отвращение, Константин обшарил карманы Матвея. Он не представлял точно, что ищет, но твердо знал: со смертью Матвея маленькая война, которую начал Жиган, еще далека до завершения.

Нащупав в одном из карманов небольшой кусочек плотного картона, Панфилов вытащил его на свет.

Это была визитная карточка. «Совместное советско-германское предприятие „Интермедсервис“. Елизаров Михаил Константинович. Заместитель начальника отдела». Внизу был указан рабочий телефон.

— Здравия желаю, товарищ капитан.