Закон волка - Андрей Дышев

Я отрицательно покачал головой и выудил из термоса банку «Миринды».

— Вы занимались спортом?

Я кивнул и с щелчком выдернул кольцо.

— И как вы можете бегать в такой душный день?

Я пожал плечами.

— Гроза будет, — предположил Гурули и без перехода: — Вы подумали над моим предложением?

Я оторвался от баночки, потряс ее, чтобы выгнать пузыри, по вкусу напоминающие стекольную крошку.

— Подумал, конечно.

— Надеюсь, вы меня обрадуете?

— И я надеюсь.

— Кого-нибудь нашли?

— «Ассоль» я поведу сам.

— Вы? Сами? — На этот раз Гурули сыграл удивление безобразно плохо. Я не перенес такой откровенной фальши.

— Виктор Резоевич, ну давайте наконец говорить друг с другом откровенно: разве вы хотели видеть в этом качестве кого-нибудь другого?

Гурули принял мой вопрос-упрек достойно. Он пригладил пальцем седую щетинку под носом, кивнул, властным движением положил свою тонкую ладонь на спинку водительского сиденья.

— Хорошо. Давайте будем откровенны. Да, я хочу, чтобы капитаном «Ассоли» стали именно вы. Другой кандидатуры на это место я не вижу.

— Только на один рейс, — уточнил я.

— Честно говоря, я желал бы видеть вас у штурвала яхты более продолжительное время.

— Это ваше желание или Артура Пикова? Гурули ответил не сразу.

— Я не знал, что вам известно имя Пикова.

— Неужели вы думали, что я встану за штурвал яхты, не поинтересовавшись, кто ее истинный владелец?

— Все права по найму экипажа доверены мне.

— И с вами я буду заключать договор?

— Безусловно.

— У вас есть доверенность или какой-либо Другой документ, подтверждающий, что Пиков поручил вам сформировать экипаж?

— Есть, — кивнул Гурули.

— Мне нужна его копия.

— Никаких проблем! — тотчас ответил Гурули. — Какие еще требования, условия, пожелания?

— Помимо договора, мы с вами оформим доверенность на яхту на мое имя…

— Это обязательно.

— … и заверим ее в нашем отделении милиции.

— Как скажете. Я поручу своему референту подготовить все эти документы.

— Я должен знать о дате рейса не позднее чем за три дня.

Гурули выпятил губы, словно подкуривал сигарету, посмотрел на свои высохшие пальцы, побарабанил ими по велюру.

— К сожалению, Кирилл Андреевич, это условие я не смогу выполнить. В целях вашей личной безопасности дату рейса и маршрут я сообщу вам непосредственно перед погрузкой денег на «Ассоль».

— Вы не можете сказать даже, откуда и куда я должен буду перевезти деньги?

Снова небольшая пауза.

— Ориентировочно — из Краснодарского края на Южный берег Крыма. Протяженность маршрута — не более двухсот пятидесяти километров.

— Какая крейсерская скорость у яхты?

— Семнадцать узлов.

— С пограничниками вопрос решен?

— Обязательно.

— Досмотр будет?

— Только при погрузке и в конечном пункте.

— Охрана?

— Ориентировочно — три катера на подводных крыльях с профессиональными охранниками.

Я сжал в ладони пустую баночку, с жестяным шелестом деформируя ее бока.

— Больше вопросов не имею. Гурули с улыбкой покачал головой.

— Вы забыли спросить о самом главном.

— О самом главном? О чем же, интересно, я забыл спросить?

— О сумме денежного вознаграждения.

— Этот вопрос меня не интересует, — ответил я, открывая дверцу. Тяжелый, влажный, как в прачечной, воздух хлынул внутрь машины. Я выплыл наружу.

— Кирилл Андреевич! — позвал Гурули, выглядывая из-за двери. — Я прошу вас в ближайшие дни надолго не отлучаться из дома.