Ловушка для героев - Андрей Ильин

— Я не умею читать карт.

— Он говорит, ты умеешь читать. Он видел, как ты читаешь…

Взмах… посвист… и боль!

Боль!!

Боль!!!

Боль!!!!…

* * *

— Ты что-то сказал?

— Сказал. Про подводную лодку. И про самолет…

— Про золото?

— Нет, не про золото. Про то, что мы там должны были что-то взять. Но я не знаю что. Потому что об этом знал один только командир. Которого они убили…

— А про вьетнамца? Того?

— Нет. Ничего.

— А что еще они спрашивали?

— Про маршрут. От начала до конца.

— Сказал?

— Нет. Вернее, не про весь. Только от самолета. И про ребят. Про могилы

— И про могилы?

— И про могилы. Сам не заметил… Но про гранаты не сказал. Понимаешь? Про гранаты ни слова не сказал. Чтобы они… Пусть только сунутся… Пусть только копнут… И все… Чтобы все… До одного… Гниды косоглазые…

— И я сказал…

— Про что?

— Про лодку… И самолет… И могилы…

— Били?

— Били… И вот еще. На руке… На руке, с внутренней стороны, от плеча до локтя была снята кожа. Тремя длинными полосами.

— Живым на ремни режут. Гады!

Издалека, со стороны хижины доносились сдавленные крики.

— Кто там?

— Далидзе.

— Громко кричит…

— Шакалы! Дети шакалов! А-а-а!! Чтоб вы…! Чтоб ваши мамы…! А-а-а-а!! Чтоб ваши дети…! И внуки…! А-а-а-а-а!!! Псы вонючие…!

Зря горячился Резо. Зря ругался на двух языках. На русском и грузинском. Они все равно их не понимали. Ни тот, ни другой…

— Где вы проходили? Вспомните приметы…

— Не дождешься! Волк поганый!.. А-а-а-а-а!!

— Где вы вставали на дневки? Когда и через какие реки переправлялись?

— А-а-а-а-а!!! Потом крики стихли. Потом возобновились вновь. И снова стихли…

— Ответьте, где вы находились в первый день? С шести до девяти часов утра?

— Пошел ты!. А-а-а-а-а! Больно! А-а-а-а-а!!! Ну больно же! Больно!!! Шакалы-ы-ы!

— Ответьте, где вы находились в первый день? С шести до девяти часов утра…

— Не помню! Ну сказал же — не помню! Ну честное слово — не помню! Не помню-ю-у-у! Ну вы что, не понимаете?! А-а-а-а-а!!! Бо-о-о-ль-но-о-о-о-о!!! Га-а-ды!

— Ответьте, где вы находились в первый день? С шести до девяти часов утра…

— Кажется… На побережье… Моря…

— Где вы были на побережье моря?

— Не помню… А-а-а-а-а-а!!!..

Резо и его американца принесли через три часа. И бросили на землю. Еще через полчаса Резо пришел в себя. И тихо застонал. А потом закричал. В голос.

— М-м-м! Больно! О-о-очень больно! О-о-очень. М-м-м!…

— Ты сказал?

Далидзе молчал. И отводил в сторону глаза. И кричал.

— Он что-нибудь сказал? Слышь, американец. Он сказал что-нибудь?

— Он сказал. Что-нибудь.

— Что?

— Он сказал что-то про море. И про первый день. Они очень страшно его мучил. Очень, очень страшно…

— А потом?

— Потом он, как это по-русски, потерял разумность.

— Сознание?

— Yes. Потерял сознание.

— Я не смог. Я не выдержал. Мне было больно. Очень! — тихо произнес Далидзе. — Я не мужчина после этого!

— Да брось ты, Резо. Все мы здесь…

— Мне было очень больно! Я не знал, что может быть так больно! Вот…

Резо раскрыл сжатую в кулак, окровавленную руку. И все посмотрели на его пятерню.

На четырех его пальцах вместо ногтей и верхних фаланг торчали кости. Голые кости. Расщепленные на концах. Они просто срезали с них мясо. Просто сострогали, как серную головку со спички… И кусали, и дробили эти кости щипцами.

— Падлы! Что творят!..

— Я не смог… Я сказал… Я не мужчина… Со стороны хижины доносились новые крики. Новой пары пленников…

— Ответьте, где вы находились в первый день с девяти часов утра до полудня?

* * *

— А-а-а-а-а!!!..

— Ответьте, где вы находились в первый день с полудня до двух часов дня?

— Бо-о-о-льно-о-о-о!!!..

— Ответьте, где вы находились в первый день с двух до четырех часов дня?..

— Где вы находились во второй день с шести часов?..

— Где вы находились в третий день?..

— Где вы находились?..

— Где?..

— Где?..

— Где?..

* * *

Через день пленников перестали бить по ногам. И били только по рукам и голове. И резали и жгли тело. И выворачивали суставы. И строгали пальцы…

— Теперь меня интересует пятый день. Шесть часов вечера.

— Я не помню пятый день. Я не помню, что было в шесть часов вечера.

— Постарайтесь вспомнить. Иначе вам будет больно. И вы все равно все расскажете. Вы все равно все рассказываете. Только очень поздно.

— Зачем вам все это? Зачем вы нас мучаете? Лучше просто убейте…

— Мы не виновны в ваших страданиях. Вы сами виновны в ваших страданиях. Мы не приглашали вас в нашу страну. Вы пришли, не спросив нас. С оружием в руках. И убивали наших бойцов, которые хотели остановить вас. Потому что это их страна. Вы убили много наших бойцов… Мы не трогаем гостей. Но вы не гости. Вы пришли без нашего согласия и не хотите рассказать зачем… Зачем вы пришли в нашу страну?

— За приборами. С разбитого самолета.

— Мы не верим вам. Где эти приборы? Куда они делись? Если вы пришли за приборами?

— Мы потеряли их. Ну, в смысле бросили. Когда начались бои.

— Где бросили? При каких обстоятельствах?

— Ну не знаю я где. Не знаю, при каких обстоятельствах. Их командир прятал.

— Один?

— Один. Ну один. Ну честное слово — один.

— Мы не верим вам.

— Ну а зачем мы, по-вашему, пришли? Зачем?

— Наверное, вы хотели убить старейшину нашей провинции…

— Старейшину? Какого старейшину? Какой провинции? О каком старейшине вы говорите? На хрена он нам сдался, ваш старейшина!..