Лабиринт для Слепого - Андрей Воронин

Итальянцы смотрели друг на друга, и их взгляды были более красноречивыми, чем любые слова.

Антонио Эскуразо качнул своей лысой головой и громко щелкнул пальцами.

– Хорошо, мистер Савельев, я решил. Я согласен на ваше предложение. Итак, девять миллионов.

– Я сказал десять, и ни цента меньше.

– А давайте, мистер Савельев, девять, с половиной – ни вам, ни мне.

Савельев ухмыльнулся. Его смешили эти итальяшки, готовые удавиться за каждый цент.

– Ну что же, девять с половиной, так девять с половиной.

– Андреа, – обратился дон Эскуразо к своему приятелю, – а ты проверил документацию? Там все в порядке, без обмана?

– Да, я показывал ее специалистам, тем, кто занимается подобными вещами…

– И что? – насторожился Антонио Эскуразо.

– Они в восхищении.

– Позвольте, мистер Савельев, как вам удалось?

– Что – как удалось?

– Ну.., придумать такой простой и дешевый способ получения наркотиков.

– Это не мне. В России есть такие таланты, синьор Эскуразо, что вам и не снилось.

– Мистер Савельев, а нельзя ли эти ваши таланты переправить сюда, чтобы они работали на нас?

– Думаю, это сложно. И это отдельный разговор.

Но вместе с вашими специалистами, я думаю, мы смогли бы наладить дело намного быстрее… Но.., может быть, синьор Эскуразо, все может быть…

Андреа Бузони поднялся.

– Господа, так я считаю. Что сделка совершена и стороны пришли к обоюдовыгодному решению?

Савельев пожал плечами и вопросительно посмотрел на Антонио Эскуразо.

Тот как-то очень по-русски махнул рукой – дескать, гори оно все гаром, если сказал, то уже от своего не отступлю.

Он извлек из кармана чековую книжку, положил ее на стол, на чековую книжку положил «вечное перо».

– Итак, в каком банке мистер Савельев желает получить девять с половиной миллионов?

Владимир Владиславович словно только и ждал этого вопроса. Он назвал один из швейцарских банков и номер счета.

– Завтра деньги будут переведены на ваш счет.

Владимир Владиславович так и не понял, зачем этот чванливый итальянец вытаскивал свою чековую книжку и швырял ее на стол.

– Значит, завтра, как только я получу подтверждение из банка, что деньги поступили, вы можете получить вторую дискету.

– Да-да, так и поступим А сейчас, господа, самое время выпить по бокалу шампанского.

– Я не откажусь, – рассмеялся Владимир Владиславович Савельев и смех его был абсолютно искренен, хотя и неприятен.

Итальянцы переглянулись.

* * *

Была открыта бутылка очень дорогого французского шампанского. Напиток заискрился в бокалах. Мужчины чокнулись, выпили.

Владимир Владиславович Савельев достал из кармана свой золотой портсигар, щелкнул зажигалкой, закурил сигарету.

– Так, все-таки, что у вас там в России? – полюбопытствовал Андреа Бузони.

– У нас, как всегда, выборы и, как всегда, непонятно, кто кого победит.

– А что, ваш Президент может потерять власть? – спросил Антонио Эскуразо.

– Может потерять, но не потеряет. Хотя, как говорят в России, все это вилами по воде писано.

– Чем-чем писано? Где писано? – заинтересовался синьор Эскуразо.

– Вилами по воде.

– Ты что-нибудь понимаешь? – Антонио посмотрел на синьора Бузони.

Тот пожал плечами и темпераментно замахал руками:

– Нет, ничего не понимаю.

– Ну, это, господа, в общем-то тяжело понять. Чтобы в этом разобраться, надо быть русским или прожить в России по меньшей мере лет тридцать или сорок.

– А, тогда понятно. Я жил везде – и в Колумбии, и в Боливии, и в Египте, не говоря уж о Европе, Австралии и Азии, но в России не был никогда. Наверное, там очень холодно, мистер Савельев?

– Россия очень большая, синьоры, там и холодно, и очень жарко одновременно.

– Странные люди – русские! Все у вас вроде бы есть, а вам все чего-то не хватает, – принялся философствовать Антонио Эскуразо, глядя на корешки книг, которые он никогда не открывал, но которыми очень гордился.

– Значит, завтра, во второй половине дня я вас жду, господа, – сказал Савельев, а затем взглянул на свои дорогие часы.

– Да, мистер Савельев, мы обязательно будем.

* * *

После того, как Владимир Владиславович покинул особняк дона Эскуразо и укатил в свой отель, радуясь и сияя от счастья, Антонио Эскуразо продолжал разговор с Андреа Бузони – Этот русский, конечно, умеет торговаться.

– А что же ты хотел?

Он раньше служил в КГБ.

– Где? – сощурил и без того узкие глаза Антонио.

– Ну, это типа нашего ЦРУ.

– Вот как?! А сейчас занялся бизнесом?

– У них все, Антонио, сошли с ума, все занимаются бизнесом. Слава Богу, у них есть чем торговать.

– А почему мы с ними, Андреа, не имеем никаких дел?

– По-моему, имеем. Русские бандиты обчистили мое казино в Лас-Вегасе.

– Да что ты говоришь – русские?! Впервые об этом слышу.

– Я тоже до поры до времени думал, что это наши, что кто-то из своих решил меня проучить. Только потом выяснил, что это русские из Одессы.

– Значит, они пошли по нашим стопам, – похлопал себя по коленям синьор Эскуразо и вновь наполнил бокалы шампанским.

– Они пойдут дальше нас, Антонио, поверь мне, намного дальше.

– Посмотрим, посмотрим…

– За удачу, Андреа!

– За удачу, Антонио!

Итальянцы сдвинули бокалы. На лицах застыло самодовольство и высокомерие.

Антонио Эскуразо вызвал своего секретаря и отдал распоряжение:

– Мигель, как можно быстрее переведи деньги вот на этот счет вот в этот швейцарский банк. Сейчас же этим займись.

– Слушаюсь, дон Эскуразо, будет сделано.

– И не медли.

– Хорошо.

Когда секретарь покинул кабинет, Андреа Бузони спросил Антонио Эскуразо:

– Ты доволен своим секретарем?

– Он мой родственник. В общем-то довольно расторопный малый, правда, инициативы маловато. А так ничего, старается.

– Это что, сын твоей кузины?

– Конечно, конечно, Лючии.