Разборки третьего уровня - Василий Головачев

Они прошли на склад, где Котову выдали его вещи, преодолели три контрольно-пропускных пункта, вышли за ворота и сели в поджидавший их мини-автобус «форд-транзит» с затененными стеклами. Первухин бросил в салон мешок с Васиными вещами, сел за руль, повернул к освобожденному голову, и сквозь черты генерала на его лице вдруг проступили черты исключительно спокойного, волевого лица Матвея Соболева. Несколько долгих мгновений они всматривались друг в друга, потом Матвей улыбнулся и тронул машину с места.

– Здорово, генерал! – обрел голос Вася. – То-то я сразу почувствовал какое-то несоответствие, неловкость… не в тебе – в себе. Первухин не должен был знать, где я нахожусь, а тем более приезжать лично. Ты их всех загипнотизировал, что ли?

– Документы были настоящими. Я сначала навестил генерала.

Машина выехала на шоссе Энтузиастов, остановилась возле вывода метро «Авиамоторная».

– Как тебе удалось выяснить, что меня взяли?

– Ульяна сообщила.

– Что?! Уля Митина? А она как?.. – Вася замолчал, внезапно догадавшись, что его мысленный зов все-таки достиг пси-сферы девушки. – Она сказала, что я в тюрьме?

– Она попросила помочь. – Матвей изучающе поглядел на отвердевшее лицо друга. – Я выполнил просьбу. Теперь наши дороги снова расходятся. На ту квартиру лучше не ходи, она засвечена. Могу дать адрес приятельницы.

– Марии? Не надо. – Василий закрыл глаза, успокаивая сердце, загоняя безумную надежду – что Уля спасла его не только из-за дружеского расположения – в глубины души. – У меня есть где остановиться. У тебя-то самого как дела?

– Нормально.

– Как там твоя сестра, Лида?

– Работает. Написала недавно. Разошлась с мужем, встретила хорошего человека, он заботится о ней и о детях. Дети учатся. Нормально, в общем.

– Ты знаешь, что произошло на Мещере?

– В курсе.

– Ну и?..

– Что «ну и…»?

– Что собираешься в связи с этим делать?

– Жить, – коротко ответил Матвей, и Вася вздрогнул, таким необычным показался ему тон друга.

– Несколько дней я побуду в Москве, – мягче добавил Соболев. – Потом слетаю за границу и вернусь в Питер.

– Что-нибудь ищешь?

Матвей задумчиво стер пыль с панели машины, улыбнулся своей своеобразной, приветливо-безмятежной, сдержанной, всепонимающей улыбкой:

– Пожалуй, ищу… место, где возможно воплощение идеала хотя бы в какой-нибудь форме.

– А-а… мм… э-э, понятно, – сказал обескураженный Вася. – Ну, тогда пока?

– До встречи. От Коржакова уходи немедленно, он зомбирован и ни за что не отвечает. К тому же его скоро ликвидируют.

– Откуда знаешь? Ладно, молчу, молчу. – Вася распахнул дверцу, но тут же закрыл. – Слушай, есть одна идея… ты знаешь, что Юрьев выкрал у федералов чемодан с «глушаками»? А мы их отбили и передали Рыкову.

– Слышал.

– Это было ошибкой, я понял. Рыкову наверняка «глушаки» нужны не для добрых дел.

– Это уж точно.

– Так давай их у него умыкнем, а? Вдвоем мы справимся.

Матвей отрицательно качнул головой, поглядел на сразу потерявшее живость лицо Василия.

– А потом?

– Ну, потом… пригодятся… – забормотал Вася. – В крайнем случае уничтожим. Надо же выяснить, зачем он устраивал за ними охоту.

Соболев снова покачал головой.

– Уволь, не хочу.

– Боишься рискнуть? Или так на тебя влияют Хранители? Раньше ты был более решительным. – Вася понимал, что несправедлив, но обида на друга была сильнее объективной оценки его поведения. – Уж не собираешься ли ты сам стать Хранителем?

– Кто знает, – улыбнулся Матвей. – Кроме Хранителей Знаний существует еще и каста Собирателей, мне она ближе по духу.

– Собиратели? Не слышал, – буркнул сбитый с толку Василий, посидел немного, положил руку на колено Соболева. – Извини, психанул я… Значит, похищать «глушаки» у Рыкова не советуешь?

– Знаешь, Баловень, – сказал Матвей, – иногда я жалею, что обучил тебя технике смертельного касания. Наделаешь ты дел, если не свернешь с Пути воина.

– Ну, знаешь… – не нашелся что ответить готовый вновь обидеться Василий.

Матвей накрыл его ладонь своей, стиснул, передавая импульс успокоения, дружелюбия и понимания, и они, объятые полем взаимного расположения, несколько секунд сидели молча, думая друг о друге. Потом Матвей сказал:

– У нас разные пути, воин. Иди своим до конца, пока не почувствуешь, что пора сворачивать. До связи.

Василий стукнул кулаком в плечо друга, получил ответный толчок и вылез из машины, забрав мешок из салона. Через минуту «форд» Соболева затерялся в потоке машин. Тогда Вася огляделся и сбежал по ступенькам в переход метро.