Ученик Бешеного - Виктор Доценко

Именно ради этого я и приехал в Ярославль, — ответил Рокотов Синеокову, после чего спросил: — Вам совершенно незнакомо лицо женщины, целующейся с вами?

Антон еще раз внимательно несколько секунд вглядывался в фото, и его глаза при этом ничего не выражали, кроме любопытства. Вдруг они расширились, а лицо окаменело, словно кто‑то сказал ему: «Замри!»

Наблюдать со стороны было странно: глаза Антона как бы жили своей отдельной жизнью. Наконец Синеоков вздрогнул и умоляюще взглянул на Рокотова.

Помогите мне! — проговорил он вроде бы тихо, но Константину в этой просьбе послышалось столько боли, словно несчастный хотел закричать во весь голос.

А вы уверены, что нуждаетесь в моей помощи? — на всякий случай спросил Константин.

Кажется… да! — Антон вновь посмотрел на снимок, и его могучие плечи бессильно опустились. — Наташа… — обречено прошептал он. — Ничего не понимаю, что со мной происходит?

Ничего особенного: к вам постепенно возвращается память, — спокойно пояснил Константин.

Так это Наташа обратилась к вам с просьбой найти меня… — проговорил он и с чувством добавил, нежно поглаживая пальцами изображение невесты: — Господи, как же я соскучился по тебе, милая! Вы ее давно видели?

Вчера…

Наверное, сердится на меня?

Наташа любит вас, Антон, и очень переживает ваше внезапное исчезновение, но твердо уверена, что вы живы! Вы помните, что с вами случилось?

Теперь вспомнил, что мы с Наташей назначили день нашей свадьбы… — Синеоков пожал плечами.

А вы не обращались к врачам в те дни?

Я же сам почти врач… Хотя, наверное, последний раз мне требовалась помощь медиков, когда я появился на свет… — печально усмехнулся Антон. — Разве вы не видите, я же из тех, о ком есть старые стихи про гвозди:

Делать бы гвозди из этих людей,

Не было бы крепче в мире гвоздей!

Может, прививку какую‑нибудь делали? Сейчас, говорят, непонятный и страшный грипп надвигается. Да мало ли?..

Я с детства ничем не болел! Но почему вы спрашиваете об этом?

Пытаюсь помочь вам разобраться, — полуправдой ответил Константин. — Ну что, звонить будете?

Кому?

Как кому? Невесте своей!

Я телефона не помню, — смущенно проговорил он.

Рокотов улыбнулся, достал мобильник и набрал номер:

Наталья Лукьяновна, это Рокотов, здравствуйте.

Добрый день, Константин Михайлович, судя по вашему голосу, поездка оказалась не пустой, угадала?

На все сто! — весело воскликнул Рокотов, — с вами хотят поговорить…

Кто?

Догадайтесь с трех раз!

Тошка… — буквально выдохнула Наталья и обеспокоенно спросила: — С ним все в порядке?

Если не считать, что под глазами мешки от

вечного недосыпания, то…

Да дайте же ему трубку! — нетерпеливо взмолилась хозяйка салона…

О чем говорили влюбленные, не нашего ума дело: оставим воркующих голубков наедине и искренне порадуемся тому, что они благополучно обрели друг друга.

Однако состояние озабоченности не покидало Константина. Трагедия, произошедшая с Мордковичем уже после того, как его удалось разыскать и водворить в семью, не позволяла благодушествовать и расслабляться. Кроме всего прочего, Рокотов вконец запутался со всеми своими клиентами: ему нужен был тайм–аут, но прежде следовало позаботиться о безопасности Синеокова. Поэтому, до того как отправиться на вокзал, где была назначена встреча с Синеоковым, Рокотов позвонил счастливой невесте.

Как же я вам благодарна, Константин Михайлович! — воскликнула она, вновь услышав его голос, — вы действительно великолепный сыщик! Вы мне жизнь вернули! И на нашей свадьбе будете самым желанным гостем! Придете?

До свадьбы еще дожить нужно, — серьезно заметил Рокотов.

Это вы про себя или про Тошку? Вам или ему что‑то угрожает? — насторожилась Наталья.

Точного ответа у меня нет, но косвенных причин быть настороже предостаточно.

И что же нам делать? — растерянно спросила она.

У вас есть за границей родственники или друзья, у которых вы могли бы пожить, пока что‑нибудь не прояснится?

И как долго придется прятаться?

Может, месяц, может, год, не знаю, — честно признался Рокотов.

Но это значит потерять все, что создано такими трудами, — обреченно проговорила Наташа. — Неужели нет никаких других вариантов?

Есть, но любой другой не дает стопроцентной гарантии, во–первых, а во–вторых, вам придется убедить своего жениха полностью сменить образ жизни…

На месяц или на год… — договорила она. — Понятно… И что еще для этого нужно?

У меня есть профессиональные ребята, которые будут охранять Антона, как говорится, и день и ночь. Оплата такого вида работы…

А вот затраты меня абсолютно не волнуют! — перебила Наталья. — Я думаю о том, как мне убедить Антона изменить свою жизнь. Он же в буквальном смысле помешан на работе, а ему, если я правильно вас поняла, будет запрещено встречаться с пациентами…

Не столь категорически, но по сути верно, — подтвердил Константин. — С теми, которых он давно пользует и кому доверяет, можно, при условии соблюдения некоторых мер безопасности…

Представляю реакцию Антона, — тяжело вздохнула Наталья.

Попытаюсь вам посодействовать и сказать ему нужные слова, — пообещал Константин.

После чего созвонился с Ростовским и попросил взять Антона под круглосуточную охрану, а для знакомства с объектом попросил встретить их на Ярославском вокзале в Москве…

На платформе топталась целая делегация: нетерпеливая невеста, Ростовский с Рафиком Губайдулиным и Иван Калуга. После бурных объятий влюбленных Константин познакомил будущих новобрачных со своими партнерами. Наталья не без удивления увидела, как спокойно отнесся Антон

к этому знакомству, и благодарно взглянула на Рокотова, успевшего шепнуть ей, что сумел убедить Синеокова в необходимости временных перемен в его жизни.

Препоручив Ростовскому и его команде все заботы о будущем женихе, Константин попрощался и направился за своим лучшим оперативником. Когда они подошли к машине Калуги и тот открыл двери, Рокотов попросил его пока в машину не садиться.

Извини, Ванюша, но мне нужно пообщаться кое с кем по телефону строго конфиденциально, без обид, ладно?

Без проблем, шеф, я пойду сигарет куплю…

В машине Константин набрал номер Савелия,

но соединения не произошло: то ли направление было перегружено, то ли по какой‑то другой причине. И Рокотов решил отложить звонок. Он открыл окно и крикнул: