Обреченный убивать - Виталий Гладкий

– Вот именно – настаиваю. А теперь возьми "браслеты", – он швырнул мне изящные никелированные наручники, – и цепляйся к трубе отопления.

Я хотел было использовать этот момент для того, чтобы достать свою "беретту".

Но вовремя вспомнил, что стрелять его учили, видимо, в том же спеццентре, где и меня. А потому среагировал как нужно и молча приковал себя к железной дюймовой штанге.

– Достань двумя пальчиками пистолет, – продолжал командовать он все так же тихо и размеренно, – только не спеша, положи на пол и пни его посильней ногой.

Я безропотно подчинился.

– Еще что-нибудь есть?

– Глушитель, – буркнул я со злостью. – К сожалению, ничем иным не успел затариться. Вы помешали.

– Давай сюда и глушитель. Только не дури! – наконец повысил он голос.

И я знал почему – в моем кармане вместо стальной безвредной трубки могла совершенно спокойно почивать спецграната таких же габаритов и веса. – Вот теперь мы можем поговорить…

Он проследил глазами, куда откатился глушитель, и уселся в кресло вполоборота к двери.

– Поговорим, пока не явились мои парни, – он с ухмылкой похлопал по радиотелефону, куда перед этим произнес несколько слов.

– Куда денешься, – согласился я, с кряхтеньем устраиваясь на полу под батареей отопления. – Ну ты и борзой, Волкодав…

В его голосе прозвучало восхищение.

– Какой есть, братан, – беспечно улыбнулся я ему в ответ. – А вопросы задавать можно?

– Валяй.

– Вам приказали меня ухлопать?

– Как повезет. Лучше, конечно, взять и доставить куда нужно в полном здравии, ну а если не получится… – Он пожал плечами. – Хотя, если честно, живьем брать тебя мы не собирались.

– Почему?

– Так, слухи разные… Кое-кто говорил, что ты нам не по зубам. А на поверку оказалось… – Он с презрением ухмыльнулся.

– Не верьте данайцам, дары приносящим, – поддержал я его, блеснув эрудицией. – Это ты к чему?

Взгляд его снова стал острым, жалящим; похоже, что и он в свое время изучал древнюю историю.

– К слову пришлось, – простодушно осклабился я.

– Ну-ну… – тихо проронил он, не спуская с меня настороженного взгляда. – Шутим, значит.

– А что еще остается делать? Я так понимаю, что мне вскоре предстоит серьезный разговор с твоими шефами, а затем, – я изобразил глубокую скорбь и поднял глаза кверху, – тю-тю, Волкодав, помаши нам с небес ручкой. – Удивительная проницательность, – с иронией проронил он.

Но затем спохватился:

– Хотя – и я в этом уверен – если ты будешь на допросе пай-мальчиком и расскажешь все, о чем тебя спросят, то…

– Не надо нам ля-ля, Скорпион, – нагло рассмеялся я и фамильярно подмигнул заслуженному ветерану. – Все дороги ведут в Рим, коллега. Так что лучше не вешай мне лапшу на уши, мы не первый день замужем.

Ну и уел я его! На какое-то мгновение мне показалось, что старшего группы ликвидаторов хватит столбняк.

Но он выдержал, только побледнел как полотно.

Я узнал его уже после первых фраз. В свое время, когда я еще был лопоухой зеленкой, салабоном, нам приводили этого аса спецназа в качестве живого примера, хотя и тогда он уже был для нашей специальности несколько староват.

Интересно, кому он служит теперь?

Не думаю, что его до сих пор держат в основном составе. Скорее всего, консультант или начальник службы безопасности какого-нибудь генерала, занимающегося подпольным бизнесом сродни нашему с Кончаком.

А иначе каким образом могли пересечься наши пути?

– Я тут подумал, Волкодав, и решил, что моей группе захвата, к сожалению, не удалось взять тебя живым…

Тон его голоса явно не сулил мне ничего хорошего.

И в это время я услышал, как щелкнул дверной замок.

– А вот и мои ребята, – не поворачивая головы, холодно сказал он, судя по всему изображая перед своими борзыми большого босса. – Сейчас мы тебя спеленаем, а затем отправимся на прогулку. Считай, что тебе повезло.

На его лице мелькнула гримаса сожаления, и большой палец правой руки с явной неохотой опустил флажок предохранителя пистолета.

Я посмотрел в сторону холла, и не смог удержать широкой торжествующей улыбки.

– Я бы на твоем месте не был таким категоричным, коллега, – подмигнул я Скорпиону. – И, будь добр, не хватайся за свою "дуру", а не то схлопочешь свинцовый гостинец.

Скорпион судорожно вздохнул, уронил пистолет на пол и несколько картинно развел пустыми руками – он уже увидел стоящего в дверях спецназовца с автоматом на изготовку. Из-за его спины выглядывали еще два или три вороненых ствола.

Увы, это были не его парни.

Думаю, что Скорпион даже не заметил момент броска. Доля секунды – и в спинке кресла, на котором он сидел, примерно на два сантиметра выше его головы, упруго подрагивая, торчал мой метательный нож.

– Вот так-то, братишка. – Наверное, ему мой взгляд не очень понравился. – Скажи спасибо судьбе и моему хорошему настроению, иначе ты давно бы трепыхался пришпиленный к креслу, словно бабочка на булавке натуралиста, – молвил я не без бахвальства.

И добавил, уже ехидно:

– Как видишь, слухи про мою персону очень даже смахивают на правду.

Скорпион смолчал. Потупившись, он сидел с обреченным видом, разглядывая свои узловатые пальцы.

Мне почему-то стало жаль его – передо мной маячила моя старость.

– Где остальные? – спросил я спецназовца.

Он понял суть вопроса.

– В соседнем номере, под охраной. Что с ними делать?

– Гоните их отсюда на хрен.

– А этого? – указал стволом автомата на Скорпиона. – Этого? Он мне нужен.

Морщась, я массировал натертую чересчур тугими наручниками кисть.

– А вас, коллега, я попрошу остаться, – не удержался я, чтобы не поерничать, изображая достопамятного шефа гестапо Мюллера из известного телесериала; и невесело подмигнул Скорпиону.

Мне очень хотелось и Скорпиона отпустить на все четыре стороны. Но его еще ждала беседа с Кончаком. Можно было только гадать, куда хромая вывезет после этого разговора…

И пусть я повторюсь, но, ей-богу, мне стало жаль этого старого волка, ветерана, прошедшего через такое, что молодым и в страшном сне не могло присниться.

Таким Кончака я еще не видел.

С лицом похмельного вурдалака, в мятом костюме и стоптанных туфлях размера на два больше, он метался по тесной комнатушке, будто его искусал шершень.

– Они мне заплатят… Они мне заплатят… – повторил мой шеф, как заведенный. – Сполна заплатят…