Победитель должен умереть - Андрей Ильин

— Я про них! Не хочется быть невежливыми. Я у них гостил, а они у нас…

— Тогда я приглашаю? — озорно улыбнулся Сергей. — А ты пока дом готовь, стол накрывай.

— Давай. Жду с нетерпением!

И пары часов не прошло! Здрасте, кого… ждали. Здрасте, дядя Сэм!

Вот он. Молчит. Беспокойно озирается. Только что был у себя дома в удобном креслице, а теперь здесь стоит. И всё это ему что-то смутно напоминает. Что-то такое он уже видел… Видел-видел… Ну что, нравится сценическая площадка, которую специально под клиента соорудили? Всё один в один как тогда: подвальчик три на четыре — низкий потолок, окон нет, дверь, бетонные стены, стол. Это очень важно, чтобы всё напоминало, чтобы вызывало ассоциации. Узнаем?

А вот и статисты — охранники в форме и в берцах. Примерно в той же форме и в таких же берцах. Те же рожи и кулаки. Всё как тогда, когда было наоборот. Когда тот, кто теперь стоит, валялся на полу. А тот, кто сейчас ляжет, был уверен в своей силе и непогрешимости. Пусть теперь побудет в чужой шкуре. Прочувствует и построит проекцию — что за сим антуражем последует и какие будет иметь последствия для его здоровья. Догадаться не трудно.

— Добрый вечер!

Молчит… Однако невежливо. Тогда спросим по-другому, как его спрашивали:

— Как вас зовут?

Не отвечает.

— Ах да, вспомнил! Сэм. Хорошо, пусть будет Сэм. Я к этому имени как-то привык. Родились вы, я так понимаю, в небольшом рабочем посёлке, в штате… Или в семье фермера. Не важно. Родились, учились, женились… Мелочи мы опускаем. А вот о месте вашей теперешней работы поговорим подробнее. Так где и кем вы работаете?

Молчит. И должен молчать.

Кивнуть молодцам, похожим на тех, прежних, привлечённых для тех же целей. Подошли, засучили рукава, криво ухмыльнулись.

— Мстите?

Ну да, конечно, жажду мести как граф Монте-Кристо! Прямо удержу нет! Прямо зубами скрежещу… Пусть лучше думает так. Так — страшнее, чем обычный допрос. Когда у палача просматриваются личные мотивы, он может переборщить. И покалечить. И даже убить. Нельзя потерпевшим позволять допрашивать своих обидчиков. Неправильно это. А ему позволили отыграться.

— Так где вы работаете?

Смотрит. Тяжело дышит. Лихорадочно ищет выход из сложившегося положения.

— А вам это надо — ссориться с моей страной?

Ишь, как раздухарился! Всё-таки верят они в своё вселенское могущество.

— А вы что, её Верховный главнокомандующий? Вы можете поднять эскадрильи бомбардировщиков и послать на разборки миноносцы и разные цветные береты? Такая ваша должность? Или какая? Хотел бы услышать ответ.

Хотя на самом деле не хотел бы и поэтому сразу, без паузы, махнул бойцам. Это важно — не ждать ответа, а сразу начинать бить, чтобы показать свою заинтересованность не в информации, а в мести. А то вдруг пленник ответит и не придётся больше… А очень хочется!

Скукожился, ножки к животу подобрал.

Вспоминаешь? Всё очень похоже, только точка обзора поменялась: тогда ты смотрел сверху, а теперь снизу. А так всё очень подобно. Можешь поверить, что будет больно, очень больно!

— Начинайте.

Удар! Один. Но такой, чтобы лишить сознания.

— Принесите воды.

Как тогда. Всё, как тогда!

— Плесните.

Плеснули. Вытаращил глаза от холода. Или от испуга.

— Так, где вы работаете?

Молчит. Но как-то иначе молчит — задумчиво. Размышляет. Взвешивает, на бойцов поглядывает. А те на него.

Поманил пальцем.

— У меня к вам предложение. Если вы меня отпустите, я вам заплачу двадцать пять тысяч долларов.

Вот и торговля началась.

— У меня тоже есть предложение, встречное. Если я вас отпущу, то заплачу вам пятьдесят тысяч. И буду платить каждый месяц по пять тысяч, если, конечно, вы будете с нами откровенны.

— Вербуете?

— Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Вы ведь всё равно всё расскажете. Но так — за денежки. А если иначе, то бесплатно.

Считает… Складывает… Начисляет проценты. У них у всех калькуляторы в голове.

— Какие гарантии?

— Моё слово. И деньги на бочку.

— Но вы ведь потом их сможете легко вернуть обратно? Так не пойдёт.

Всё-таки торговля у них в крови. А кровь — зелёная, как их купюры.

Обернуться к бойцам.

— Можете продолжать.

Бойцы придвинулись.

— А вы не боитесь забить меня до смерти?

Нет, не боюсь. Совсем не боюсь. Скорее стремлюсь к этому. Я обижен сильно. А с обиженными играть опасно. Им красненькое из носа врага важнее зелёненького в его бумажнике!

— Если убьёте меня, то ничего не узнаете.

А мне и не надо. Мне тебе по почкам — надо! По почкам! Мысками берцев! Вперёд, молодцы!

Удар!.. И будет довольно, потому что проекция…

— Хватит. Остановите их! Я думаю, мы договоримся.

Конечно, договоримся. Он ведь из цивилизованной страны. Если он предаст, то его только с работы уволят. Ещё, возможно, и пенсии не лишат. А здесь, того гляди, все потроха отобьют в кисель так, что страховка лечения не покроет. Что тогда делать бедолаге? Таким людям почки надо беречь. Дорого у них почки стоят. Так за каким чёртом ему здоровья и жизни лишаться? Зачем покойнику или калеке оклад и премиальные?

— Можно подумать?

— Конечно. Пять минут. А чтобы вам лучше думалось, я обрисую сложившуюся ситуацию в целом. Боюсь, всё обстоит печальнее, чем вам кажется…

А дальше монологом, без пауз, не давая ему возможности слово вставить:

— Вы ведь сюда поставлены блюсти интересы своего государства? Так? А вы вместо этого блюли чужие интересы. Другого государства. Сливали информацию. Продвигали их агента — я имею в виду Галиба — накачивали его деньгами ваших налогоплательщиков. И вообще всячески лоббировали его. А зачем вы продвигали агента, если он не ваш, а наш?.. Как миниму — это разгильдяйство. Равное должностному преступлению. А как максимум… А ну, как Галиб заявит, что с тех денег часть вам откатывал. Уже наличными. Для чего выдумывались несуществующие операции и теракты. А он — заявит, можете не сомневаться. И свидетели найдутся. И денежки в тайниках. С отпечатками ваших пальчиков. Но это ещё будет простительно. Хотя, как я слышал, у вас неуплата налогов тянет потяжелее, чем измена Родине. А вы ведь не платили. Дальше выяснится, что вы наверх «липу» гнали. Потому что — вам гнали. А вы на базе её свои докладные записки стряпали. За своей подписью. Основываясь на материале, который весь от начала до конца был хорошо состряпанной дезой. Которую вы даже не пытались проверить. А почему? Может, чтобы новые сметы раздуть, прикрываясь выдуманными угрозами? И опять — без уплаты налогов! Будет мало — подбросим информацию о прямом сотрудничестве с нами через работу с двойным агентом Галибом. Что соответствует действительности! Тут такие круги пойдут. Такие интересы будут задеты. Или вы думаете, что ваши шефы прикроют вас? А я вот думаю наоборот — сольют, собственные задницы и пенсии спасая. И наконец, что скажет ваш Президент, которого вы заставили познакомиться с Галибом? Мне кажется, он обидится. Сильно. Такого человека под конфуз подвели. И надо вам это?