Чертова дюжина - Иван Сербин

— А чего они сразу эндоскоп не взяли?

— Группы-то сколачивались на месте. И кто ж знал, что так сложится.

— А если террористы заминировали тоннель и взорвут мины уже после того, как бойцы пройдут?

— Вся спецгруппа одета в костюмы «Воин». Много взрывчатки террористы не заложат — побоятся себя подорвать, а взрыв средней силы костюм выдерживает. Кинетическая волна только сильная. Не волнуйтесь, товарищ майор, — оператор улыбнулся, — возьмут ваших террористов как миленьких. Никуда они не денутся.

— Хорошо, — кивнул Котов. — Хорошо. Уже решено, во сколько начнется штурм?

— Точное время пока не определили. Как только группа «Смерч» сделает в завале проход, так и начнем.

Подошел Беклемешев.

— Товарищ майор, подслушивающее устройство установил задержанный. Полиграф подтвердил.

— А откуда он знал, что мы будем здесь? — удивленно дернул бровями оператор.

— Так где же нам еще быть? — ответил Котов. — Переговоры все равно пришлось бы отсюда вести. Да и телефонный звонок отслеживать удобнее.

— Ясно.

— Товарищ майор, — вынырнул из-за спины оперативник-«медведь», — ребята с квартиры Рыбы звонят. Пусто.

Котов посмурнел.

— Они внимательно смотрели?

— Обижаете, Александр Яковлевич. Все перерыли. Все стены и потолки простучали. Пол проверили. Чемодан только что не на кусочки нарезали. Папки нет.

— Черт! — ругнулся Котов. — Что такое не везет…

— …И как с ним бороться, — закончил «медведь».

— Верно, — буркнул майор. — Именно.

* * *

Леденец соскользнул вниз, притормозил, завис над срезом вентиляционной отдушины. В очках ночного видения он отчетливо различал фигуры Белоснежки и Чубчика. Девушка тоже смотрела на него.

— Эй, это я, Леденец, — негромко сообщил он. — Как у вас дела, ребята?

— Спасибо, омерзительно! — Чубчик поднял голову, но смотрел не на проем, а чуть правее, ориентируясь исключительно на голос.

— Да ну? — усмехнулся Леденец. — Тогда двигайтесь, я к вам. А то у меня что-то уж очень все хорошо.

— Прыгай, — кивнул тот. — И пошустрее. Спецназ уже готовится к штурму.

— Откуда знаешь? — поинтересовался Леденец.

— Шептун сообщил. Они разбирают завал, наверное, решили атаковать сразу с двух сторон.

— Даже и не говори мне об этом, — бухтел «ротвейлер». — А то я, грешным делом, подумаю еще, что у нас неприятности, испугаюсь и убегу. — Он легко соскочил на рельсы. — Ну вот я и дома.

— Добро пожаловать.

— Какая ты милая! Что у нас сегодня на ужин? — спросил Леденец.

— Щи из свинца.

— Ну? — притворно удивился «ротвейлер». — Обожаю твою стряпню, дорогая.

Чубчик засмеялся тихо.

Леденец посмотрел на Ватикана, сидящего на корточках у глиноземно-бетонного завала, на Дофина, стоящего на одном колене рядом с Айсбергом и бинтующего раненому бедро, спросил недоумевая:

— А где Бегемот?

— Уже ушел, — ответила девушка.

— А-а-а. И кто следующий?

— Айсберг.

— Ясно. Как он?

— Плохо. Три пули и ударной волной зацепило конкретно.

Леденец подошел ближе, опустился рядом с Айсбергом на корточки. В тусклой зелени тьмы лицо здоровяка казалось бледным, как снег. Наложенная через грудь повязка только подчеркивала бледность.

— Ну что здесь?

Дофин качнул головой.

— Я сделал ему обезболивающий и противошоковый уколы, но…

— Но?

— Боюсь, что он потерял слишком много крови. И потеряет еще в два раза больше, прежде чем мы выберемся.

— И что ты предлагаешь?

— Ничего, — Дофин спокойно пожал плечами. — Не мешай мне, пожалуйста. Его еще надо унести, пока эти ребята нас не видят. Через пять минут им принесут камеру с ночным объективом…

— Ладно-ладно, уже молчу.

Дофин ловко наложил повязку, сунул аптечку в карман и сказал Леденцу вполголоса:

— Понесли?

— Сейчас, погоди-ка. У меня для этого парня есть небольшой сюрприз.

Он снял флягу, отвинтил крышку и приставил к губам здоровяка.

— Давай глотай, Шварценеггер хренов. Смотри не захлебнись. — Придерживая голову раненого, Леденец осторожно, капля за каплей, вливал жидкость ему в рот.

Неожиданно Айсберг нагнулся вперед, закашлялся, сплюнул, выматерился громко.

— Фу, г… — пробормотал, морщась.

Леденец усмехнулся.

— Живой, что ли, чучмек? Извини, закуски не припас.

Дофин спросил удивленно:

— Что у тебя там?

— Водочка. Беленькая. Папашка говорил: лучшее лекарство от всех болячек.

— Где взял?

— А я вечером в Икшу сбегал.

— Делать тебе нечего.

— Это тебе было нечего, а я пробежался. — Леденец повесил флягу на пояс.

Дофин снова достал аптечку, вытряхнул на ладонь таблетку.

— Ну, раз пришел в себя, жиган, выпей.

— На хрена?

— Противорвотное.

Айсберг взял шайбочку, покрутил в пальцах и зашвырнул в темноту.

— Ну ее в ж…у. Здоровый, может, и выпил бы, а теперь мне и так хреново. — Подняв руку, он ощупал грудь и с удивлением пробормотал: — Надо же, всего одна дыра.

— Вторая в ноге. Считай — повезло, — кивнул Леденец. — Они вполне могли вам и башки разнести. Там ребята стрелять умеют.

— Мы им первым башки пооткручивали. — Айсберг попытался подняться, замычал, снова привалился к стене.

— Давай мы с Дофином отведем тебя в кроватку, — сказал Леденец и выпрямился. — Спать положим.

— Иди ты…

«Ротвейлер» посерьезнел:

— Надо идти, мужик. У нас времени — пара минут. И то я обчелся, наверное. Пошли.