Кровавый план египтянина - Борис Бабкин

– Аллах акбар, – отозвался Хаджи. – Луиза…

– Она уезжает, – не дал договорить ему чеченец. – Я тоже. Втроем, думаю, справитесь.

– Конечно. Мы на смерть идем, так что справимся.

– Вот что, – сказал Шарафутдин, – с детьми должны все сделать русские. Ну эти, шакалы. Но у меня доверия к ним нет. Надо бы подстраховать их. И еще… Может, с помощью детей мы сумеем заставить летчика на самолет оружие пронести?

– А что? – сразу повеселел Хаджи. – Наверняка.

– Даже не думайте об этом, – остановил их голос вошедшей Луизы. – Неужели вы считаете, что летчиков не проверяют на наличие оружия? Раньше, говорят, пистолет был у командира экипажа, но сейчас вряд ли. А вот что один или двое из спецслужб летают, это скорее всего так и есть. И надо делать все, как приказал Стратег. Он очень не любит, когда кто-то меняет его планы.

– А куда ты едешь? – поинтересовался у нее Хаджи.

Она недовольно посмотрела на Шарафутдина.

– Да я просто пошутил, – нашелся тот.

– Понятно, – усмехнулся Хаджи.

– Будьте готовы, – предупредила Луиза. – Сигнал может прийти в любой момент.

– Да, – вздохнул Магомед, – ментов полно. И в самолете наверняка кто-то из фээсбэшников есть. Правда, стрелять они вряд ли станут. Пуля прошьет борт или окно, и тогда самолету в любом случае хана. По крайней мере я так думаю, – увидев усмешку на губах Захры, недовольно добавил он.

– Вряд ли самолет погибнет от пистолетной пули. Но понятно, что если ничего не получится с летчиком, нам без оружия самолет не захватить – проговорила Захра.

– Ты это арабу скажи. А мы сделаем то, что сможем. Скорей бы, надоело ждать. Я просто буду убивать пассажиров, если не войду в кабину. Или, в конце концов, подожгу что-нибудь – кресло, одежду на трупах, но я выполню данную мной Аллаху клятву.

– Давай разведемся, – вздохнул Павел. – Мне все это надоело, к тому же на тебе собирается, как я слышал, жениться Антон.

– Детей суд отдаст мне, – уверенно заявила Антонина.

– Надеюсь, суд вынесет справедливое решение. – Сказав это, Павел быстро вошел в подъезд.

– Я все равно не отдам тебе детей! – закричала она.

– Значит, желаете получить деньги сразу? – вкрадчиво осведомился Шарафутдин.

Антон и Мамалюк переглянулись.

– Знаешь, – решился Антон, – мы боимся, что все сделаем и ничего не получим.

– Слушайте меня внимательно, – процедил чеченец. – Мы можем заставить вас сделать все, что нужно. Или сгниете в тюрьме. Сами понимаете, материалов у суда будет больше чем достаточно. Но вам обещают деньги, и вы их получите. Лично я вас просто убил бы. Однако решаю не я. Хотите – идите в милицию. Точнее, с вашим делом нужно в ФСБ, – усмехнулся он. – Но от пожизненного вас ничто не спасет. В общем, так. Вы забираете детей, что говорить их отцу, вам объяснят, и сразу получаете деньги и билеты. Все, другого варианта нет.

– А когда это начнется? – несмело спросил Мамалюк.

– Узнаете. И не вздумайте скрываться. Не появитесь хоть раз, вас будет искать ФСБ.

Он, не прощаясь, сел в машину. Мамалюк и Выключатель одновременно вздохнули.

– Пошли бухнем, – грустно предложил Антон.

Чечня

– Собака! – процедил Хабиб. – Мало того что сдался сам, так еще и указал гяурам тайник с оружием. Из-за этой собаки арестованы трое наших людей в городе. Покарает его тень великого Ваххаба!

– Мы найдем и убьем собаку, – произнес Сулейман.

– Когда начнете минную войну на рельсах? – спросил его араб.

– Первый удар будет нанесен в Ставрополье, – ответил чеченец.

– Так, – кивнул Хабиб. – Нужен акт в Грозном. Там сдают новые дома вернувшимся беженцам. Они бежали от нас, и Аллах должен покарать их. Предателям нет места в Ичкерии, пока жив хоть один последователь великого Ваххаба. В подъезде дома или около него среди людей должна взорвать себя шахидка. Сегодня же.

– Одна уже отправлена туда, – сказал, входя, Абу Бакар. – Учитель сказал, что за пределы Ичкерии ее отправлять нельзя, а здесь она сработает.

– Давайте продумаем удар в Ингушетии, – предложил Басаев, – чтобы держать всех в постоянном напряжении. Надо найти место, где еще не установлены блокирующие проезд машин средства, и ударить. Желательно по военному объекту.

Молодая чеченка в надвинутом на глаза платке медленно шла по тротуару.

– Видать, из села, – провожая ее взглядом, сказал сидевший на бэтээре солдат. – В городах-то они более-менее смелые стали, – улыбнулся он. – Некоторые даже заигрывают.

– Вот такие и заиграют, – усмехнулся прапорщик, – до смерти. Замкнет провода, и отдашь Богу душу.

– Да их сразу видно, – уверенно проговорил старший сержант. – Глаза в склепку, не видит ничего и идет как лунатик. Под гипнозом они.

– Чушь это собачья, – отмахнулся прапорщик, – про гипноз. Сам подумай, разве загипнотизированная до Москвы доедет? Место найдет? Я, например, уверен: что-то страшное у этой, с бомбой на поясе, случится, еще ее подзаведут малость, вот и готова шахидка. Мать их, – сплюнул он, – раньше о таких и не слышали.

– Завтра буду в Москве, – улыбнулся капитан ФСБ. – Соскучился по жене и сыну, – подмигнул он сидящему рядом майору. – И по спокойной жизни. Правда, где она сейчас действительно спокойная, один Бог, наверное, знает.

– В гробу, – усмехнулся майор.

– А на кладбище, – пропел капитан, – все спокойненько, абсолютная благодать!.. – Тряхнув головой, посмотрел в окно. Нахмурился. – Стой! – крикнул он.

Водитель резко затормозил. Капитан выскочил из машины и бросился к медленно идущей по асфальту женщине. Майор побежал следом. Водитель подхватил автомат.

– Ускаева! – крикнул капитан. – Стой!

Чеченка резко повернулась. От дома к ней подходили две женщины. Обе держали за руки детей, мальчика и девочку.

– Ложись! – заорал капитан и в стремительном прыжке достал Ускаеву, сбил ее на асфальт. Раздался взрыв. Женщины прикрыли собой детей. Накрывшего шахидку капитана с развороченным животом и пробитой грудью отбросило в сторону. Взрыв разорвал шахидку пополам.

– Фомин! – Майор подбежал к капитану.

– Седа Ускаева, – прерывисто проговорил капитан. – Изнасилование в… – Хрипло икнув, он замолчал.

Водитель подбежал к женщинам и осторожно дотронулся до одной из них.

– Что с вами?

– Врача! – кричал майор. – Быстро! Фомин… – Он вздохнул.

– Отойдите, – к нему подбежала чеченка, – я врач. Отойдите! – Она с силой оттеснила майора.

– Разойтись! – направив ствол автомата на окружавших место взрыва людей, прокричал старший сержант. – Моя б воля, я бы вас всех…