Пиранья. Война олигархов - Александр Бушков

– Да-да, весь этот балаган – захват, чеченцы, корабли –все это было затеяно исключительно ради того, чтобы под шумок отправить кпраотцам господина Малышевского. Чем тебе не угодил Александр Олегович – это,надеюсь, подробного объяснения не требует. Его, Александра Олеговича, неуемноежелание подмять под себя весь промышленный восток Украины противоречило твоимпланам по Запорожью.

– Эка невидаль! – буркнул Кривицкий. – Датаких столкновений у каждого из нас по дюжине на дню…

– Ну, слушай, зачем врешь! – Грузин резкоповернулся к Крепышу. – Не надо уж совсем держать нас за лохов! Это жзапорожские и донецкие металлургические гиганты! Шанс дорваться до такого кушавыпадает не чаще, чем один раз за жизнь, а ты мне тут – «по дюжине на дню»!

– И не надо, Гена, говорить, что не по твоим силенкамраспахивать рот на такой пирог, – негромко поддержал Больной. – Что,мол, даже поддержки нашего Бориса Абрамовича будет недостаточно. Конечно, будетнедостаточно… Но ведь ты на его поддержку и не рассчитывал. Ты рассчитывал накого-то другого, да?

– И по-вашему, я способен на такое? – усмехнулсяКривицкий. – Благодарю. Хотя, скажу по секрету, претендовать назаглатывание таких кусков могут только мегахолдинги транснационального размаха…

– Вот именно, – довольно кивнулМалышевский. – Вобрать в себя эти лакомые восточноукраинские куски реальномогут надеяться только две промышленные империи. Восточноукраинскаяпромышленная группа некоего Малышевского, чей фундамент, причем фундаментмощнейший, – это опора на власть. С другой стороны – ведущая в миреметаллургическая мегаимперия Arcelor Mittal под командованием некоего господинаЛакшми Миттала. Насколько тесны твои контакты с Arcelor Mittal и с этим индусомлично, надеюсь, напоминать не надо? Равно как и уточнять, кому под контрольотдадут эти предприятия в случае успеха сделки?

Что-то такое Мазур видел по телевизору, насчет этого Лакшми.Типа, российская «Северсталь» хотела объединиться с каким-то Arcelor'ом, нохитрый Миттал всех переиграл и сам объединился, превратив просто Arcelor вArcelor Mittal. А чуть погодя наши, в смысле российские, вроде быдоговаривались с криворожскими металлургическими концернами насчет объединения– но тут снова вылез Лакшми и, опять же, объединился сам…

Короче, богатые тоже плачут, правильно Малышевский говорил…

Александр Олегович помолчал, вертя в пальцах бокал, потомоглянулся на Мазура и Стробача:

– А вы что там стоите, как неродные? Марш за стол. Вконце концов, вы в этой истории далеко не последние фигуры…

Мазур с Тимошем незаметно переглянулись, Тимош едва заметнопожал плечами: простых исполнителей приглашают к барской трапезе? Эх, чеготолько не придет в голову царькам… Однако ж возражать они не стали, селискромненько в уголке, – если только можно найти угол за круглым столом.Больной молча разлил остатки вина, убрал бутылку под стол, откуда-то вытащилследующую, придирчиво изучил этикетку, а потом неторопливо ввинтил в пробкуштопор.

– Готово, – показался Каха Георгиевич,непостижимым образом поднося сразу шесть тарелок с шашлыками – по три в каждойруке. – Кушать подано. А я пока за зеленью и сыром схожу, да?

– Приборы не забудь, – напомнил Малышевский…

А Мазур изо всех сил старался сохранить невозмутимоевыражение лица. Ну подумаешь, скромный адмирал в отставке где-то под Черкассамиучаствует в тайном судилище, устроенном самыми влиятельными людьми почти чтоодной шестой части суши над своим же соратником, а попутно кушает шашлычок,приготовленный рукой олигарха, и запивает коллекционным вином…

Запах от мяса шел – словами не передать, а приступить ктрапезе первым воспитание не позволяет, неудобно. Мазур снова взглянул наСтробача. Судя по всему, такой поворот событий для друзяки тоже стал сюрпризом…

– Это и есть твои доказательства? – резкоповернулся к Малышевскому Крепыш. Все-таки отхлебнул вина – видать, во ртупересохло, – и сказал размеренно и веско: – Сама мысль о том, что я наслалтеррористов, глупа и никчемна. Доказательства же еще глупее и никчемнее.Неужели вы всерьез готовы утверждать, что во взаимоотношениях промышленныхгигантов что-то может решить устранение одного-единственного человека?

– В том-то и дело! – чуть ли не радостновоскликнул Малышевский. – Это иностранцу покажется странным, что судьбаподобной сделки может зависеть от кого-то одного. Но ты-то прекрасно знаешь,как у нас, то бишь в России и на Украине – особенно в Украине – все этоработает. Слишком много завязано бывает на одного человека, особенно если этотчеловек долгие годы старательно все замыкает на себе, стремится править своейимперией единолично. Поэтому когда подобный человек выбывает, враз в егонаследие впивается жадными зубками стая дожидавшихся такого случая молодыхволков и империю раздергивают на части… Даже если и не вопьются так сразу и такжадно, то в любом случае о каком-либо росте придется забыть надолго, задачабудет – удержать то, что еще можно удержать.

К мясу до сих пор никто не притрагивается, а слюнки-то –текут!

– Красиво говоришь, Сан-Олегыч, – сказалКривицкий. – Прямо по писаному. Тебе бы книжки писать, – хмыкнулКривицкий. – Воображение бурлит. Ну-ну, мисс Марпл, можете фантазироватьдальше.

– Фантазии, говоришь? Плоды этих фантазий болтались покораблику с автоматами наперевес и тыкали в нас стволами. А ну как палец укого-нибудь из этих фантазий дернулся бы на курке?

– Да я ведь был вместе с вами! – вдруг повысилголос Кривицкий. – В меня стреляли!

И вдруг куда-то пропало спокойствие Малышевского, теперь измилейшего мсье Пуаро он превратился в готовящегося к броску тигра.

– Конечно же, ты, сволочь такая, рисковал вместе снами, – сквозь зубы сказал он. – Ведь кроме чеченских отморозков, тыеще и курдов с албанцами впутал, которые отморозки и вовсе безбашенные, –так что душевная у тебя собралась компания… Не понимаю пока, зачем тебепонадобился этот международный смотр самодеятельности – чеченцы, курды иалбанцы. Ведь самодеятельность же полная! Каждый из них сам по себе деятель! Укого-то вполне могло перемкнуть в башке, он полоснул бы очередью и по тебе. А япомню, как ты сидел вместе с нами, изображал заложника, испуганно втягивалголову в плечи, и спрашивал: «Что же, что же будет». Потому в тебя и стрелялХадашев – подумал, что ты его обманул, подставил…

– Разве я без дела сидел? – с натянутой улыбкойспросил Кривицкий.

Мазур заметил капли пота у него на висках. Держался онхорошо, но все-таки, все-таки… Невиновный человек, даже если он и олигарх, нообвиненный в том, чего не совершал, – так бы себя не вел…