Стервятник - Александр Бушков

Родион лишний раз убедился, что история человечествасводится к неустанной борьбе меж теми, кто выдумывает законы и правила, и теми,кто стремится эти законы обходить. Причем вторые с начала времен имелипреимущество.

Билеты на поезд они с Соней раздобыли без всякогопредъявления паспортов. То есть анкетные данные, конечно, там значились, но неимевшие ничего общего с реальными. А сличения билетов с паспортами удалосьизбежать предельно просто. И задешево, если сравнить с тем, что новоявленныегангстеры уже натащили в свои закрома…

Потом они доплатили еще – за то, чтобы в их купе никогобольше не втискивали. Проводница, ничуть не удивившись, деньги взяла безцеремоний, окинула их цинично-понимающим взглядом и заключила:

– Ладно, хоть не педики, а то ехали тут двое…

И удалилась, пробурчав что-то насчет чая. Родион задвинулдверь, сунул в ящик фальшивый багаж – приличный на вид чемодан, содержавшийпарочку кирпичей в куче газет.

– Порядок, – сказала Соня, раскинувшись напостели. – Я видела, как он садился. Один. Охраны что-то незаметно.

Родион запер дверь, приоткрыл окно, и оба безмятежнозадымили. Вечерело. Бело-лиловые фонари вдоль перрона засияли резче. Динамикзахрипел что-то насчет того, чтобы провожающие не забыли у себя бумажникиотъезжающих. Фирменный поезд «Шантара» готовился к четырехдневному странствиючерез всю страну – до белокаменной-первопрестольной.

Родион не без удовольствия поиграл с изящным электро-шокеромс соответствующим названием «Скорпион». При каждом нажатии клавиши исправнопроскакивала синеватая молния, жутковато потрескивающая.

Соня отодвинулась:

– Держи подальше…

Родион из озорства ткнул в ее сторону жуткой игрушкой, снявпалец с клавиши. Боевая подруга, отчаянно взвизгнув, шарахнулась в угол межстенкой и столиком. Поезд дернулся, под ногами залязгало.

– Поехали… – сказал он облегченно. Спрятал шокер и опустилокно еще ниже. – Вполне может быть, что поедем строго по расписанию, такоеи сегодня с поездами случается… Сколько там у нас?

Соня вытащила бумажку, заглянула в нее:

– Если по расписанию – час пятьдесят пять. Потом,естественно, Аннинск. Знаешь, я уже в Аннинске как-то успела освоиться…

– Приятный городишко, – кивнул он задумчиво.

Предстоящая операция была, пожалуй, самой сложной из всего,что они уже свершили или готовились свершить. Вообще-то, она была последней всписке – жадность фраера губит, не стоит увлекаться, – и у Родионаосталось стойкое впечатление, что судьба-индейка под занавес решила подбросить имсамую головоломную задачку. Чтоб служба медом не казалась…

Чисто технически все выглядело незамысловато. В один вагонсел индивидуум, отягощенный сумкой с деньгами, в другой – двое, задумавшие наэти денежки наложить лапу. Перед самым Аннинском их тропки должны былипересечься – после чего, по расчетам, гангстерам предстояло сойти в Аннинске,сесть в оставленный на стоянке «Форд» и вернуться в Шантарск. А курьеру,соответственно, продолжать путь на запад в упакованном виде, исключающем всякуювозможность подать голос или привлечь к себе внимание иными способами.

Это в теории. А на практике возможны варианты. Скажем, вкупе-СВ, где обитает дичь, может оказаться сосед – хотя курьер, несомненно,поступил по их примеру и «зарядил» проводницу, поганые случайности обожаютвыскакивать словно из-под земли. Или в одном вагоне с ним все же разместилсябдящий телохранитель. Или кто-то по закону подлости перепутает двери, вломитсяв самый разгар трудов неправедных по упаковке курьера…

Соня извлекла из сумки розовый халатик, держа на вытянутыхруках, обозрела. Подняла глаза на Родиона.

– Шарман, – кивнул он. – Не зря такие денежкиотвалили. Тут у любого пуговицы с брюк полетят… Э нет, ты такие позы непринимай, а то отвлечемся не по делу…

– Я тренируюсь.

– Успеешь еще потренироваться…

– Волнуешься?

– Ага, – сказал он. – В таких условиях мы еще неработали. Вообще-то, грубо прикидывая, вожделенные сто тысяч зеленых у нас ужеесть, даже чуть побольше…

– Но ведь нельзя упускать такого фазана?

– Нельзя, – согласился он. – Ну, пойду наразведку…

Вышел из купе, свернул направо, в сторону вагона СВ.

Можно было купить билеты и туда, но лучше не светиться довремени. Впервые им приходилось ожидать начала акции на людях, при ярком свете,при уйме свидетелей, способных впоследствии что-то запомнить и дать показания.Очередной парик, правда, сделал Соню брюнеткой, а он использовал остаткиИрининого подарка. Было что-то символическое в том, что краски, вкладышей иаэрозоля-перчаток осталось на один-единственный раз, последний, – но всеравно, черт бы побрал милицию с их фотороботами и чем-то еще, неизвестным…

Открыл дверь и не спеша двинулся по красной дорожке, ленивозаглядывая в распахнутые двери купе…

Он все-таки стал настоящим гангстером – не запаниковал, несбился с шага, добрался до вагона-ресторана, купил там совершенно ненужную имбутылку якобы молдавского коньяка. Обратно шел гораздо быстрее – но человек,спешащий куда-то с неоткупоренной бутылкой, вызывает у окружающих неподозрения, а полное понимание, а то и зависть…