Правосудие Бешеного - Виктор Доценко

"Эти точно за меня будут, - подумал Савелий, - а вот тех троих переламывать придется..."

Он мельком глянул на конец стола, где угрюмой компанией компактно сидели трое дородных мужчин кавказского типа.

- Долго я ваше внимание занимать не стану, - сказал Савелий, - хочу только перед своей речью предупредить, что лично я во всех ваших делах участия никакого не принимаю, доходов от этого не имею, и вообще, можно сказать, я довольно случайно оказался в курсе всех дел. Так уж случилось, что я коротко сошелся с Амираном-Мартали, он помог мне в одном, личного плана, деле, и я хочу в память об этом человеке помочь всем вам.

- Ты, парень, лапшу-то нам на уши не вешай! - сказал один из сидящих рядом с Витей Камским.

- Жора Свердловский, "Вор в законе", с Урала, никому не верит, даже себе... - быстро и очень тихим шепотом охарактеризовал его Ростовский, едва шевеля губами, но Савелий услышал каждое слово.

- Я лично уверен: должен у тебя какой-никакой, а резон быть! - продолжил Жора Свердловский.

- Ну, если хотите, могу назвать важную для меня причину: стремлюсь вывести на чистую воду одну гниду, которая, убежден, причастна к гибели Амирана-Мартали. Назовите это местью или еще как-нибудь, но других выгод у меня нет. Хотите верьте, хотите проверьте.

- Правэрым, абызатэлно правэрым! - подал свой голос один из кавказцев.

- Кочумай, Доля! - грубовато прервал его грузин, чьи глаза недобро сверкнули.

- Гоча-Курды... - услышал Савелий шепот Ростовского.

- Ты правда знаешь, кто убил Амирана-Мартали? - глядя исподлобья, тихо спросил Гоча-Курды.

- Исполнителя - не знаю, а о заказчике догадываюсь!

- Дагадываться - нэ знат! - вставил тот, кого Гоча-Курды назвал Долей.

- Погоди, Доля! Не будем волну гнать! - примирительно заметил Витя Камский. - Сперва выслушаем человека, а потом уж можно и решать! - Он повернулся к Савелию. - Ну, давай, Бешеный, выкладывай, с чем пришел.

Амиран-Мартали был его любимчиком, и Витя Камский тоже, как Савелий и Гоча-Курды, жаждал отомстить виновным в его гибели.

- Сначала я считаю своим долгом вам рассказать о том, каков всем вам известный Нугзар Джанашвили на самом деле. Так вышло, что мне попали на сохранение важные документы, в которых Нугзар фигурирует не в самом выигрышном для себя свете...

Дальше Бешеный минут пятнадцать рассказывал криминальным лидерам о многочисленных делах Нугзара: о его доходах, планах, которые совершенно не вязались с воровскими "понятиями", о том, как Джанашвили, прикрываясь их авторитетом, на самом деле старается свести под корень старых "законников", тем самым укрепляя свое положение. Поведал он собранию и о своих догадках по поводу смерти Амирана-Мартали. Конечно, приказ исполнителям исходил от тайного Ордена, но и Велихов, и Джанашвили помогали этому Ордену уничтожить Амирана-Мартали. И поэтому - пускай косвенно - лысого Нугзара тоже следовало назвать в числе убийц "Вора в законе" Амирана-Мартали.

Затем Савелий попытался убедить сходку в том, что Нугзар скрывает от них свои настоящие доходы, что он давно перешел на другой уровень преступлений и скоро станет недосягаемым совсем даже для криминальных лидеров...

- Короче, Джанашвили загребал жар вашими руками, - сказал напоследок Савелий, - поднялся по вашим спинам и теперь потирает довольно руки, а вы, все время прикрывавшие его, остались на бобах. Те жалкие крохи, которые Нугзар вам отстегивает на общак, для него что работяге купить стакан семечек на базаре. Если вам угодно и дальше оставаться в авторитете и контролировать ситуацию, вам надо всерьез подумать о том, как поступить с Джанашвили. Его нужно остановить, и как можно скорее, а это можете сделать только вы, я уверен в этом. Иначе я бы к вам не пришел. Это все, что я хотел сказать.

- Красыво ты тут нам плол, савсэм как пракурор! - не унимался все тот же Доля. - Ростовский, ты каго к нам прывол? Это же мэнтовскый кадр!

- Я на ментов никогда не работал, - твердо сказал Савелий, - а если бы и работал, то не все ли вам равно, кто вам глаза на правду откроет?

- У нас ментам веры нет, парень! - подал голос еще один авторитет.

- Васька-Леший, из Питера, "В законе"... - заметил тихо Ростовский.

- Если бы мы и сами не знали почти все то, о чем ты тут нам сейчас говорил, - продолжил питерский, - ты бы заглох на второй минуте своего базара. А так вроде все сходится. Как, я прав, не так ли, граждане воры?

- Ты прав, Леший, мы и сами много о чем догадывались, - сказал Киса, - я, еще когда он решил во власть рвануть, говорил вам: ссучится лысый Джан, забьет на нас, и на "понятия" наши воровские... А Бешеный правду нам сказал, не постеснялся: скоро мы все у него в шестерках бегать будем. Эта лысая тварь поднимется на наших костях, а потом нашлет ментовку и нас поодиночке всех замочат. А потому прав Бешеный: нам нужно поторопиться осадить его, пока он совсем не зарвался! Потом поздно будет.

- Что, Сэмэн, мало он тэбэ падарков дэлал? - ехидно усмехнулся Доля. Нугзар дэло дэлаэт, нэ нада эму мэшат! Я так думаю! Он о сэбэ нэ забываэт и о тэбэ нэ забудэт, нэ валнавайся! А у парня, эслы он нэ мэнт, на Нугзара зуб ымээтся ыз-за Амырана-Марталы, вот он на нэго бочку ы катыт. Развэ это по "понятыам"?

- А по "понятиям" кореша своего за колючку вместо себя совать? - вскинулся Витя Камский. - По "понятиям" тоннами рыжье за границей иметь, а в собственной стране работяг без куска хлеба оставлять? С такими, как Нуга, нам всем скоро за кордон перебираться придется, в России воровать нечего будет, все чинуши под себя утащили!

За столом разгорелся жаркий спор. Савелий молча сидел и следил за происходящим. Кроме троих кавказцев в защиту Джанашвили высказывался еще один авторитет - молодой, по-модному одетый парень, которого все называли Конем. Все остальные были явно настроены против Нугзара.

Савелий был удивлен тем, что Гоча-Курды, дядя Амирана-Мартали, сидел молча и угрюмо слушал, что говорят другие. Но вдруг, словно ему передалась эта мысль Бешеного, громко спросил:

- Слушай, Доля, неужели ты готов за сраную "капусту" забыть, что лысый Нуга замешан в гибели "Вора в законе"?

Обвинение было недвусмысленным, и Доля обязан был среагировать, но он был от рождения трусоват, и потому его хватило только на то, чтобы посеять сомнения у жуликов.

- Это эщо нужно доказат! - нервно ответил он.

- Что скажешь, Бешеный? - повернулся к нему Витя Камский.

- Дорогой, - обратился Савелий к дяде Амирана-Мартали, - не ты ли Гоча-Курды? - спросил он.

- Да, откуда знаешь? - Гоча-Курды был несколько удивлен.

- Амиран-Мартали много хорошего рассказывал о тебе и описал так красочно и точно, что мне не составило труда сразу узнать тебя, дорогой Гоча-Курды. Твой племянник рассказывал, как погибли его жена и дочка?