Выжить. Вернуться. Отмстить - Александр Тамоников

Выбрав более-менее подходящую площадку, «Ми-8» благополучно приземлился. На землю выпрыгнули майор Гарин, капитаны Шепель и Ким, разбежавшись в стороны и взяв место площадки вертолета под охрану. Борт покинули и Тимохин с Макаровым. Не успел командир боевой группы «Орион» ступить на каменистый грунт, как его станция издала сигнал вызова.

— Орион на связи!

Услышал голос Крымова:

— Саня, у нас еще одна новость.

— Очередная банда объявилась?

— Нет! Хотя этого, думаю, здесь ждать особо не приходится. Новость другая. Во время конвоирования Моллаева в полк особого назначения твой Вахид попытался бежать! В результате бойцы конвоя вынуждены были открыть огонь на поражение.

— Еще одного свидетеля потеряли!

— Это так! Но теперь нет свидетелей деятельности Макарова против Коршуна с подельниками.

— Что радует. У тебя все?

— Ты долго будешь находиться в Кандаре?

— Не знаю, а что?

— Да не мешало бы уже сегодня слинять домой, как думаешь? Тем более и борт в Ростове стоит под парами.

Тимохин согласился:

— Я понял тебя, постараюсь закончить работу в Кандаре как можно быстрее!

— Давай! Если что, вызывай!

— Обязательно! До связи, Крым!

— До связи и до встречи!

Офицеры группы разошлись по аулу.

Тимохин указал на двухэтажный дом:

— Это и был штаб Гурадзе?

— Да! И там тайник с важными документами. Но это ерунда, бумаги найдем, а вот где солдаты? Ведь Череп сказал, что они будут здесь. А он слово всегда держал.

И почти тут же от развалин раздались взволнованные голоса:

— Товарищ капитан, мы здесь, товарищ капитан!

Макаров обернулся.

К нему, перепрыгивая через валуны и завалы, бежали ефрейтор Володин и рядовой Булатов.

Они подбежали к командиру:

— Вы живы! Значит, Гурадзе сдержал слово.

— Какое слово?

— Он позавчера спустился к нам в подвал. Сказал, что скоро мы будем свободны. Булатов спросил, а что с вами? Главарь сказал, что и вы в плену и что вас он тоже отпустит.

Володин кивнул на Булатова:

— Генка еще сдуру спросил: почему вы отпускаете нас? А этот грузин рассмеялся — а что, говорит, лучше расстрелять? Ну мы, понятно, ответили: нет, не лучше. Он, Гурадзе, спрашивает: готовы перейти на службу к нему в отряд? Генка ответил — против своих воевать не будем, я тоже сказал, уж лучше пусть валит. Тогда грузин подошел вплотную и проговорил: «Послушайте меня и запомните. Вернетесь на гражданку — никогда больше не берите в руки оружия. Никогда!» И ушел! Сутки прошли, а тут вдруг наш офицер.

К группе подошел Шепель:

— Нашел этих ребят в подвале развалин.

Тимохин кивнул и обратился к солдатам:

— Ваш плен закончен, скоро вернетесь в Часть. К счастью, нам удалось освободить и вашего командира, капитана Макарова. Во многом благодаря ему Гурадзе не тронул вас!

Затем подполковник обратился к капитану:

— Давай-ка бойцов на борт и накорми их как следует, да сообщи в полк об их освобождении.

— Есть!

Шепель повернулся к бойцам:

— Пошли, спецназ!

Тимохин повернулся к Макарову:

— А теперь в дом, искать тайник!

Поиски в бывшем штабе группировки Гурадзе — Чавадзе не затянулись. Череп достаточно подробно объяснил, где следует искать тайник, и уже через двадцать минут в руках Тимохина оказался портфель с кучей бумаг внутри. Подполковник взял верхний лист, прочитал. Протянул Макарову:

— Фиктивный приказ несуществующему агенту ликвидировать мэра Новоильинска, командира полка и начальника штаба. Твое подготовленное Гурадзе алиби! Хотя вчера я вновь узнавал через своего начальника, как проходит следствие. И ответ таков — видимо, Моллаев работал один. На тебя у милиции и ФСБ ничего нет. Да еще сообщение, которое поступит в полк сейчас об освобождении в Кандаре трех пленных, в том числе и твоей персоны. Так что, Дима, если не явишься в милицию с повинной, им на тебя не выйти.

— Мне больше делать нечего, как идти с повинной. Я не считаю себя виноватым. В смысле, не считаю, что поступил не по справедливости. Да — не по закону, но по справедливости. Предателям, готовым за деньги мать родную продать, не место среди нормальных людей. И если их не могут или не хотят сажать, то, значит, надо уничтожать!

Тимохин спросил:

— Что думаешь делать дальше?

— Сейчас у меня одно желание.

Подполковник улыбнулся:

— Догадываюсь, какое, но свою Галю ты увидишь совсем скоро, а дальше? Продолжишь служить?

— Нет! Уволюсь, заберу Галину, и домой в Рязань. А почему вы задали подобный вопрос?

— Так, из простого интереса. Подумал, может, к нам пошел бы? Такие, как ты, нам нужны!

— Спасибо за предложение.

— Нет, я не настаиваю, но вряд ли ты сможешь адаптироваться на гражданке, я вот в свое время не смог. Возьми на всякий случай мой номер телефона, глядишь, пригодится. А нет, выбросишь.

Макаров взял визитку, где был лишь номер.

Гарин доложил, что Кандар «чист» от боевиков, но в подвалах развалин полно оружия, взрывчатки, боеприпасов.

Тимохин приказал подготовить бандитские схроны к подрыву. Гарин с Кимом удалились.

Вертолет поднялся над Кандаром в 16.00. Взял курс на Кунгас. А через пять минут бывший аул сотряс мощный взрыв. Склады вооружения бандитов перестали существовать.

В 16.42 вертолет приземлился на плацу. Группу «Орион» встретили Потапов, Крымов и исполняющий обязанности командира части, которому передали пленных солдат. Макарова познакомили с заместителем руководителя спецслужбы полковником Потаповым, который также поинтересовался, чем в дальнейшем собирается заняться офицер.

Капитан ответил, что главное для него сейчас — это узнать, состоялась ли операция дочери, и если да, то каковы ее результаты.

Потапов сказал:

— Мы отслеживали лечение вашей дочери. Операция прошла успешно, семья сможет вернуться в Россию в конце августа. Да, и еще, неизвестный спонсор оплатил и дальнейшее наблюдение за состоянием девочки медперсоналом клиники.

Макаров проговорил:

— Это Гурадзе. Интересно, где он сейчас?

Полковник ответил:

— Далеко, капитан!

— А его люди?

— Они к границе не выходили. И никак не проявляли себя. Ушли в горы и все. Но вряд ли теперь подчиненные Гурадзе представляют для нас какую-либо опасность.