Святых не кусают - Berkyt21

- Явете… Чудо? - Передёрнуло Пса.

Перед глазами возникла картина правды о грузе, его содержимом. Нахлынуло отвращение и злость - какое же чудо ему собираются показать, сотворить с…

Священник же воспринял выражение лица курьера по-своему, одухотворённо вскинув засиявший посох:

- Незабвенное истинное чудо! Невозможную победу над вечным врагом!

Испепелившая тройку пустых вспышка Света ещё несколько долгих мгновений грела возвышенного жреца, но наконец его полубезумное выражение лица спало и со вздохом он продолжил маршрут.

А Красный Пёс направился следом. Такой же тихий и отдалённый от происходящего. Внешне. Но внутри уже полыхал огонь чувств. Преимущественно глубокого чёрного цвета.

…

- Дошли. К сожалению, пусть мы и ждали вас столько времени, сегодня не лучший день для первого впечатления о будущей столице мира. Надеюсь, вся эта кровь и пожарище не омрачат вашей памяти накануне столь знаменательного события - как очевидцу предстоящего, вам ещё отвечать на многочисленные интервью, и не хотелось бы неправильного впечатления у сторонних читателей…

- Ничего особенного. Я уже видел… Смерти.

И всё же ком подкатил к горлу курьера, стоило осмотреться внимательнее. Вокруг форта, к которому они подошли, произошла настоящая бойня. И пусть уставшие выжившие разбирали её не первый час - оставалось достаточно тел как зверья, так и людей, не говоря уже о сразу нескольких кучах металлолома, в силуэтах которых можно было узнать бывшие БТР-ы, ещё недавно хранивших бойцов.

Действительно - то ещё зрелище.

- Вот и прекрасно. Спустя каких-то жалких пару лет никто и подумать не смеет, что когда-то на площади первохрама царило подобное непотребство. Ну да пойдём, курьер. До конца твоего долгого пути осталось совсем немного…

Пройдя сквозь ворота, Епископ и Пёс оказались во внутреннем дворе, по факту в большой бетонной коробки с парой приземлённых зданий. И здесь тоже хватало следов бойни - впитавшаяся в землю и бетонные плиты кровь, следы от пуль и костей. Но уже ни единого тела. И вообще никого. Только эти двое, да странная махина по центру двора. К ней священник, преисполнившись одухотворенного, и направился.

- Сияй. - Коротко поклонился он конструкции. И, наконец, потребовал того, чего Пёс ожидал ещё с первых секунд их встречи. - Груз, курьер.

С задумчивым кивком он послушно достал коробку. Бросил долгий взгляд на улыбающегося жреца. И отдал ему требуемое.

Епископ к чему-то прислушался. И, расцветя улыбкой, тихо выдохнул, с любовью погладив груз. Только тогда курьер спросил, отходя на шаг:

- Так, что вы собираетесь делать с ребёнком?

- Всё же вскрыл посылку. - Усмехнулся священник. - Впрочем, уже неважно. Да и было бы удивительно иное, после всего пережитого тобой-то, хотя бы в горячке боя поймав шальную пулю, или же из любопытства к причине подобного риска своей драгоценной жизнью. Неважно. Дите у алтаря - и это главное.

- Повторюсь - зачем? - Насупился доставщик, не услышав ответа.

Епископ отложил ящик за спину, перехватив посох двумя руками. Отстранил взгляд к высокому.

- Тебе ли не знать, курьер, что наши предки совершили величайшую за историю мира ошибку, призвав Тьму? Она появилась громко, подобно взрыву, разрушив много жизней и старый уклад. А затем неподобающе скромно застыла в своих свершениях, будто впав в долгий сон. Лишь изредка облака смертельных чернил сдвигаются с насиженных мест. И с годами это происходит чаще.

- Я слышал обратное. - Нахмурился доставщик, вспоминая, как даже его за время одной-единственной, пусть и затянувшейся доставки успела затронуть трагедия с переместившейся чертой. Впервые за всю его карьеру.

- Будто кто-то рискнёт плодить панику независимым исследованием - нужные архивы далеко вне доступа простых граждан. Ещё бы - ведь даже города, последние оплоты человечества - и те в опасности, несмотря на ограды из лайтов, храмы и священников. Кто в таком случаи поверит церкви ещё раз?

- Так дело в деньгах…

- В последователях! В попустительстве продажных и ленивых мэров, недооценивающих грязных еретиков, что смеют восхвалять опустившуюся на наши головы беду, следовать ей! - Распалился Епископ, стукнув посохом. Смахнув упавшую на глаза челку, сказал уже спокойнее: - Но и в деньгах, конечно. Во власти, влиянии. Пригодны все средства, чтобы привести человечество на путь истинный.

- Как фанатично. - Усмехнулся курьер. Своё решение он уже принял. Теперь окончательно. - И всё же - зачем ребёнок?

- Не ребёнок - агнец, посланный самим Светом! Первый из многих, но неповторимый! Святое дитя грешного эксперимента, единственного, что дозволил патриарх. Всё зло, всю въевшуюся в человеческую плоть Тьму забрала на себя мать. Свет же влился в ребёнка, стал его вторым именем и сутью. Настоящий ангел, а не дитя…

- Отвратительно.

- Именно! - Возмущённо потряс посохом священник. - Человеку не дозволено вставать на одну ступеньку со Светом, даже как его помощник, верная рука и проводник воли. Мы ниже этого, недостойны. Уж точно не какой-то там младенец. - С отвращением, перебивающим всю прошлую любовь, взглянул на ящик Епископ. А курьер наконец понял.

Безумец. Это служитель Света просто безумец, как и все они в своей пастве. А ещё гордец, завидующий, что вся эта невиданная сила и великая миссия достались не ему, отдавшему служению годы жизни, а какому-то ребёнку.

И им он должен был доставить груз?

Неожиданно стало просто и легко, словно с плеч спал тяжелый груз. На лицо сама собой наползла улыбка, с плеч словно свалилась гора.

Пёс позволил себе лишь коротко хмыкнуть. Чтобы заставить Епископа в недоумении нахмуриться, хватило и этого:

- Что смешного?

- Не обращайте внимания. - С улыбкой отмахнулся курьер. С усилием задавил её. - И что с грешным ребёнком станет? А главное - ради чего?

- Священный сосуд ляжет в основу алтаря, на постоянной основе отгоняющем любые проявления Тьмы. Первый испытательный объект, за которым последуют многие другие по территории всего округа, и что позволит проникнуть в погруженные во мрак глубины данной