Мертвая тишина - Анна Денисова

— Когда вы уходите? — спросил Максим, протирая платком вспотевший лоб. Его рубашка прилипла к спине, но он не обращал на это внимания — разговор был важнее.

— Завтра, на рассвете, — ответил Дмитрий, хмуро глядя вдаль, туда, где лес смыкался с горизонтом. В его глазах читалась тяжесть невысказанных мыслей.

— Понятно… Так, у нас тогда задача — найти продукты. Попутно искать подходящее место для постоянного проживания, — Максим провёл рукой по коротким волосам, собираясь с мыслями. — Надо составить список необходимого: крупы, консервы, соль, спички, мыло…

— Постарайтесь найти аптеку, — добавил Денис, перекладывая рацию из одной руки в другую. — Пока нам везёт — никто не заболел и не поранился. Но везение когда‑нибудь закончится.

Максим кивнул:

— Конечно, это обязательно.

Он обвёл взглядом собравшихся, задержавшись на Викторе:

— Николай Иванович и Виктор… — замялся, подбирая слова.

Виктор усмехнулся, слегка приподняв седые брови:

— Алексеевич, да можно и не так официально…

Максим пожал плечами, улыбнувшись краешком рта:

— Вы остаётесь здесь. И Егор тоже. Кто‑то должен защитить женщин, в случае чего. Я, Андрей, Сергей и Никита идём на поиски продуктов, лекарств и жилища. Возражений нет?

Все молчали — не из‑за нерешительности, а из‑за понимания: иного выхода нет.

— Отлично. Тогда завтра на рассвете тоже выдвигаемся, — Максим хлопнул в ладони, словно запечатывая решение. — Только надо будет искать транспорт…

— Не надо, поедете на скорой, — сказал Дмитрий, глядя прямо на Максима.

— А вы? — удивлённо вскинулся Максим, приподняв брови.

— Мы пойдём пешком. По пути найдём что‑нибудь неприметное, — ответил Дмитрий.

— Хорошо, — Максим кивнул, сжимая ладони в кулаки. — Решено.

— Рации мы берём с собой, — добавил Дмитрий, задумчиво глядя на Максима.

— Понял. Когда вас ждать обратно?

Дмитрий покачал головой:

— Этого я тебе не могу сказать… конкретно. Примерно неделю‑две… Если через две недели не вернёмся… Уходите. Ищите другое место.

Сергей вскинул взгляд, в его глазах мелькнула тень тревоги:

— Как это? Без вас?

Дмитрий кивнул, не отводя взгляда.

Все снова замолчали, обдумывая только что сказанное. Тишину нарушал лишь стрекот кузнечиков да отдалённый перестук дятла.

— Не грузитесь заранее, — усмехнулся Дмитрий, пытаясь разрядить напряжение. — Всё будет… хорошо.

Он выдохнул, улыбнулся — не широко, но искренне. В этой улыбке было больше, чем просто слова: надежда, уверенность, обещание.

Мужчины переглянулись. Каждый понимал: впереди — неизвестность.

Карина бесцельно бродила по дому. Она уже помогла Светлане с обедом — ловко нарезала овощи, помешала кашу в кастрюле, потом тщательно вымыла посуду, стараясь не оставлять ни единого разво́да. Но сидеть в комнате с Еленой и Аней не хотелось. Несмотря на то, что она была искренне рада за отца, неприязнь к Ане оставалась — тихая, подспудная, будто заноза, которую не удаётся вытащить.

Карина пыталась относиться к ней нейтрально, но пока получалось плохо: каждый раз, когда Аня что‑то говорила, в груди у Карины поднималась волна раздражения.

В общей большой комнате никого не было. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, рисуя на полу причудливые узоры. Карина прошлась вдоль полок с книгами, провела пальцами по корешкам, ощущая их разную текстуру — где‑то гладкую, где‑то шершавую. Читала названия: Дюма, Конан Дойль, Агата Кристи, Достоевский, Толстой, Лермонтов…

«Классика…» — мысленно усмехнулась она.

Вытащила книгу Дюма «Три мушкетёра» — когда‑то читала, ещё до всего этого безумия. Перелистала страницы: запах старой бумаги, слегка выцветшие чернила, пометки на полях, сделанные чужим почерком.

«Перечитать?» — размышляла она, задумчиво водя пальцем по строчкам.

— Тоже не знаешь, чем заняться? — раздался сзади голос Егора.

Карина вздрогнула и резко обернулась.

— Да, скучно… — вздохнула она, захлопывая книгу.

— Мне тоже, — Егор прошёл в комнату, засунув руки в карманы. Его футболка была слегка помята, а волосы растрёпаны, будто он только что проснулся.

Карина пожала плечами, снова открывая книгу и делая вид, что читает. Егор прошёлся вдоль полок, внимательно разглядывая корешки. Она невольно сдвинулась чуть в сторону, давая ему возможность подойти ближе.

Он оглядел полки, потом вдруг замер, глаза загорелись, сделал несколько шагов дальше.

— О, какой раритет! — довольно улыбнулся он. — Жаль, видеокассет нет…

Егор вздохнул, проводя ладонью по пыльной поверхности старого телевизора в углу. Тот был накрыт кружевной тканью. Телевизор выглядел огромным, почти монументальным — с массивным корпусом и горизонтальной прорезью внизу.

— Видеокассеты? — заинтересованно переспросила Карина, подходя ближе. — Это как?

— Ну, да. Раньше же не было… интернета, флешек, дисков. Были видеокассеты и такие вот телевизоры‑двойки. Вот сюда выставляешь кассету и смотришь фильм, — он указал на ту самую горизонтальную прорезь. — Отец увлекался этим. У нас дома целая коллекция была. Он даже сам записывал фильмы…

Его голос звучал тепло, с лёгкой ностальгией. Карина поймала себя на мысли, что никогда не видела Егора таким — не сосредоточенным на выживании, не настороженным, а просто… мечтательным, улыбающимся.

— Я бы посмотрела какой‑нибудь фильм, — мечтательно сказала она со вздохом. — Может, поищем… эти… кассеты?

Егор оглянулся, посмотрел на неё, потом вокруг — на шкафы и полки.

— А давай поищем, — азартно согласился он.

Минут через пять они нашли то, что искали. Кассеты лежали ровными рядами под полками с книгами — в небольших выдвижных ящиках, покрытых тонким слоем пыли. Егор осторожно достал одну, сдул пыль, прочитал название.

— «Один дома»! Смотрела?

Карина кивнула:

— Да, прикольный фильм. Посмотрим?

— Давай, — легко согласился он. — Надеюсь, что телевизор и видеомагнитофон работают.

Он подошёл к телевизору, аккуратно снял кружевную ткань, стряхнул её в сторону. Воткнул шнур в розетку, нажал кнопку и затаил дыхание.

Телевизор тихо щёлкнул, экран засветился тусклым светом, потом постепенно разгорелся ярче. Егор вставил кассету в прорезь — с тихим жужжанием она провалилась внутрь. Через несколько секунд на экране появилось изображение: заиграла знакомая мелодия, а на экране возник маленький Кевин, спорящий с семьёй перед отъездом.

— Здорово, работает! — Карина весело хлопнула в ладоши, и на её лице расцвела искренняя улыбка.

Егор прибавил звук. Они расположились на удобном большом диване — он слегка скрипнул под их весом. Оба устроились поближе к экрану, забыв обо всём