Визит очумелой дамы - Наталья Александрова

Я нажала на кнопку звонка и держала ее очень долго.Хулиганила я от безысходности: страшно не хотелось тащиться куда-то еще стяжелой сумкой. Да и идти-то, откровенно говоря, мне было некуда, эта квартирана Рубинштейна - мой последний шанс. На часах шесть вечера, мобильник мойокончательно разрядился, да к тому же сегодня пятница, так что вряд ли язастану дома кого-то из друзей. Летом мои друзья предпочитают развлекаться не впыльном городе, а на лоне природы. Если не удается срубить капусты на приличныйотдых где-нибудь за границей, то уж на уик-энд-то все точно намыливаютсякуда-нибудь на дачу в отсутствие предков.

Я отняла руку и внимательно прислушалась. За дверью цариламогильная тишина. Я злобно пнула ногой дверь и подхватила сумку. Не сидеть жена вонючей и грязной лестнице! Покурю внизу, в скверике, там хоть солнышкосветит и свежий ветерок...

И вот, когда я отшагала вниз уже два пролета, наверху, нашестом этаже, раздался звук открываемой двери. Мигом я взлетела назад и засталатакую картину: Луша, обернутая в розовое махровое полотенце, удивленно высунулаголову из приоткрытой двери.

- Машка! - обрадовалась она. - А я открываю дверь - никогонету, думала - глючит...

Луша обожает вставлять в свою речь молодежные словечки, онаговорит, что это придает речи живой оттенок.

- Звоню, звоню, - ворчала я, затаскивая сумку в прихожую, -ты чего так долго не открывала?

- В душе была, - оправдывалась Луша, - вода шумит, вродеслышала звонок, да пока полотенце нашла...

Действительно, с нее капала вода прямо на мою сумку, потомучто прихожая в Лушиной квартире не больше стенного шкафа. Она подхватила мокроеполотенце и юркнула в дверь. Кухня у Луши почти такая же крошечная, какприхожая, да еще от нее отгорожены так называемые удобства - закуток, где едвапомещается унитаз и эмалированное корыто с подвешенным резиновым душем.Квартира у Луши однокомнатная, но зато эта самая одна комната имеет весьмапричудливую форму и площадь больше тридцати метров. В детстве я набивала себебесчисленное количество шишек, потому что, чтобы попасть в комнату из кухни,нужно спуститься на три ступеньки вниз.

Сейчас я благополучно преодолела эти ступеньки и грохнуласумку на пол, после чего в изнеможении плюхнулась на диван, где прорвавшаясягобеленовая обивка была стыдливо прикрыта ярким разноцветным покрывалом. Япридирчиво исследовала покрывало и обнаружила небольшую прореху, тщательно,впрочем, заштопанную.

Луша появилась очень скоро, в темно-красном махровом халатес капюшоном. Увидев халат, я удовлетворенно улыбнулась - отличная вещь.

- Нравится? - правильно истолковала Луша мой взгляд.

- Тебе очень идет, а в чем подвох?

- Как обычно. - Она повернулась. Один карман был не то чтобыпорван, а прожжен.

- Кто-то очень умный положил в карман сигарету, забыв еепотушить, - прокомментировала я.

Луша покупает себе одежду и все вещи исключительно всеконд-хэнде, иначе на пенсию не прожить. Забыла сказать, что Луша - моядвоюродная бабка с отцовской стороны. Лет ей уже за семьдесят, но она всем говорит,что ей шестьдесят восемь. По паспорту звать ее Лукреция (!) Николаевна, но всеназывают просто Лушей.

Луша - мой личный код спасения 911, только у нее я могунайти полное понимание и помощь в любой критической ситуации. Сейчас как разтакой случай. Впрочем, неприятности со мной происходят довольно часто - такаяуж, видно, я невезучая уродилась.

- Ой, Машка, - воскликнула Луша, - а я сразу и не заметила,что ты перекрасилась!

- Это шампунь оттеночный, скоро смоется, - вяло ответила я.

Для чего мне понадобилось перекрашиваться в рыжий цвет, самане знаю. Захотелось, видите ли, поменять имидж, удивить Генку. Удивила, прямоскажем, я его не очень сильно, вот он меня удивил - это да! Но о грустномпосле.

Луша между тем рассмотрела сумку, потом перевела вопросительныйвзгляд на меня.

- Снова ты за старое? - спросила она без тенинеудовольствия. - Опять ушла из дома?

- А если меня выгнали, - завелась я, - если они спят ивидят, чтобы я вообще исчезла с горизонта окончательно и бесповоротно?

- Ты ошибаешься, - мягко сказала Луша, - сейчас тырасстроена и не можешь рассуждать здраво. Мы обязательно поговорим об этом,только когда ты успокоишься.

- Успокоишься тут, как же! - бубнила я. - Хорошо еще тебядома застала, а то хоть на вокзале ночуй! Чаю выпьем? Я по дороге печеньекупила...

- Чаю-то выпьем, - отозвалась Луша, - только рассиживатьсянекогда. Нам скоро уходить.

Мне никуда не хотелось тащиться в этот вечер. Хотелосьсидеть дома, пить холодное сухое вино и жаловаться Луше на судьбу. Но не тут-тобыло! Моя тетка (забыла сказать, что Луша считает себя моей теткой, хотя насамом деле она была теткой моему покойному отцу, причем не родной, адвоюродной) - человек с активной жизненной позицией. Не подумайте, что она, какмногие пенсионеры, просиживает вечера перед телевизором, причем смотритисключительно политические ток-шоу и новости, а по утрам делится с соседками налавочке своим мнением. Телевизор у Луши есть, но работает очень редко, потомучто хозяйка редко сидит дома. Луша обожает ходить на всяческие встречи ипрезентации, на выставки и концерты. Она с приятельницами, такими же немолодымидамами с активной жизненной позицией, откуда-то добывает билеты со скидкой ибесплатные приглашения. Обычно все время у Луши расписано по минутам, как будтоона не бедная пенсионерка, а директор крупной фирмы. Вот и сейчас онанетерпеливо взглянула на часы и объяснила, что ее приятельница ВалентинаЛеонтьевна, которая всю жизнь проработала распространителем театральныхбилетов, не утеряла профессиональных навыков, а скорее всего, у нее осталиськакие-то связи. Так вот, на сегодняшний вечер она выцарапала два приглашения напрезентацию в Дом кино. Фильм очень скандальный, о нем много спорили в печати ипоговаривают даже, что в Москве могут запретить премьеру.

- Ну уж, - усомнилась я, - чтобы в Москве да что-тозапретили! Я тебя умоляю!

Луша не стала со мной спорить, но продолжала дальше, чтоВалюше не повезло, потому что именно сегодня ей подсунули внука. И никак нельзябыло отвертеться. Так что билет пропадает. И тут как раз очень кстатиподвернулась я. Так что все отлично, мы еще успеем попить чаю с моим печеньем иотправимся на презентацию.

- Отменяется, - устало вздохнула я, - мне нечего надеть натвою шикарную презентацию.

- Ну, я не думаю, что нужно прикинуться очень уж шикарно, -с сомнением заговорила Луша, - это же не прием для "новых русских"!Народ там будет всякий, надень костюмчик какой-нибудь.., проскочим.