Смерть дипломата - Чингиз Абдуллаев

Его заранее предупредили о возможной встрече. Позвонил Виктор Андреевич Резунов, с которым Дронго был знаком уже много лет, и предложил встретиться, предупредив, что встреча носит конфиденциальный характер, поэтому лучше, чтобы она прошла без лишних свидетелей. Он попросил эксперта приехать в здание Министерства внутренних дел и провести эту встречу в своем кабинете.

Ровно в назначенное время Дронго вошел в кабинет Резунова. Там уже сидел незнакомый мужчина лет сорока пяти. В темном костюме, лысоватый, с немного вытянутым носом, карими глазами и большими, прижатыми к черепу ушами. Незнакомец пожал руку Дронго и коротко представился:

– Дынин Иван Георгиевич.

– Меня обычно называют Дронго, – сказал эксперт.

– Я знаю, – улыбнулся Дынин.

– Садитесь, – предложил хозяин кабинета, устраиваясь за столом рядом с Дыниным.

– Вас можно поздравить? – заговорил Дронго, обращаясь к Резунову. – Вы получили звание генерала?

– Да, – кивнул тот, – хотя новой таблички на дверях у меня еще нет. Это ваше интуитивное мышление, или вы узнали новость у моего секретаря?

– Нет. Все гораздо проще. Когда оформлял внизу документы, оказалось, что я иду к генералу Резунову. Поздравляю вас, Виктор Андреевич.

– Спасибо, – ответил Резунов.

– А господин Дынин, очевидно, из ФСБ или СВР? – спросил Дронго. – Хотя я думаю, что, скорее всего, вы из Федеральной службы безопасности.

– Это вы тоже узнали внизу? – уточнил Резунов.

– Вы же сами предупредили меня о конфиденциальности встречи, – пояснил Дронго, – хотя визит в здание Министерства внутренних дел к генералу сам по себе должен носить достаточно конфиденциальный характер. Но в кабинете находитесь не только вы, но и ваш гость, поэтому, как я понимаю, меня пригласили сюда для того, чтобы мы могли переговорить по интересующему вас делу. А так как ваш гость явно не из полиции, то остаются еще два ведомства, которых могла заинтересовать моя персона, – СВР и ФСБ. Если бы вы были из Службы внешней разведки, то наша встреча наверняка состоялась бы в другом месте и при других обстоятельствах, даже если посредником выступил бы генерал Резунов. Внешняя разведка – такое ведомство, которое менее всего склонно сотрудничать с полицией, в силу закрытости этого учреждения. А вот генерал ФСБ мог бы спокойно приехать к своему коллеге, чтобы встретиться со мной в здании МВД. Или я не прав?

– Правы, – снова улыбнулся Дынин. – А почему вы решили, что я тоже генерал?

– В слове «тоже» уже заложен ответ. Виктор Андреевич подчеркнуто сел рядом с вами, невольно демонстрируя ваш статус. Если бы вы не были генералом, полагаю, Резунов остался бы на своем месте, разрешая нам беседовать за его приставным столиком, а не за этим длинным совещательным столом. Он только недавно получил генерала и, каким бы скромным человеком ни был, безусловно, испытывает чувство гордости за свою карьеру. В первые дни это чувство бывает особенно сильным.

Оба генерала, переглянувшись, рассмеялись.

– Я вас предупреждал, – напомнил Резунов, – он бывает непредсказуем и парадоксален.

– Ну, в данном случае это именно то, что нам нужно, – сказал Дынин, – поэтому мы и попросили вас выйти на господина эксперта.

– Что-то случилось? – заинтересованно спросил Дронго.

– Случилось, – кивнул Дынин. – Думаю, вы не обидитесь, если я спрошу вас, как давно вы были в Баку?

– Не обижусь. Я был в Европе и вернулся в Москву три дня назад.

– Вы были в Риме. – Дынин не спрашивал, это было утверждение.

– Я предпочитаю об этом не говорить, – нахмурился Дронго, – и вам не советую.

– У вас слишком громкая репутация, господин эксперт, – заметил Иван Георгиевич, – и уже многие знают, что вы живете на два дома – в Москве и в Баку, и только лишь для того, чтобы никто не узнал о вашем фактическом месте жительства под Римом вместе с вашей семьей.

– Я могу воспринять ваши слова как угрозу, – предупредил Дронго. – Очевидно, придется менять место проживания моей семьи.

– Надеюсь, что вы можете доверять ФСБ, – несколько обескураженно произнес Дынин.

– В подобных случаях лучше никому не доверять, – признался Дронго, – но давайте поменяем тему. Я услышал ваши слова и подумаю над ними. А теперь изложите причину, из-за которой вы хотели со мной встретиться. Очевидно, что-то связанное с Баку? Из-за этого вы меня позвали?

– Странно, что вы не знаете, – пробормотал Дынин. – А может, знаете и не хотите говорить?

– Если речь идет об убийстве французского дипломата Армана Шевалье, то я видел это сообщение в Интернете, – невозмутимым тоном сообщил Дронго.

Дынин и Резунов снова переглянулись.

– Значит, вы догадывались с самого начала, зачем мы назначили эту встречу? – мрачно спросил Иван Георгиевич.

– Я догадывался, но в подобных случаях предпочитаю держать свои догадки при себе, иначе вы можете решить, что я намеренно приехал на нашу встречу, уже готовый к подобному разговору и, возможно, ангажированный третьей стороной.

– Вы действительно очень непростой человек, – вздохнул Дынин, – и мы действительно собираемся поговорить с вами по этому поводу. Две недели назад в Баку был убит французский дипломат, консул посольства Арман Шевалье. В тот момент, когда он выходил из российского посольства. Из нашего посольства. Как вы сами понимаете, это удар, в том числе и по престижу нашего государства, по его репутации. Мы вместе с нашими коллегами из Баку и Парижа делаем все, чтобы не раздувать этот инцидент, но такое неожиданное убийство, да еще при таких загадочных обстоятельствах, вызвало довольно большой резонансный интерес в мире. Мы очень хотели избежать его, как и довольно ненужных комментариев, которые тоже невозможно предотвратить.

– Да, уже поздно. Убийство французского дипломата показали по всем новостным каналам, – заметил Дронго. – Или об этом вы не знали?

– Конечно, знаем. В Баку начали специальное расследование по поводу этого громкого убийства. Они встретились с нашим послом и с послом Франции. На самом высоком уровне нас заверили в том, что сделают все для объективного расследования. Они создали довольно мощную следственную группу.

– Но вам этого мало, – подхватил Дронго. – И еще вы наверняка знаете о моих хороших отношениях с вашим послом.

– А как вы думаете? – сердито спросил Иван Георгиевич. – Конечно, знаем. Кстати, он тоже считает, что вы будете самой лучшей кандидатурой для расследования такого преступления.