Осторожно: снежный человек! - Валерий Гусев

ДИКИЙ ЧЕЛОВЕК С АРБАЛЕТОМ

– Вот что, друзья мои, - сказал нам папа. - До начала вашей любимой учебы еще целый месяц…

– Можно было бы и не напоминать, - проворчал Алешка.

– Соскучился по школе? - обрадовалась мама.

– Ага, - безмятежно признался Алешка. - Больше всего на свете люблю двойки получать.

Мама фыркнула.

– А что? - удивился ее непонятливости Алешка. - Как схватишь потом хоть одну трешку, все тебя хвалят изо всех сил. Иногда даже чего-нибудь подарят. А вот таскал бы я одни пятерки, вы бы к ним привыкли, и никакой мне от них пользы.

– Философ, - мама покачала головой.

– Лентяй, - отрубил папа. - И вымогатель. Вы мне дадите сказать?

– Ну? - мы приготовились слушать.

– Вот я и говорю. До начала учебы еще целый месяц…

– Можно было бы… - заворчал Алешка, но папа шлепнул ладонью по столу, и Алешка, хихикнув, замолк.

– Так вот… - опять начал папа.

А Лешка продолжил:

– До начала учебного года…

– Еще целый месяц, - добавил я.

Мама засмеялась, а папа нахмурился:

– Мать, где твое любимое летнее платье?

– А тебе зачем? - удивилась мама. - Оно тебе будет мало.

– Платье оставь себе, - грозно сказал папа, - а вот прекрасный узенький кожаный ремешок от него принеси сюда.

– Ладно, - сообразили мы с Алешкой, - молчим, как рыбы на сковородке.

И папа начал быстро говорить о том, что у него сейчас много работы, что у мамы уже кончился отпуск, и поэтому он (папа) хочет спровадить нас (меня и Алешку) на Черное море.

– Там, среди мрачных скал, есть маленький домик, где живет большой дикий горный человек по имени Арчил.

– Снежный? - спросил с восторгом Алешка. - С ядовитыми зубами?

– Да, - признался папа. - Крутой мужик. Он никому не позволяет перебивать старших. В общем - море, фрукты, снежный человек, парусная лодка. И таинственное…

– Что? - мы навострили уши.

– На месте разберетесь, - безжалостно отрезал нас папа. - У вас получится.

Получилось… Такое получилось!…

Родители проводили нас на вокзал, усадили в купе и попросили наших попутчиков приглядеть за нами в дороге. Но попутчики были такие молодые и легкомысленные, что за ними самими впору было присматривать. К тому же они были похожи друг на друга, как братья. Одного возраста, одетые в одинаково скромную, неброскую одежду, и даже звали их почти одинаково - Вадик и Владик. Только у Вадика были голубые глаза и светлые волосы, а у Владика - и то, и другое было черное. И еще смеялись они по-разному: Вадик весело и заливисто, а Владик - гулким басом. Когда он хохотал, казалось, будто за стеной купе роняют что-то тяжелое.

Попутчики пообещали нашим родителям, что не спустят с нас своих разных глаз и что ничего с нами не случится.

– Да я не за них беспокоюсь, - признался папа, - а за вас.

– И за весь состав в целом, - поспешила добавить мама.

– Справимся, товарищ полковник, не беспокойтесь.

– Какой я вам полковник? - недовольно буркнул папа и вышел из вагона. А мама за ним.

Родители постояли на платформе, с облегчением помахали нам, когда поезд тронулся, и остались в Москве, в скучном одиночестве. А мы, постепенно набирая скорость, все быстрее постукивая колесами и все веселее посвистывая гудком (это я уже про поезд), помчались к новым приключениям.

Попутчики нам не мешали. Они всю дорогу решали какую-то проблему, которая ждала их впереди. И все время спорили.

– А я говорю, - горячился Вадик, - что у них есть база. Они сгружают там товар и выжидают. А как только утихнут ОРМ, другим транспортом доставляют товар в торговые точки. Скажи - нет?

– Скажу, - басил Владик, прихлебывая из банки пиво. - Они в объезд идут, тайной дорогой.

– Какие там дороги? - возмутился Вадик. - Там сплошные крутые горы!

– А они - морем! - возражал Владик. - Погрузили на катер - и вдоль берега.

Так они спорили всю дорогу, но мы не прислушивались. Мы даже на эти самые ОРМ не обратили внимания. Хотя вполне могли бы. От папы мы знали, что ОРМ - это оперативно-розыскные мероприятия. Когда совершается какое-нибудь серьезное преступление, то милиция сразу же разрабатывает и осуществляет ОРМ. Чтобы поскорее разыскать преступников. Но мы, конечно, разговоры Вадика и Владика пропустили мимо ушей. Нам они были неинтересны. Нам было интересно смотреть в окно и ходить в другие купе, знакомиться с новыми людьми, пробовать разные угощения. И, конечно, мы и предположить не могли, что предмет спора наших попутчиков очень скоро станет и нашей проблемой. Да еще какой! И чего мы только не натворим, чтобы ее решить…

Но мы этого еще не знали и спокойно ехали, пока не подъехали к своей станции. К маленькому солнечному городку с веселым названием Майский.

Здание вокзала было крохотное, похожее на сказочный белый домик под красной черепичной крышей. А вокруг него стояли высокие деревья с узкими кронами, которые начинались почти от земли - пирамидальные тополя, как мы потом узнали. Со стороны вокзал был похож на белый гриб с красной шляпкой среди высокой зеленой травы.

Вадик и Владик спустились с нами на платформу и поставили рядом с нами наш чемодан, где были плавки, запасные шорты и маски с ластами. Тут же к нам подошел молодой милиционер в форме и с погонами капитана на широких плечах.

– Оболенские? - строго спросил он.

Мы испуганно кивнули. Вроде ничего дурного мы по дороге не натворили, так почему вдруг?…

– Вы задержаны, - заявил капитан, подхватил наш чемодан и повел нас к машине.

Попутчики - они ехали немного дальше - с сочувствием посмотрели нам вслед. А вернувшись в купе, наверное, стали проверять свои кошельки, карманы и сумки.

Дорога к маленькому дому в мрачных скалах нам очень понравилась. Справа - крутой стеной поднималась бесконечная гора, поросшая всякой флорой, слева - бездонная крутая пропасть, и за ней - бескрайнее море под синим небом. А где-то между ними мчимся мы в милицейском «уазике».

Молодой милиционер-капитан на дорогу почти не смотрел - вертел баранку и, обернувшись к нам, все расспрашивал:

– Как там у вас, в центре, криминогенная обстановка?

– Нормально, - отвечал Алешка. - На уровне мировых стандартов.

– С устойчивой тенденцией к повышению, - добавлял я.

Окна в машине были опущены, в салоне свистел прекрасный морской ветер. Два раза мы чуть не врезались в правую гору, три раза чуть не сорвались в левую пропасть. А один раз едва не столкнулись с грузовиком, водитель которого в большой кепке тоже не смотрел на дорогу, а вовсю, с южным темпераментом, беседовал с пассажиром.