Ангел Смерти - Юлия Алейникова

Лена сидела, прижавшись лбом к холодному дребезжащему стеклу, и смотрела на залитые солнцем улицы, словно бы и не видя проплывавших за окном трамвая домов.

Прошел уже месяц из отпущенных ей трех, а она так ничего и не придумала, а время неумолимо утекает – по минутам, часам, дням. И такое напряжение!

Лена прикрыла глаза, вновь вспоминая тот вечер, когда ее чудесная, идеальная, счастливая жизнь разбилась вдребезги.

Всю свою сознательную жизнь Лена гордилась собой – и не без оснований. Она была умна, красива, имела прекрасное образование. У нее были успешная карьера, счастливая полноценная семья и дом – полная чаша.

Ее супруг, Анатолий Игоревич, состоял в должности главврача одной из крупнейших больниц города. Лена работала старшим научным сотрудником в фонде графики музея истории города, она организовывала выставки, готовила новые экспозиции, писала научные статьи и при этом была безупречной женой и хозяйкой. Ее жизнь была полна гармонии и достоинства. В свои тридцать девять лет Лена сохранила подтянутую фигуру, она всегда тщательно следила за внешностью и одевалась со сдержанной элегантностью, приличествующей ее возрасту и статусу. С такой женщиной не стыдно появиться в гостях и на приеме, ее приятно представить начальству. И Лена была уверена, что в успехах мужа есть и ее немалая заслуга. Это она создала ему условия для карьерного роста, она так устроила дом, полный красоты и уюта, поддерживала в нем чистоту. Она, Лена, воспитала двух прекрасных детей, которые не хамили взрослым, читали книги, уважали родителей. Дочь училась в музыкальной школе, сын играл в теннис, оба усиленно занимались иностранными языками. В их доме никогда не разговаривали на повышенных тонах, не оскорбляли друг друга, и в этом также была заслуга Лены. Она незаметно распределила сферы ответственности, в которых каждый из супругов имел решающее слово. Лена занималась детьми и хозяйством: выбирала школы, искала репетиторов, составляла планы семейного бюджета. Анатолий обеспечивал семью. Он выделял сумму на семейный отдых, а она решала, где именно они будут отдыхать. Муж приобретал квартиру и находил ремонтную фирму, а Лена занималась дизайном и покупкой мебели. Это не значило, что они никогда не советовались друг с другом, просто каждый заранее знал, в каком случае за кем остается решающее слово. И все были счастливы.

Друзья и знакомые искренне восхищались их семьей, считая Лену и Анатолия идеальной парой. Так же считала и Лена – до того самого вечера, когда муж, поздно вернувшись домой, пригласил ее в гостиную и, прикрыв за собой дверь, сообщил своим обычным спокойным голосом, что он подал на развод.

В первые несколько секунд ей показалось, что она неправильно расслышала или не поняла, о чем именно он хочет ей сообщить, а поняв, решила, что это шутка.

– Это не шутка. Сегодня я отнес заявление в ЗАГС. У нас дети, так что разводиться будем по суду. Он состоится через три месяца. Материальные вопросы я уже решил. Квартира и дача останутся вам, на детей я буду выплачивать алименты, по двадцать тысяч рублей ежемесячно на каждого.

– Сорок тысяч получается? – автоматически повторила Лена. – Но этого будет мало, мы не сможем жить на такие деньги.

– Ты забываешь о своей зарплате, – сухо напомнил ей муж.

Действительно! Свою зарплату Лена привыкла тратить на себя. Салон красоты, косметика, подарки родным и прочие шпильки-булавки.

– Если у тебя больше нет вопросов… – проговорил, направляясь к двери, муж.

И тут Лена спохватилась.

– Но почему?! Толя, что случилось?! Я ничего не понимаю! – Она почувствовала, что впервые в жизни близка к настоящей истерике. – Как же так?! А отдых? Наш отпуск?.. А юбилей?!

В сентябре у родителей мужа должен был состояться юбилей – золотая свадьба, и Лена, со свойственной ей предусмотрительностью, уже загодя занялась подготовкой, искала ресторанный зал, продумывала меню, список гостей, прикидывала, что подарить…

– Какое это имеет значение? – пожал плечами муж, глядя на нее с каким-то презрительным сожалением.

– Действительно… Прости. – Лена попробовала собраться с мыслями. – Толя, я не понимаю – почему? У нас же все так хорошо… Мы же с тобой счастливы? – Последняя фраза прозвучала скорее как вопрос, как-то жалко и неуверенно.

– Ты – да, счастлива, – подтвердил он. – А мне надоело жить, как на обложке глянцевого журнала, изображать члена великосветского семейства, разговаривать шепотом и надевать к ужину галстук!

Да, Лена всегда стремилась поддерживать в доме определенный стиль, а потому ужинали они всегда в гостиной, с парадной сервировкой и опрятно одетые. Она не допускала ношения в доме вытянутых на коленях спортивных штанов и рваных вылинявших футболок. Ей всегда казалось, что Анатолию импонирует ее стремление к эстетике, к культуре быта.

– Мне надоела жизнь в семье «высокой культуры быта», – словно в ответ на ее мысли бросил муж. – Я не социалистический плакат образцового семьянина, я живой человек, и я хочу живых отношений, а не чопорной показухи, я хочу любви, а не заезженного ритуала – по часам, два раза в неделю, с секундомером в руке.

– Толя, это… невозможно! Я так старалась, я думала, ты счастлив! Толя, это пройдет! Ты просто устал! – торопливо заговорила она, пытаясь осмыслить брошенные ей в лицо обвинения. – У нас же дети. Что они скажут?! А соседи?.. Друзья?.. Толя, так нельзя. Умоляю тебя, не делай этого! – Глупый, бессмысленный испуг охватил все ее существо. Это какой-то кошмар. Это жуткий сон… Это неправда! Такого просто не может быть. Это шутка! Глупая, жестокая шутка!

– Лена! Мы разводимся. Я все решил. Разговор окончен. – Голос мужа звучал четко, решительно, как на производственном совещании.

– Я не дам тебе развода! – вдруг выпалила Лена. – Не дам!

– Напрасно. Я рассчитывал на твое благоразумие, – глядя на нее равнодушными, холодными глазами, ответил муж, опускаясь в кресло. – Развод я все равно получу, но ты из-за такого своего поведения можешь сильно проиграть. Я советую тебе еще раз подумать.

Он встал и ушел в спальню. А Лена осталась в гостиной. Она опустилась на стул возле обеденного стола, рядом с прибором мужа, и просидела на этом стуле всю ночь.

Утром она вышла в кухню, накормила детей завтраком, проводила Анатолия, потом позвонила на работу и отпросилась по семейным обстоятельствам. А затем пошла в спальню и долго лежала на постели, глядя в потолок. Ей не хотелось ни есть, ни пить, ни двигаться. К трем часам дня, когда дети должны были вернуться из школы, она приказала себе встать, умыться, переодеться и накрыть на стол. Она уже все обдумала. Это просто недоразумение, кризис среднего возраста. Это пройдет. Надо только потерпеть. Никакого развода не будет! Толя обязательно успокоится, извинится перед ней, и они будут жить как прежде, никогда не вспоминая об этом кошмарном происшествии. Главное – вести себя как ни в чем не бывало. Не устраивать скандалов, не выяснять отношений, готовить его любимую еду, следить за его одеждой, и все наладится. И так она и сделала.