Партнеры по преступлению - Агата Кристи

Миссис Томас Бересфорд приподнялась с дивана и мрачнопосмотрела в окно. Открывающаяся панорама не отличалась широтой, ее ограничивалмногоквартирный дом на другой стороне улицы. Миссис Бересфорд испустилаглубокий вздох и зевнула.

– Как бы я хотела, чтобы что-нибудь случилось, – сказалаона.

Ее супруг поднял на нее укоризненный взгляд:

– Осторожнее, Таппенс. Эта жажда острых ощущений менятревожит.

Таппенс снова вздохнула и мечтательно закрыла глаза.

– Итак, Томми и Таппенс поженились, – промолвила она, – ижили счастливо. Спустя шесть лет они все еще живут счастливо. Простоудивительно, почему все складывается совсем по-другому, нежели ожидаешь.

– Весьма глубокое замечание, Таппенс. Но не оригинальное.Знаменитые поэты и еще более знаменитые богословы говорили об этом раньше и,прошу прощения, лучше.

– Шесть лет тому назад, – продолжала Таппенс, – я былаготова поклясться, что при наличии денег на покупку самого необходимого и тебяв качестве мужа жизнь будет казаться одной большой и сладостной песнью, какутверждает один из поэтов, с которыми ты так хорошо знаком.

– Так что тебе надоело – я или деньги? – холодно осведомилсяТомми.

– «Надоело» – не совсем то слово, – великодушно отозваласьТаппенс. – Просто я привыкла к выпавшим на мою долю благам. Ведь никто непонимает, какое блаженство дышать носом, пока не простудится.

– Может быть, мне начать понемногу пренебрегать тобой? – предложилТомми. – Водить других женщин по ночным клубам и так далее?

– Бесполезно, – ответила Таппенс. – Ты просто будешьвстречать меня там с другими мужчинами. Но я бы хорошо знала, что другиеженщины тебя не интересуют, а ты не был бы так уверен насчет меня и другихмужчин. Женщины ведь куда более проницательны.

– Мужчины превосходят их только в скромности, – пробормоталее муж. – Но что с тобой происходит, Таппенс? Чем ты недовольна?

– Не знаю. Просто я хочу, чтобы случилось нечтовозбуждающее. Разве тебе, Томми, не хотелось бы снова охотиться за германскимишпионами? Подумай о полных опасности днях, которые мы тогда пережили![1] Японимаю, что ты и сейчас более или менее числишься на секретной службе, но эточисто конторская работа.

– Ты хотела бы, чтобы меня послали в кошмарную Россиюпереодетым большевиком, который торгует контрабандной выпивкой?

– Какой в этом толк? – сказала Таппенс. – Мне бы непозволили тебя сопровождать, а я так хочу чем-нибудь заняться!

– Ну так занимайся хозяйством, – предложил Томми.

– Двадцати минут работы каждое утро после завтрака хватает,чтобы достичь почти полного совершенства. Тебе ведь не на что жаловаться,верно?

– Ты ведешь хозяйство настолько безупречно, Таппенс, чтодаже становится скучно.

– Я бы предпочла благодарность, – заметила Таппенс. –Конечно, у тебя есть твоя работа, но скажи, Томми, неужели ты тоже тайком неиспытываешь жажды острых ощущений?

– Нет, – ответил Томми. – По крайней мере, я так не думаю.Ведь эти ощущения могут оказаться весьма неприятными.

– Как предусмотрительны мужчины, – вздохнула Таппенс. –Неужели ты не тоскуешь по жизни, полной романтики и приключений?

– Что ты сейчас читаешь, Таппенс? – осведомился Томми.

– Подумай, как было бы увлекательно, – продолжала Таппенс, –если бы мы услышали громкий стук в дверь, а когда открыли ее, то в квартиру,пошатываясь, вошел бы мертвец?

– Мертвецы не пошатываются, – заметил Томми.

– Ты отлично знаешь, что я имею в виду, – отмахнуласьТаппенс. – Они всегда пошатываются, прежде чем упасть к твоим ногам, ипроизносят загадочные слова: «пятнистый леопард» или что-нибудь в этом роде.

– Я бы посоветовал тебе переключиться на Шопенгауэра илиИммануила Канта, – сказал Томми.

– Такое чтиво как раз для тебя, – отозвалась Таппенс. – Тыстановишься толстым и всем довольным.

– Вовсе нет, – с негодованием возразил Томми. – Ведь именноты делаешь гимнастику для похудения.

– Все ее делают, – сказала Таппенс. – Говоря, что тытолстеешь, я выразилась фигурально. Я имела в виду, что ты становишьсяпреуспевающим, лоснящимся и довольным жизнью.

– Не знаю, что на тебя нашло, – проворчал Томми.

– Жажда приключений, – объяснила Таппенс. – Это лучше, чемтоска по любви. Хотя и она иногда меня одолевает. Я мечтаю о встрече с красивыммужчиной…

– Ты встретила меня, – заметил Томми. – Разве этого тебе недостаточно?

– …смуглым, худощавым, сильным мужчиной, умеющим скакатьверхом и ловить арканом диких лошадей…

– А также носящим брюки из овчины и ковбойскую шляпу, –саркастически добавил Томми.

– …и живущим в прериях, – продолжала Таппенс. – Я бы хотела,чтобы он до безумия в меня влюбился. Конечно, я бы добродетельно отвергла егоухаживания и осталась верной брачному обету, но мое сердце тайно стремилось бык нему.

– Ну, – сказал Томми, – мне тоже часто хочется встретитьпо-настоящему красивую девушку с золотистыми волосами, которая по уши влюбиласьбы в меня. Только я вряд ли бы ее отверг, фактически я уверен, что не сделал быэтого.

– Это лишь доказывает порочность твоей натуры, – заметилаТаппенс.

– Да что с тобой, в самом деле? – удивился Томми. – Тыникогда еще так не говорила.

– Да, но это уже давно накапливалось внутри, – отозваласьТаппенс. – Очень опасно иметь все, что хочешь, в том числе достаточно денег натряпки. Правда, всегда можно покупать шляпы…

– У тебя их уже около сорока, – напомнил Томми, – и всепохожи друг на друга.

– Шляпы всегда так выглядят, – сказала Таппенс. – На самомделе они вовсе не похожи. В них столько мелких деталей. Кстати, сегодня утром умадам Виолетт я видела такую симпатичную шляпку…

– Раз тебе больше нечем заняться, кроме покупки шляп, в которыхты не нуждаешься…

– Вот именно, – прервала Таппенс. – Если бы только мне былочем заняться! Придется поступить в какую-нибудь благотворительную организацию.О, Томми, как бы я хотела, чтобы произошло что-нибудь захватывающее! Честноеслово, я чувствую, что это пошло бы нам на пользу. Если бы мы могли найтидобрую фею…