Искатель, 2006 № 11 - Журнал «Искатель»

ИСКАТЕЛЬ 2006

№ 11

*

© «Книги «Искателя»

Содержание:

Владимир ГРИНЬКОВ

ЗАБЫТЬ УБИЙСТВО

детективная повесть

Андрей КОЖУХОВ

ВТОРАЯ ПОПЫТКА

фантастический рассказ

Ян РАЗЛИВИНСКИЙ

СТАРЬЕВЩИК

фантастическая повесть

Владимир ГРИНЬКОВ

ЗАБЫТЬ УБИЙСТВО

детективная повесть

Окончание. Начало в предыдущем номере.

Краткое содержание

Телохранитель Китайгородцев был ранен, и начальство предлагает ему до окончания лечения охранять загородное поместье бизнесмена Лисицына — огромный дом в лесу, там всего двое жильцов: престарелая мать Лисицына и его дальний родственник по имени Михаил. Китайгородцев вскоре обнаруживает, что в доме обитает еще кто-то, и этот «кто-то» удивительно похож на отца бизнесмена Лисицына, генерала, который умер десять лет назад. Но каждый раз, когда Китайгородцев видит этого чудом воскресшего человека, он почему-то тут же о нем забывает, словно кто-то заставляет его об этом забыть…

Напуганное странными провалами в памяти Китайгородцева начальство отстраняет его от работы. Оставшийся не у дел телохранитель предлагает свои услуги гипнотизеру Потемкину, который гастролирует по России. Потемкин приходит к выводу, что его телохранитель в недавнем прошлом подвергался гипнозу. Используя свой дар, Потемкин восстанавливает то, о чем Китайгородцеву было велено забыть, и называет имя человека, который гипнотизировал телохранителя — это Михаил. Оказывается, Михаил под гипнозом внушил Китайгородцеву, что тот в определенный день, 16 ноября, должен убить бизнесмена Лисицына. Отменить эту установку Потемкин не в силах.

Чтобы не оказаться причастным к убийству, Потемкин расстается со своим телохранителем, но вскоре попадает в лапы к рэкетирам, которых возглавляет человек по кличке Шварц. Чтобы его оставили в покое, Потемкин готов поделиться со Шварцем информацией о будущем убийстве…

Потемкин натерпелся такого страху, что до сих пор не мог поверить до конца в то, что остался жив.

— Его фамилия Лисицын, — рассказывал он сбивчиво. — По бизнесу в Москве. Чем занимается — не знаю. Но папа — генерал. Вроде как мертвый, а там — кто знает. В общем, дело не в папе, а в нем самом. Зовут Стас Георгиевич. Есть мать, Наталья Андреевна. Дом за городом. Большой.

— Где именно?

— Не знаю.

Окончание. Начало в предыдущем номере.

— Как же мы найдем? — засомневался Шварц.

— Это не сложно. Дом наверняка записан на него. Да это и не важно, — сказал Потемкин. — Он там не живет. С матерью отношения сложные. Так что он в Москве. А в Москве найти — не проблема.

— Киллер — кто?

— А киллер — этот парень.

— Какой?

— Вы его видели, — сказал Потемкин, замявшись. — Ну, этот, с палкой инвалидной.

— Бычара? — недобро процедил Шварц.

— Ну, пускай так будет, — не стал перечить Потемкин.

— А ты откуда знаешь? Он сказал?

— Да.

— Сам? — не поверил Шварц.

— Это гипноз, — пояснил Потемкин. — Ему дали такую установку.

— Загипнотизировали, что ли?

— Загипнотизировали.

— Кто?

— Родственник этого Лисицына. Я же говорю: отношения у них там сложные. У родственника этого — настоящий дар. Он сильный гипнотизер, я чувствую. И он внушил этому парню… которого вы знаете…

— Короче! — с досадой бросил Шварц.

— Он внушил парню, что наступит шестнадцатое число, и тот пойдет Лисицына убивать.

В салоне машины повисла тишина. Эти трое не поверили бы Потемкину, если бы они его не знали с давних пор. Но они на гастролях были рядом с ним, присутствовали на сеансах и многократно видели, что гипнотизер способен вытворять со взрослыми и еще каких-то полчаса назад вполне вменяемыми людьми. Так что им до того, чтобы поверить, осталось совсем чуть-чуть. Надо было только осознать услышанное. Оправиться от первого шока.

— Но это точно? — неуверенно спросил Шварц. — Он в натуре мочить пойдет?

— Пойдет! — сказал Потемкин. — Я в гипнозе понимаю кое-что, вы сами имели возможность убедиться. И я знаю, я на все сто процентов уверен: наступит шестнадцатое, и он пойдет убивать! Как робот! Он даже не поймет, что он творит! Придет к этому Лисицыну и убьет его!

Китайгородцев приехал на кладбище, когда рассвело. При входе продавали цветы. Он купил немудреный букет, чтобы быть похожим на пребывающего в скорби посетителя.

Где искать — этого он не знал. Была мысль обратиться в администрацию кладбища, но, когда прошел за ворота, к нему приблизился насквозь промерзший на студеном ветру сухопарый дядечка в очках и неуверенно предложил:

— Экскурсию желаете? Самые известные захоронения. Высоцкий, Есенин, Андрей Миронов, Листьев Влад и много кто еще. Останетесь довольны.

Его смущал букет в руках Китайгородцева. Может, на родную могилу человек идет, но только странно: те, кто здесь уже бывал, ворота минуют уверенно, а этот не таков.

— Мне нужна могила генерала Лисицына, — сказал Китайгородцев.

— Лисицын, — протянул дядечка и закатил глаза, вспоминая. — Генерал!

Как будто осенило.

— Да, генерал, — подтвердил Китайгородцев.

— Кажется, знаю. Не уверен твердо. Если что-то напутал — не взыщите. Сюда прошу!

Пошли по расчищенной от снега дорожке.

— Захоронений много, — говорил Китайгородцеву провожатый, то и дело к нему оборачиваясь. — Но люди в основном известными могилами интересуются. Специально приезжают, даже из других городов. Поэтому я и говорю вам: могу напутать что-то. Но вроде здесь она.

Зрительная память его не подвела. Свернул с дорожки, пошел между могилами, где не расчищено и не протоптано, благо снег еще был неглубокий, и очень скоро вывел Китайгородцева к черному памятнику с портретом человека в военной форме. Звезд на погонах было много. Настоящий генерал. Лисицын Георгий Александрович. Судя по дате смерти, он умер десять лет тому назад.

Китайгородцев положил цветы прямо на снег. А взгляд от портрета никак не мог оторвать. Этого человека он видел в том доме. Невозможно ошибиться. И поверить тоже невозможно.

Провожатый тактично напомнил о себе.

— Родственники бывают, — сообщил. — Приличные такие люди.

Он готов был удалиться, но рассчитывал на скромное вознаграждение своих трудов.

— А вы их видели? — заинтересовался Китайгородцев и вытянул из кармана бумажник.

— А как же!

— Наталья Андреевна, наверное…

— Вдова, — с готовностью сообщил провожатый, старательно не глядя на бумажник. — Пожилая женщина. Видно, что генеральша. Настоящая графиня.

Он точно описал вдову. Именно графиня.