Отравитель - Чингиз Абдуллаев

На улице было холодно. Он посмотрел в окно и нахмурился.Собственно, он прилетел в Баку только сегодня утром. Прилетел на несколькодней, чтобы навестить родных. В Москве вчера была достаточно теплая погода. Иэто несмотря на начало декабря. Говорили, что подобные аномальные зимы бываютраз в пятьдесят или в сто лет. А в Баку, где по логике должна была быть ещеболее теплая погода, была холодно и ближе к вечеру даже пошел мокрый снег, чтобыло уже совсем некстати. Он закрыл жалюзи, задернул занавески. Огляделся.Собственно, этот трюк самовнушения он придумал для себя еще много лет назад.Создав две абсолютно идентичные квартиры в Москве и в Баку с одинаковойпланировкой, одной и той же мебелью, техникой, ремонтом, даже обои и люстрызакупались в одних и тех же магазинах. Книжные полки с такими знакомымикнигами. Постельное белье, кухонная посуда, даже полотенца, висевшие в обоихванных комнатах. Только картины раньше выдавали разнообразие квартир, но оннашел хорошего художника и сделал копии своих картин в Москве и в Баку. Теперьобе квартиры выглядели как образцовые близнецы, одетые в одну и ту же одежду,причесанные и постриженные по одной и той же моде.

Дронго вернулся в свой кабинет. Странно, что здесь сегоднятак холодно. Говорят, будто холодные массы вторглись через Турцию. Обычно вБаку погоду определяли циклоны и ветры с севера. И если в Москве было тепло, тои в Баку через несколько дней становилось теплее обычного, а если с севера шлахолодная погода, то на Апшероне становилось прохладнее. Конечно с большимипоправками на местную амплитуду температур, когда тридцать или сорок градусовтепла по Цельсию считались почти нормальной температурой, а близкая к нулюхолодная погода была аномальной.

Он включил компьютер, просматривая последние новости.Взглянул на часы. Скоро должны выйти новости на одном из телевизионных каналов.Нужно будет включить телевизор. В этот момент позвонил телефон. Он недовольнопосмотрел на аппарат – один из его мобильников. К счастью, это был не тоттелефон, по которому звонили только очень близкие люди. Но и этот номер недолжны были знать посторонние. В последнее время он довольно часто менял своиномера, однако этот был местным и его могли узнать. На всех своих аппаратах онубрал привычные мелодии, оставив только обычные телефонные звонки. Ему казалосьнеестественным, когда телефоны громко играли какие-то популярные мелодии.Вполне достаточно обычного телефонного звонка, считал Дронго. Оставалось быстрорешать – стоит ли ему отвечать или нет. Он немного подумал и протянул руку.

– Я вас слушаю.

– Добрый вечер, – услышал он незнакомый мужскойголос, – мне сказали, что я могу называть вас господином Дронго? Или выпредпочитаете другое обращение?

– Меня обычно так называют, – подтвердил он.

– Очень хорошо. Хотя мы узнали и ваше полное имя. С вамихочет переговорить господин Тагиев, – сообщил позвонивший.

– Подождите, – мрачно произнес Дронго, уже жалея, чтоответил на этот звонок. – Сначала представьтесь сами, а потом сообщите,кто такой господин Тагиев. И кто это «мы»?

– Я сотрудник Кабинета министров, – сообщилпозвонивший, – моя фамилия Мамедов, а господин Тагиев – это наш заведующийотделом. Джафар Алекскерович Тагиев. Он хочет с вами переговорить.

– Очень приятно. Осталось узнать, хочу ли я с нимразговаривать, – пошутил Дронго.

– Что? – не понял позвонивший. Ему и в голову не моглоприйти, что кто-то может отказаться разговаривать с самим заведующим отделомКабинета министров.

– Ничего. Соединяйте с вашим Тагиевым, – веселоразрешил Дронго.

Он подумал, что давно отвык от подобных мелкихцеремониальных особенностей, которые так ценились на Востоке. Через минуту онуслышал в трубке еще более солидный голос:

– Говорит Тагиев. Скажите, как мне к вам обращаться?

Имя Дронго их очевидно нервировало. Несолидно заведующемуотделом Кабинета министров звонить человеку с такой птичьей кличкой. Нужнопредставляться по всей форме. По имени и отчеству.

– Меня обычно называют Дронго, – повторил он, – ноесли вам так будет удобнее, можете обращаться ко мне по фамилии. Вы ведь еенаверняка знаете.

– Так будет лучше, – согласился Тагиев, – дело втом, что у нас к вам очень важное дело. Я выполняю поручение самого вице-премьера.Вы меня понимаете?

– Прекрасно понимаю. А почему сам вице-премьер не мог мнепозвонить?

– Что вы такое говорите? – даже испугалсяТагиев. – Сам вице-премьер и будет звонить вам? Как вы себе этопредставляете?

– Очень легко. Возьмет телефон и позвонит. Я не думаю, что вэтом случае произойдет нечто страшное.

– Не нужно так шутить, – попросил Тагиев, – у наск вам очень важное дело.

– Просто я подумал, что такая цепочка только мешает. Сначаламне звонит ваш референт, который торжественно сообщает, что со мной будетговорить заведующий отделом, потом звоните вы и не менее торжественносообщаете, что разговариваете со мной, выполняя поручение самого вице-премьера.Но если вы полагаете, что так вам будет удобнее, то можете сообщить, зачем явам понадобился.

– Это не телефонный разговор, – быстро сказалТагиев, – у меня есть поручение, и я должен срочно с вами встретиться.

– Раз такое поручение, то конечно нужно встретиться. Кстати,кто вам дал номер моего мобильного телефона?

– Сотрудники Министерства национальной безопасности, –сообщил Тагиев, – они и сообщили нам о вашем приезде в Баку. Мы так долговас ждали...

– Интересно, откуда у них мой телефон? – ироничноспросил Дронго. – Я только недавно его поменял и еще никому не успел передатьэтот номер. А они уже смогли его вычислить. Может, в следующий раз мне братьтелефон на другое имя, как вы считаете?

– Не поможет, – очень серьезно ответил Тагиев, непонявший сарказма своего собеседника, – если захотят, то все равно быстровычислят. Это не так сложно. И вы все равно должны пересекать государственнуюграницу, когда въезжаете в Азербайджан, а значит, ваше присутствие будетзафиксировано.