Конец игры - Дэниел Коул

Четверг, 7 января 2016 года

8:08

Волк пытался игнорировать перешептывания и бесконечные взгляды в свою сторону, пока ждал снаружи бывшего кабинета старшего инспектора Симмонса в отделе по раскрытию убийств и других тяжких правонарушений. Сколько бы он ни смотрел на имя Бакстер на двери, оно выглядело не на своем месте — шуткой, которую в прошлом они с Финли могли бы остановить.

О чем думало начальство?

О чем думала сама Бакстер?

— Доброе, Уильям! — уборщица Дженет поздоровалась с ним. — Холодно на улице.

Немного удивленно Волк согласно кивнул. По всей видимости, то, что он находился в бегах последние 18 месяцев, прошло мимо нее. Он позволил себе насладиться этим мимолетным мгновением нормальности, сидя у кабинета начальника и болтая ни о чем, как будто ничего и не произошло. Он как можно тщательнее спрятал наручники, пока она убирала урну возле него.

— Как там у Гэри дела в универе? — спросил он.

— О, он теперь лучший в группе! — немного саркастически сообщила она.

— Отлично! — ответил Волк с широкой улыбкой. — Напомни, на кого он учится? — спросил он в надежде хоть немного растянуть этот момент, но прежде чем женщина успела ответить, дверь в кабинет открылась, и его вызвали внутрь.

Кристиан в другом щегольском костюме уже сидел за столом. Мужчина подмигнул Волку, как только тот сел рядом с ним.

— Твои данные подтвердились, — оповестила Волка Ванита, занимая место за столом Бакстер. — Пока мы разговариваем, разворачивается операция по окружению Дюбуа и его людей, и французская береговая полиция уже перехватила корабль… Наше соглашение остается в силе.

— Может, в таком случае снимем с бедолаги наручники? — предложил Кристиан.

Похоже, Ванита испытывала физический дискомфорт, отдавая ключ. Кристиан оказал Волку честь и освободил его, а после, увидев, как Волк взял наручники и приковал ими фиолетовую сумочку Ваниты к столу, был вынужден сымитировать кашель, чтобы замаскировать смех.

— Оформление документов в процессе, — оповестила женщина Волка, невинно смотрящего на нее снизу вверх, — они должны быть готовы для твоей подписи завтра. Я жду от тебя, что ты будешь отмечаться у меня каждый день в утреннее и дневное время. И, поскольку данное соглашение не может действовать вечно, я устанавливаю временные рамки в пять дней, чтобы ты откопал что-нибудь существенное.

Волк был уже готов запротестовать.

— Как ни больно мне это говорить, — продолжила она, — ты хороший детектив, Коукс. Если ты ничего не найдешь к этому сроку, значит и искать нечего.

Он посмотрел на Кристиана в поисках совета, взявшего на себя роль Финли как более мудрого, более опытного человека. Тот кивнул.

— Пять дней, — согласился Волк.

* * *

Белое небо было готово вот-вот снова разразиться снегопадом, поэтому Бакстер надела нелепую шапку с помпоном и подходящие к ней перчатки. Постучав в непрочную дверь сарая, она задела самодельный знак, и тот упал лицевой стороной на мокрую траву. В домике раздался грохот, и показалось смущенное лицо Эдмундса, явно не ожидавшего увидеть гостей на собственном заднем дворе.

— Бакстер! — он улыбнулся и обнял женщину.

— Меня впустила Тиа, — объяснила она, зайдя в мозговой центр «Алекса Эдмундса — Частного детектива».

Эдмундс поднял стул, который до этого опрокинул, и предложил ей сесть.

— Я бы предложил тебе кофе или еще чего, но шланг замерз где-то неделю назад, — извинился он. — Может, пройдем в дом?

— Нет, все нормально, — заверила его Бакстер. — В любом случае я тут по долгу службы.

— Да? Разве ты все еще не отстранена от работы?

— Ага. На пару недель, — сказала женщина, не вдаваясь в подробности.

Она посмотрела на изображения исключительно злобного хорька, приколотые в разных местах карты Манхэттена, и на фотографии с места преступления, на которых были запечатлена сожженная машина и две сидевшие внутри призрачные фигуры. Почувствовав тошноту, она отвернулась.

— Дело по Мистеру Негоднику закрыто, да? — спросила она, зная о нелепом первом задании Эдмундса.

— Вообще-то, в данный момент, он все еще «на свободе»… Но я его достану, — уверенно сказал он, потирая огромный синяк на бедре. — По долгу службы? — намекнул он на изначальную тему, явно желая отвлечь от своей неспособности поймать маленькое млекопитающее. — Ты пришла, чтобы арестовать меня?