Кружным путем - Джеймс Сигел

– Я требую, чтобы вы позвонили в полицию!

– В полицию?

– Да. Вызовите сюда полицию!

– Мне кажется, вы слишком взволнованы.

Почва под ногами ходила ходуном. Солнце внезапно стало холодным как лед.

– Да, я волнуюсь, потому что украли моего ребенка. Вызовите полицию.

– Мне кажется, нет необходимости…

– Вызовите полицию!

– Вы обвиняете вашу няню в том, что она украла у вас ребенка? – Вопрос прозвучал скорее как утверждение, и Полу почудилось, что тон консьержа переменился: превратился из теплого и сочувствующего в холодный и безразличный.

– Моя девочка спала. Няня посоветовала нам подышать свежим воздухом. Но через две минуты после нашего ухода сама убежала из гостиницы и до сих пор не вернулась.

– Вероятно, ваша дочь проснулась.

– Возможно. И тем не менее я настаиваю, чтобы вы вызвали полицию.

– А не лучше ли немного подождать?

– Нет!

– Ее много раз нанимали сюда в няни, мистер Брейдбарт. – Да, тон консьержа, несомненно, изменился.

Пол осмелился обвинить колумбийку в преступлении.

Добродушную колумбийку со смешливыми морщинками и терпеливыми серыми глазами, которая согласилась ухаживать за девочкой-колумбийкой. Девочкой, которую эти американцы хотели умыкнуть из страны, потому что у них на родине явно не хватает детей.

– Мне нет дела, сколько раз ее нанимали. Она без разрешения забрала моего ребенка. И ничего нам не сказала. Мне необходимо переговорить с полицией.

Консьерж мог с ним не соглашаться, он даже мог испытывать к нему неприязнь, но он все-таки оставался консьержем.

– Как вам угодно, сэр, – сдался он.

Вернулся в вестибюль к своей конторке и с явной неохотой набрал номер. Пол молча ждал, пока он сказал в микрофон несколько слов по-испански. И с силой швырнул трубку на рычаг. Звук эхом отозвался в стерильно чистом вестибюле, и несколько человек удивленно и встревоженно подняли головы, стараясь понять, что происходит.

* * *

На полицейских были толстые черные кожаные сапоги, к бедрам пристегнуто оружие, напоминающее автоматы «узи».

Но Пол не заметил никаких черных дубинок.

Консьерж разговаривал с ними по-испански, а он терпеливо ждал. Между звонком консьержа в полицию и появлением полицейских Пол еще раз заглянул к Джоанне.

Никаких новостей.

Один из полицейских довольно прилично говорил по-английски. Но даже если бы это было не так, Пол вполне бы понял, что он хотел сказать.

– Почему вы считаете, что няня украла вашего ребенка? – поинтересовался он, хотя по нему никто бы не сказал, что он ждет ответа.

Пол объяснил убедительно, как мог. Джоэль спала, няня предложила им прогуляться и вдруг пропала сама. Она не спросила разрешения и не оставила записки. И теперь никто не знает, где она находится.

– Он сказал, что эта женщина хорошая. – Говоря «он», полицейский имел в виду консьержа, который стоял рядом и хмурился. Если бы речь шла об игре в хорошего и плохого полицейского, Пол не взялся бы определить, кто есть кто.

– Вы, наверное, меня не поняли, – предпринял он новую попытку и заметил, что полицейский скривился. Пол вспомнил торчащие из земли окровавленные головы и на секунду представил, что, не будь он американцем, его бы самого уже избили по голове и потащили в тюрьму за ложное обвинение, отвлекающее от работы.

Пол как раз доказывал свою правоту, излагал имеющиеся причины для паники, повторял, что у няни не было никаких оснований уносить их ребенка, если у нее не было ничего нехорошего на уме, когда в вестибюль вошла Галина с Джоэль на руках.