Молчание адвоката - Валерий Карышев

– Может быть, может быть, – кивнул я.

Вскоре в кабинет вошел еще один мужчина. Это и был следователь. Я протянул ему свое удостоверение вместе с ордером. Следователь быстро взглянул на удостоверение, вернул его мне, взял ордер и, перевернув его, спросил:

– А телефона у вас нет?

– Есть.

– А мобильный?

– Мобильного нет.

Руоповцы хихикнули.

– Что же, такой крутой адвокат, а мобильным телефоном до сих пор не обзавелся?

– Он дорого стоит – больше трех тысяч долларов, – ответил я спокойно.

– Ну и что? Я думаю, с одного только Маркина вы пять, а то и десять тысяч получите, – с усмешкой сказал один из оперативников.

– Лихо ваши оперативники любят подсчитывать чужие гонорары, – заметил я.

Видимо, это не понравилось следователю.

– Ладно, ребята, – сказал он, строго взглянув на них, – не мешайте нам с адвокатом работать!

Руоповцы нехотя покинули кабинет. Мы остались вдвоем.

– Вы в курсе дела, за что и как задержан Маркин? – спросил меня Терехов.

– Нет, – покачал я головой.

– Он перевозил оружие. Подъехали руоповцы, которые были тут, и доставили Маркина в это отделение милиции, так как задержание произошло недалеко, в районе Новослободской улицы. Дело поручено нам.

– Все понятно… И что же Маркин говорит по поводу оружия? Отрицает?

– Да, угадали – отрицает, – следователь улыбнулся. – Более того, он говорит, что якобы подвозил какого-то пассажира на заднем сиденье своего «Мерседеса» и тот забыл сверток с оружием, который Маркин не заметил.

– А пассажир куда делся?

– Вышел раньше. Такие версии нам знакомы, многие бандиты их выдвигают.

– А почему вы считаете, что и в данном случае это неправда? – поинтересовался я. – Или у вас есть какие-то доказательства?

– Нет, я так не считаю… Вы давно Маркина знаете? – неожиданно сменил тему разговора следователь. – У него же старший брат есть. Оперативники говорят – лидер одной из люберецких бригад. С «раменскими» они воюют.

– И что?

– Многие магазины они «окучивают», «крышуют» автосервисы. Так что ребята они зажиточные…

Я пожал плечами:

– Этого я не знаю, в их финансовые дела не лез.

– А как вы в это дело вошли?

– Это имеет какое-то значение? К нам пришла женщина, отрекомендовалась женой или невестой… Мы же, в отличие от вас, документы не проверяем.

– Понятно… – протянул следователь. – Конечно, допуск к Николаю Маркину дам. – Он подошел к компьютеру и стал набирать текст разрешения на встречу с клиентом. – Вы знаете, где он находится?

– Пока нет…

– Тут недалеко, 50-е отделение милиции. У них ИВС есть, пока он там сидит. Честно говоря, не знаю, как поступить. Начальник сказал – в течение трех дней определиться… Потом хотим его в Бутырку перевести. Так что, если желаете с ним встретиться, у вас есть три дня.

Последняя фраза следователя была для меня непонятной. Почему он так сказал? Позже я узнаю причину. Это был определенный намек: если хотите освободить клиента, то у вас есть три дня. Ищите концы или договаривайтесь сами об освобождении.

– Хорошо, я понял, – кивнул я, взял разрешение на свидание с клиентом и повернулся к выходу.

– Погодите, я печать не поставил! – Следователь взял у меня листок и вышел. Через несколько минут он вернулся и протянул мне полностью оформленный бланк.

– Может быть, я тоже подъеду после обеда, – сказал Терехов.

У выхода из отделения милиции я увидел знакомых руоповцев, куривших на крыльце. Видимо, они решили узнать, на машине ли я приехал, один ли. А вдруг со мной кто-то из «люберецких»?

Через некоторое время я уже парковался возле 50-го отделения милиции, а еще спустя несколько минут сидел в следственном кабинете.

Николай Маркин оказался парнем лет тридцати, крепким – в прошлом боксер или борец. Он деловито вошел в комнату, протянул мне руку. Я представился.

– А кто нанял-то? – спросил он.

– Брат твой звонил моему партнеру.

– Лехе, что ли?

Я понял, что с Алексеем братья Маркины знакомы.

– Да, ему, – подтвердил я.

– А ты давно с ним работаешь? – продолжал расспрашивать он.

– Нет, не очень, около полугода. Короче, там по твою душу руоповцы…

– Знаю. Они и тут меня уже пытались «прессануть». Слушай, адвокат, – Маркин сделал знак, чтобы я придвинулся к нему. – Ты запомни фамилию. Есть такой адвокат Лобанов. Из бывших ментовских. Короче, он дорогу знает. Понял меня? Пусть братишка с ним встретится, лавэ (деньги) зашлет. Короче, пусть меня вытаскивает через Лобанова!

– А я тогда зачем?

– Нет, и ты будешь, на всякий случай. Сделай, что я прошу!

– Я хотел поговорить с тобой о версии…

– Да какая там версия! – Маркин махнул рукой. – Следак очень интересовался всеми нашими точками, наверное, прикидывал, сколько бабок можно с нас срубить.

– Понял, – кивнул я.

– Давай тогда, действуй. Время – деньги!

Я достал из портфеля две пачки сигарет, пакет сока, две зажигалки. Маркин взял все это и распихал по карманам.

– Сам не курю, – сказал он, – но в камере все пригодится. Встретишься сегодня с брательником?

– Обязательно! Выйду отсюда – созвонюсь.

Выйдя из отделения милиции, я позвонил Алексею, коротко изложив просьбу Маркина.

– Все ясно, – ответил тот.

– А кто такой Лобанов?

– Бывший мент, сейчас адвокатом работает. Чистый посредник, специалист по заносам.

– По заносам чего? – переспросил я.

– Денег, конечно, – хмыкнул Алексей. – Всех ментовских знает. Я встречусь с Лобановым и с братом, поговорю.

– Послушай, Алексей, выходит, мы им теперь не нужны? Они с Лобановым будут работать?

– Нет, они наши клиенты и никуда не денутся. У меня с ними старая дружба… Нам же с тобой легче, пусть Лобанов работает, если ему это удастся.

– Да, еще забыл сказать, – вспомнил я. – Там оперативники сидят, Маркина пасут…

– А вот это не наша проблема. Лобанов быстро с ними разберется! – спокойно ответил Алексей.

Видимо, Лобанов действительно знал все подходы. Николай Маркин был освобожден. Как это удалось адвокату, никто не знает.

Забегая вперед, скажу, что Лобанов мелькал во многих уголовных делах. О нем писали в газете – одно время он хотел баллотироваться в депутаты, а кто-то из журналистов «слил» компромат о том, что, работая оперативником в одном из отделов уголовного розыска, он занимался спекуляцией. Потом Лобанова пытались обвинить в мошенничестве, но дело каким-то образом быстро прекратили. Через два года Лобанов при таинственных обстоятельствах был застрелен во дворе своего офиса, недалеко от Бутырской тюрьмы.