Черная синица - Алексей Алексеевич Ефимов

Вот и Мехмет улыбается.

Вставая из-за стола, он выходит к ней, солидный, высокий, гладкий, и приветливая улыбка сияет на его лице:

– Здравствуйте, Вероника. Хотите чай, кофе?

– Здравствуйте. Нет, спасибо большое.

Он внимательно смотрит на нее. В прошлый раз она не отказывалась от чая-кофе, а в этот раз отказалась. Что бы это значило?

Она знает, о чем он думает. Она чувствует его напряжение. Интересно, в курсе ли он вчерашнего ультиматума, или его хозяин действует сам, не считая нужным ставить его в известность и тем более советоваться с ним?

– Присаживайтесь, пожалуйста. – Мехмет показал на кресло и сел напротив.

– Как дела? – спросил он. – Есть какие-то вопросы?

– Да.

Она открыла ноутбук.

– Дмитрий не смог ответить на некоторые из них, сказал, что там чувствительные материи и лучше спросить у вас.

Мехмет кивнул:

– Это так. Спрашивайте.

– Вы видели список компаний, который я отправила Дмитрию?

– Да.

– В нем есть компании, с которыми вы работали раньше, и есть новые компании. Есть компании с офшорами. Дмитрий затруднился пояснить, кто у них акционеры, а в открытом доступе есть не вся информация.

– Я расскажу. – Мехмет открыл файл на смартфоне.

– Давайте, – сказал он. – Подрядчик Marti Group. Акционер у них – Golden Isle Corporation Limited, Барбадос. Это… как это будет по-русски?.. кусочек бизнеса правящей семьи Катара. Наш годовой оборот с ними сорок миллионов долларов, это наш самый крупный подрядчик.

– Идем дальше, – продолжил Мехмет. – Компания İS İnşaat. Через офшор на Багамских островах, Steel Finance Limited, ею управляет член нашего парламента из… хм… главной партии. Также и компанией ISM Group, через одноименный офшор ISM Group. Поставщик бетона.

– Кто это? Что за член парламента?

Мехмет замялся:

– Не могу сказать.

– Не так много членов парламента занимаются строительным бизнесом, не так ли? Не составит труда это выяснить. А вот господину Бурову вряд ли понравится, что вы не сказали, кто владелец. Он не поймет.

Мехмет молчал.

Ника ждала.

– Юсуф Шахин, – наконец выдавил Мехмет.

– Можно с ним встретиться?

– Я ничего не говорил вам про него. – Мехмет дал задний ход. – Мне еще тут жить. Дальше идем?

– Да. – Ника делала пометки в таблице.

– Kaya İnşaat, – продолжил Мехмет. – Это Ахмет Кая, наш бизнесмен. Информация открытая.

Ника кивнула.

– Yildiz İnşaat, – продолжил Мехмет. – Акционер у них -Moonlight Inc., Панама. Это итальяцы. Они же и в Kutup Yapi, через офшор Moonlight Corporation Inc. Насколько я знаю, это люди из кругов Неаполя. Имена не знаю и знать не хочу. – Заметив реакцию Ники, Мехмет поспешил прибавить: – Компании старые, надежные, мы давно с ними работаем. Хорошие иностранные инвестиции, которых сейчас мало в Турции. Директора местные. А кто акционеры – какая разница? У вас нет мафии?

Мехмет пристально, с намеком, смотрел на Нику.

– Есть. – Кивнула она.

Она знала, на что он намекает.

– А почему с İS İnşaat, ISM Group и Kaya İnşaat начали работать лишь в прошлом году? – спросила она.

– Были причины, – сказал Мехмет. – Разные.

Ника молча ждала продолжения.

– С Юсуфом у нас не сложилось по старым делам, мы не работали с ним несколько лет. С бизнесом у него были проблемы. Потом он справился. Теперь работаем.

– А Kaya İnşaat Holding?

– Тоже история. Ахмет Кая работал с другой компанией, нашим… э-э-э… competitor… конкурентом. Мы говорили ему – не надо, а он не слушал, денег хотел. Мы потом два года с ним не дружили. Сейчас он понял, что лучше с нами, и снова дружим. Какой следующий вопрос?

– Почему по некоторым старым компаниям оборот вырос в два-три раза? Например, с Marti Group и Yildiz İnşaat. При этом с другими компаниями он, наоборот, уменьшился, или вообще прекратили сотрудничество.

– Они дают хорошие цены. У нас большая инфляция, вы же знаете, а у них цены ниже инфляции. Не сравнивайте с тем, что было. Дмитрий сказал, что вы спрашивали про тендеры. Я вам скажу так – у наших подрядчиков лучшие цены на рынке, проверьте. Мы знаем рынок. И знаем тех, кто даст низкую цену, но не сделает. Всех знаем.

Они вернулись к списку.

Когда закончили с ним, Мехмет навалился локтями на стол, не сводя глаз с Ники:

– Я ответил на все ваши вопросы?

– Пока да.

– Зря Григорий Валентинович нам не верит. Сейчас трудные времена, прибыль маленькая. Вы ему объясните.

Ника молчала. Мехмет тоже молчал. Они смотрели друг другу в глаза.

– Если вам нечего скрывать, почему мне угрожают? – вдруг спросила Ника.

Зрачки Мехмета расширились, и он застыл над столом.

– Кто? – выдавил он наконец.

– Я не знаю. Думала, вы знаете.

– Я не знаю. – Мехмет нервно прочистил горло. – Что они сказали?

– Что я окажусь в морге, если буду копать дальше. А если не буду, мне дадут сто тысяч долларов.

– Русские или наши?

– Русские. – Ника усмехнулась. – Мехмет, вы понимаете, во что ввязались?

Мехмет молчал.

Ника тоже молчала.

– Я не ввязался, – наконец сказал он. – Не знаю, что это.

– Не что, а кто. Думаю, это Горшков. А вы как думаете?

Мехмет снова прочистил горло:

– Зачем? Мы открыты. Каждый акционер может сделать проверку в любое время. Какие могут быть угрозы?

– Господин Йылмаз, я не знаю, какие у вас отношения с господином Горшковым, но можете выполнить мою просьбу?

Мехмет не моргая смотрел на Нику:

– Какую?

– Позвоните ему и скажите, что я не люблю, когда мне угрожают. Меня это злит. Я найду того, кто звонил, и приду к нему в гости. – Ника сделала паузу. – Скажете, ладно?

Мехмет молчал.

– И еще, – прибавила она. – Если мистер Икс хочет таким образом решить свои проблемы, он их лишь усугубит. Все дублируется в облако, в надежное место. Если со мной что-то случится, к информации получит доступ мой доверенный человек. Будет только хуже, намного хуже. Это тоже передайте.

Мехмет моргнул, впервые за долгое время.

– И еще удалите, пожалуйста, жучки из моей комнаты. – Она добила его.

– Какие жучки? – Он едва не вздрогнул, как ей показалось.

– В розетке и на лампе. Тоже не в курсе?

Мехмет отрицательно покачал головой. Холеное загорелое лицо пошло пятнами.

– Больше у меня нет просьб, – сказала Ника. – Дальше все зависит от вас.

– Я позвоню Горшкову, – сказал Мехмет. – Здесь… – он не сразу подобрал слово… – недоразумение.

– Возможно. И в ваших интересах с ним разобраться.

Она вышла.

11. Стилеты

Ее рабочий день закончился в восемь.

В девять она была у себя, в апартаментах.

Никто ей не звонил, не угрожал, никто за ней не следил. Затишье перед бурей? Позвонил ли Мехмет Горшкову? Какова его роль в этом спектакле? Он похож на актера, который играет свое, но не знает сюжет в целом. Режиссер – в Испании. Он же сценарист. Он же продюсер.

А Глущенко? Какова его роль? Не исключено, что он общается с Горшковым, сливая информацию о проверке, отсюда и угрозы. Она на верном пути. Офшоры – один из участков, где нужно копать, но как копать без лопаты? Данные из офшоров не купишь в даркнете, к ним нет доступа, в этом суть офшорного бизнеса. Панама, Багамы, Барбадос – райские местечки с закрытыми реестрами акционеров, из черного списка российской налоговой службы. Случались утечки, но надежда на них маленькая – считай, ее нет. «Панамское досье», «Багамское досье», «Райские бумаги» – капли в море, маленькие лучики света в темном офшорном царстве, бывшее тайное, выложенное теперь в открытом доступе. Чем однако черт не шутит. Сгодится любая зацепка. Арабские шейхи, итальянские мафиози, турецкие политики – им не позвонишь и не спросишь, их ли это офшоры. Отличная легенда. Возможно, даже Мехмет не знает всей правды. Меньше знаешь – дольше живешь.

Ее мысли вернулись к Глущенко.

Сегодня он прислал ей двести мегабайт документов, экспресс-анализ которых показал, что у многих компаний цены выросли на треть и более к уровню годичной давности, а на бетон и металлоконструкции – до восьмидесяти процентов. Компания Martı Group, принадлежащая, если верить Мехмету, арабам