Скрытое убийство - Марина Серова

– Тонька-а! – выдохнула она. – Скончалась! Надо же… А почему?

Женщина смотрела на меня с жадным любопытством.

– Может, нам лучше поговорить в комнате? – предложила я.

– Ну да, ага, – засуетилась Ариадна. – Проходите на кухню.

Женщина слегка попятилась, пропуская меня в помещение, которое я вначале приняла за гостиную. Кухня оказалась небольшой и, к моему удивлению, довольно чистой. Мне почему-то показалось, что Ариадна Колоярцева та еще неряха. Видимо, за чистотой своего жилища женщина следила с куда большим рвением, чем за своим внешним видом. Что ж, бывает и так.

– Чай будете? – предложила Ариадна, ставя на стол чашки и извлекая из подвесного шкафчика небольшую коробку с чайными пакетиками. – У меня есть этот… крык… кырк…

– Каркаде, – вежливо подсказала я, сдерживая улыбку.

– Ага, ну да, – кивнула Ариадна, заливая пакетики кипятком. – Слово-то какое, и не выговоришь. А чай вкусный.

Я вежливо кивнула, умолчав о том, что всем видам чая предпочитаю кофе. Ариадна поставила между чашками вазочку с печеньем в шоколадной глазури и, усевшись напротив меня, озабоченно подперла руками щеки.

– Это что же с Тонькой-то случилось? – запричитала она. – Вроде и не старая совсем, мне почти ровесница. Болела, что ль, чем?

Это замечание заставило меня насторожиться. Возможно, Ариадна лишь изображала простушку, хладнокровно просчитывая каждую реплику. А та между тем продолжала:

– Таким, как эта Тонька, ничего не делается. Стерва она еще та, не тем будь помянута. Здоровая всегда была, горластая – жуть, как сейчас помню.

– А вы давно виделись с Антониной Сергеевной? – уточнила я.

– Да вроде давно, – равнодушно отозвалась Ариадна, с аппетитом жуя печенье. – Уж больше десяти лет точно. Мать еще жива была. А чаще всего дядя Сережа к нам приезжал, с матерью, значит, ругаться. И Тонька вся была в него.

– Дядя Сережа – это брат вашей мамы? – спросила я, изображая неведение. Ариадна кивнула.

– Ну да. Старше матери был на десять лет. Тоже помер уже, старый был.

– А почему они ругались? – продолжала я расспрашивать словоохотливую Ариадну.

– А вот почему! – Моя собеседница вдруг задорно улыбнулась и ткнула себя пальцем в грудь. Я недоуменно посмотрела на хозяйку квартиры, а та весело рассмеялась.

– За то, что моя мамочка беспутная вне брака меня родила и с сожителем своим отношения оформлять не хотела.

– То есть с вашим отцом, – уточнила я.

– Угу. – Ариадна отпила из чашки. – И правильно делала, он был тот еще подарок. Выгнала его мать, мы хоть вздохнули свободно. Но крови-то он ей успел попить.

– А ваш дядя все же настаивал, чтобы мама вышла за него замуж? – удивилась я. Подобное поведение мне казалось по меньшей мере нелогичным.

– А как же! – Ариадна презрительно сощурилась. – Это же какой позор для уважаемой семьи – сестра, дескать, нагуляла ребенка неизвестно от кого. Да еще на меня бочку катил – почему школу бросила, нигде не учусь, то да се. А на что мне сдалась учеба-то эта? Я вон возле дома в магазин устроилась, неделю работаю, неделю дома, и в ус не дую. Да еще иногда уборщицей там же подработаю, и чего?

Я промолчала. Не в моих привычках осуждать людей за их образ жизни, если лично мне это не мешает. И не нарушает действующее законодательство, конечно же. Далеко не каждому необходимо получать высшее образование, чтобы быть счастливым.

– Фу, не люблю я его! – решительно заключила Ариадна. – Хоть и нехорошо так о покойнике.

Тут она внезапно замолкла и отодвинула чашку.

– Постойте-ка, – проговорила Ариадна полушепотом. – А Вика-то? Девчушка у них еще была, Тонькина сестра. Она-то как же? Ведь после Тонькиной смерти квартира ведь ее, выходит? А вы сказали, что я наследница…

Я вздохнула и ничего не ответила, а Ариадна буквально впилась в меня глазами. Я ждала, что она скажет. Мне почему-то казалось, что следующая реплика Ариадны выдаст ее с головой. Но ничего подобного не произошло. Ариадна вглядывалась в мое лицо с напряженным вниманием, не произнося ни слова.

– Увы, – заговорила я, – Виктории больше нет.

– Как – нет? – вытаращилась на меня Ариадна. – Куда же она делась?

Она несколько раз моргнула и вдруг с ужасом уставилась на меня.

– Она что, тоже?..

– Вика умерла за год до смерти Антонины Сергеевны, – со вздохом подтвердила я.

– Вот так так… – протянула Ариадна. – Выходит, обе окочурились, надо же.

– Так что теперь вы единственная наследница квартиры в Тарасове, – завершила я тягостный диалог.

Ариадна некоторое время молчала, потом вдруг с живостью вскинула на меня глаза.

– Ну так это ж надо отметить! – с энтузиазмом заявила она. Неожиданное предложение, с моей точки зрения. Обычно, узнав о смерти родственника, люди предлагают его помянуть.

– К сожалению, мне пора. – Я действительно потратила довольно много времени, так ничего, в сущности, и не выяснив.

– Постойте! – вскинулась вдруг Ариадна. – А мне-то чего теперь делать?

Я напустила на себя деловитый вид.

– Вам необходимо прийти в нотариальную контору в Тарасове в соответствующем микрорайоне, – пояснила я. – Только не затягивайте с этим, ведь права наследования нужно заявить прежде, чем пройдет шесть месяцев со дня смерти наследодателя. И не забудьте паспорт.

Ариадна внимательно меня слушала и озабоченно кивала. Тут мне пришла в голову удачная, на мой взгляд, мысль.

– Если вы не против, я вас сфотографирую, покажу нотариусу, чтобы он знал, что именно вы – наследница недвижимости.

Ариадна пожала плечами.

– Ну ладно, – не стала она возражать.

Я запечатлела лик Ариадны на своем смартфоне и, вежливо попрощавшись с хозяйкой, поскорее выскользнула из квартиры.

Всю дорогу по пути из Покровска я и так и эдак обдумывала недавнюю беседу с наследницей сестер Колоярцевых. В сущности, ничего плохого в Ариадне не было. Обыкновенная одинокая женщина, каких тысячи, работает, ведет хозяйство, содержит жилье в чистоте и порядке. Не поддерживала связь с родственниками? Так ведь не такое уж близкое родство. К тому же, как пояснила сама Ариадна, любить этих самых родственников у нее не было особых оснований. Да и Антонине Колоярцевой до своей